Возле посёлка синих камней валялось мало, и я не стал задерживаться в этом месте. Пошёл обратно по дорожке из кристаллов. В этот день больше не встретил ни одного иного.
К вечеру погода испортилась, повалил снег. Когда я проснулся на следующее утро, палатку замело так, что еле из неё вылез. Она превратилась в сугроб. Позавтракал, собрался и потопал к вышке, чтобы забрать припасы. Я должен был продержаться в этой безрадостной пустоши ещё два дня…
Я не слишком усердствовал в поиске кристаллов. Всё равно придётся отдать за просто так, тогда какой смысл на них силы тратить? Если б за них мне платили — другое дело, но папаша ведь собирался весь мой заработок себе присвоить. Больше времени уделял иным, но те встречались так редко, что за следующие два дня я и пятидесяти единиц не собрал, и мой баланс застыл на отметке 6040.
Вечером шестого дня я вышел на дорогу и добрался до антенны ретранслятора. Через какое-то время появился Прапор, а скоро и Рустам на вездеходе подъехал. В кузове сидел радостный Сашка. Ещё бы ему не радоваться: после шести дней на морозе любой обрадуется возвращению в тёплую бытовку.
У меня же была надежда, что следующая вылазка станет последней, и СКИФ меня, наконец, заберёт отсюда. Подброшу завтра эти чёртовы жучки на базу, и дело сделано. Зачем мне дальше здесь торчать? Главное, чтобы ещё чего-нибудь мне не поручили.
Спросил у Сашки, как у него дела, и тот сразу же принялся рассказывать о своих приключениях. На него за эти дни иные три раза нападали, они его не боялись, наверное, из-за низкого уровня. Я же всю дорогу сидел и думал, как и под каким предлогом пробраться в штаб и куда сунуть жучки.
Аж самому стало интересно, что мой папаша мутит? Зачем он гибридов изучает? Неужели ему что-то известно? Может быть, он и про меня всё знает? И про СКИФ? Одни загадки…
Забрав Казаха и Шпалу, которые ждали возле второй вышки километрах, что находилась в сорока минутах езды от первой, Рустам повернул обратно. Через полтора час были на базе.
Тут Рустам велел внам следовать за собой. Мы даже в бытовку не заглянули, так со всеми вещами и пошли за ним. Он отвёл нас на другую половину базы, где находились штаб и разведывательная станция.
Я подумал, что, возможно, это — шанс выполнить задание. Незаметно переложил жучок из куртки во внутренний карман штанов. Теперь главное, никому не попасться на глаза, когда буду эту таблетку пихать в какую-нибудь щель.
Мы зашли в сдвоенную бытовку — здесь находился кабинет, из которого имелся проход в другое помещение. За столом сидел лысоватый мужик с ноутбуком и прибором, похожим на тот, которым измеряет энергетику кристаллов.
Первым сумку с добычей выложил Прапор, а мы сидели возле стенки и ждали, пока кладовщик не определить количество энергии. Он горстями засыпал камни в прибор, считал их и заносил в базу на компьютере. Затем поместил в другое отделение колбу. Прибор оказался многофункциональным.
Когда дело было сделано, Рустам взял энергоискатель и поводил им перед охотником и перед его рюкзаком — обыскивал. Удовлетворившись результатом, наш командир отпустил Прапора, а к столу подошёл Шпала и тоже выложил сумку с кристаллами. За ним сдал добычу Казах, потом Саша, я был последним.
Мне хоть и жаль было отдавать кристаллы, но я специально не стал их прятать, не зная, какая тут система проверки. Выложил всё, что насобирал — целый подсумок синих камней.
Кладовщик пересчитал кристаллы, измерил их, затем измерил энергию в колбе.
— Для первого раза неплохо, — сказал Рустам, увидев мой результат. — Молодец. Только в колбе маловато энергии. Ты что, на иных совсем не охотился?
— Как? Они убегают, если подойдёшь, — сказал я. — Не буду же за ними по всей пустыне гоняться. Они мелкие, не стоят того.
— Это как посмотреть. Энергия чистая ценится дороже, чем энергия в камнях, и заработать на ней можно больше.
— Да, — подтвердил кладовщик. — За энергию камнях тебе рубль семьдесят заплатят, а за энергию в колбах — два восемьдесят.
Цены тут, конечно, были огромные в кавычках. Даже в Москве нелегалы больше зарабатывали
— Я знаю. Но бегать за этой мелочью не хочу, — отрезал я. — Они тут все первого уровня. Какой смысл?
— Да, сильные иные встречаются у нас редко. А чтобы проще было охотиться, развивай меткость. В школе стрельбы были?
— Редко. Не научился.
— Жаль. Ну ничего страшного, с опытом придёт. Главное, что сориентировался. Как тебе, кстати, работёнка?
— Да так… ничего сложного. Ходишь, в снегу ковыряешься. Думал, будет труднее.
— Ну и отлично! Значит, приживёшься.
— Сколько я заработал за эти дни?
Рустам взглянул на экран ноутбука:
— В общей сложности тысяча двести пятьдесят две единицы энергии. Вот и считай.
Ну я и посчитал по расценкам, которые мне предлагала Марина, и у меня чуть челюсть не отвисла. Да это восемь с половиной тысяч рублей! И всего за неделю. Большие деньги для моей нынешней ситуации. Но, к великому сожалению, камни приходилось отдавать даром в счёт некого выдуманного отцом долга.
— Видел у вас радар тут рядом, — сказал я, решив попытать счастье пробраться в штаб. — А какой у него радиус?
Рустам поднял на меня удивлённый взгляд:
— Сейчас он работает почти на пятьдесят километров.
— Мощный радар, — кивнул я со знающим видом. — Я немного разбираюсь в этом деле. С автомобильными работал. Всегда хотел побывать на разведывательной станции. Можно взглянуть?
— Не получится. Туда разрешено заходить только персоналу.
— Жаль. Ладно тогда, пойду.
— Завтра отдыхай и готовься, а в пятницу снова выезд «в поле», если, конечно… — Рустам грустно взглянул на завешенное жалюзи окошко, — погода совсем не испортится.
Я закинул на спину рюкзак и вышел на улицу.
Снег кружил в порывах ветра. Мело ещё сильнее, чем утром, погода ухудшалась. Если разразится буран, тогда придётся сидеть на базе несколько дней. А значит, у меня мог появиться шанс попасть в штаб и подсунуть жучки. Надо было придумать, как это сделать, не рискуя слишком сильно. Ну а если не получится, то и плевать. Свяжусь со СКИФ, скажу, что ничего не получилось. Пусть вытаскивают меня отсюда. Тоже мне, шпиона нашли.
Огляделся. На улице никого не было, и я решил пройтись по базе. Заметил пару камер видеонаблюдения, они могли меня засечь.
Прошёл по дорожке между двумя рядами вагончиков и упёрся в сооружение с радаром. Остановился, думая, что делать дальше. Попробовать зайти? Меня, конечно, выгонят и, возможно, обматерят, но хотя бы попытаюсь. Вдруг повезёт?
Дверь в соседнем вагончике отворилась, оттуда высунулась щетинистая физиономия какого-то мужика.
— Эй, ты чего тут забыл?
— Сортир ищу, — сказал я.
— Иди в жилую часть, тут нечего шастать.
— Ладно. А тут у вас что, разведывательная станция?
— Ясен хрен. Слушай, парень, нельзя тут посторонним ходить, понимаешь?
— Да-да, понял, уже ухожу, — я развернулся и потопал обратно.
Ожидаемо. Возможностей незаметно пробраться в штаб или на станцию не было, и я твёрдо вознамерился послать СКИФовцев куда подальше с их дурацкими заданиями. Пусть сами разбираются.
Утром мы проснулись, стали завтракать. И тут задребезжал телефон, соединявший нас со штабом. Прапор поднял трубку.
— Алло… да, понял. Кирилл, — обратился он ко мне. — Это Рустам. Велит тебе в штаб зайти после завтрака.
— Хорошо, зайду.
Не знаю, что Рустаму от меня понадобилось, но кажется, мне представился ещё один шанс…
Глава 7
Придя в штаб, я обнаружил там одного Рустама. Он работал за компьютером и велел мне садиться напротив.
Штаб представлял собой тесную комнатку, заставленную столами и тумбочками с оборудованием. Коме входной тут имелись две двери: одна из них вела на энергоразведывательную станцию, расположенную в соседней времянке. Обе двери были закрыты, я не видел, что за ними.
Кабинет выглядел уютнее, чем вагончики, в которых ютились охотники: обои на стенах, жалюзи на окнах, а над рабочим креслом начальника — картина.