Мне было над чем подумать. Если верить словам Давыдовой, все мои товарищи, сослуживцы, женщина, которую я когда-то любил, и многие-многие другие до сих пор мучаются во мраке в пустоте и одиночестве. Если так, я должен освободить их души из плена. Спасение есть, и это обнадёживало.
Но прежде придётся уничтожить того, кто поглотил нас и кого я не смог одолеть в прошлой жизни. И теперь, чтобы сравняться в силе с тёмным богом, придётся самому поглотить огромное количество тёмной энергии, а значит, моё место отныне на рубеже, а то и вовсе в области тьмы.
Я настолько был поглощён размышлениями, что даже про клан Когтя забыл. Все эти человеческие дрязги сейчас казались мелкими и бессмысленными. Если бы люди знали, что их ждёт, они, наверное, давно отринули бы все свои разногласия. Хотя нет, вряд ли. Вражда у нас в крови и исчезнет только вместе с нами.
Проехав по пустой старой дороге, свернули на ещё одну, на которой уже трава росла сквозь трещины. Кургана с тремя охранниками оставили на перекрёстке, а сами покатили дальше и вскоре упёрлись в шлагбаум. Выйдя из машины, я сразу ощутил присутствие поблизости тёмных существ, как и прошлый раз в деревне.
Гаврилов достал из багажника карабины, один повесил себе на шею, второй отдал мне. Я закинул оружие за плечо. С моими способностями вряд ли имело смысл тратить пули.
— Алексей Михайлович, сейчас будьте внимательными, здесь тварей много, — управляющий передёрнул затвор.
Мы пролезли под шлагбаумом и зашагали дальше. За деревьями показались высокий копёр и земляные отвалы. Рядом с дорогой ржавела приземистая шахтная машина на огромных колёсах. Ощущение присутствия тенебрисов усиливалось.
— Откуда они здесь? — спросил я, оглядываясь по сторонам в поисках существ.
— Из-под земли лезут, — проговорил управляющий. — Опять дыра образовалась где-то поблизости. Первый раз она появилась года два назад после того, как шахту законсервировали. Тогда Дмитрий Семёнович закрыл её. С тех пор регулярно здесь прорывает. Надо бы найти.
— Почему военных не вызвали?
— Чтоб губернатор землю забрал?
— В смысле, забрал? Как он может забрать мою землю?
— Да очень просто. Сдвинет рубеж — и вы лишитесь десяти-двадцати тысяч десятин. Устроит вас такое?
— Если честно, не очень.
— Вот поэтому надо самим разобраться. Зря, что ли, Дмитрий Семёнович «убийцу тьмы» принёс? Только он может помочь. Не будет артефакта — у нас всё отнимут.
Мы вышли на площадку перед шахтой, я огляделся по сторонам. По отвалам бродили тёмные существа, другие толклись возле постройки. Здесь разные были: помельче, покрупнее, четвероногие, прямоходящие. Десятка два-три или даже больше. Они бесшумно двинулись к нам со всех сторон.
Глава 9
Твари ринулись в атаку. Гаврилов кинул огненный шар в самую гущу, и три существа, охваченные пламенем, покатились по земле, извиваясь в тихой агонии. Я ни разу не слышал, чтобы тенебрисы издавали звуки даже при смерти. Второй шар огня подпалил ещё двух. Но другие не останавливались.
Не дожидаясь, пока в нас вцепятся острые зубы, я ударил тёмной волной. Более десятка бегунов рассыпались пеплом, бестия, что мчалась в рядах мелких тварей, кувыркнулась и, изъеденная дымкой, стала кататься по земле. Заодно исчезла и трава там, где прошлась волна.
Следующей бестии выпущенная навстречу концентрированная тьма спалила полтуловища. Третья в несколько сильных прыжков оказалась рядом с Гавриловым, но тот резко взмахнул ладонью, и в тварь ударила огненная вспышка. Массивная чёрная туша с кабаньей мордой, ощеренной огромными зубами, повалилась у наших ног, охваченная огнём.
Следом бежали два беллатора. Существа были крупные, гораздо выше человека, худые, словно скелеты, а их передними лапы оканчивались длинными когтями. Тела окутывал дым, а на лицах пучились по два маслянистых чёрных шара.
Мой сгусток прожёг насквозь первого. Гаврилов же создал стену огня. Наткнувшись на неё, второй беллатор вместе с пятёркой бегунов отпрянули, дав мне возможность перебить их тёмными шарами. Затем я прикончил раненую бестию, которая до сих пор никак не могла подняться с земли.
Остались шесть мелких четвероногих. Они бродили по земляным насыпям, и к нам не приближались. В них полетели чёрные змеи и прожгли ещё одну тварь, остальные скрылись с глаз наших долой.
Я двинулся к телам существ, многие из которых стали кучками пепла.
— Стойте, Алексей Михайлович! Не приближайтесь к дыму! — попытался остановить меня управляющий.
— Спокойно, всё под контролем, — сказал я.
— Дым очень опасен. Не подходите! — Гаврилов схватил меня за руку. — Угробить себя хотите? Надо отойти подальше, пока туман не улетучится.
— Я же сказал, Егор, всё под контролем. Ты видел какая у меня магия? Для многих дым смертелен, а я поглощаю его и становлюсь сильнее. Отойди и не подвергай себя опасности. Это приказ.
Гаврилов нехотя подчинился и отошёл подальше, а я смело зашагал среди пепла и остатков чёрных тел, и тёмная энергия вливалась в моё тело, становясь частью меня. Покалывание сменилось лёгкими мышечными судорогами, почти как вначале, когда я оказался один в комнате, но сейчас было не так болезненно, и продолжалось это не так долго.
Не сказать, что существ здесь было слишком много. С таким количеством даже владеющий среднего уровня вроде Гаврилова мог быстро расправиться. Мне приходилось видеть тысячи тёмных тварей, что мчались на наши укрепления сплошной чёрной лавиной. Вот это была по-настоящему жуткая картина. Мы клали их сотнями, жгли, рубили, а они не заканчивались. Некоторые новобранцы, видя всё это, сходили с ума.
Поэтому нет, для тёмных областей три десятка монстров — совсем немного, а вот для охраняемых территорий это было просто огромное количество. Тут даже одно существо, забредшее в населённый пункт, вызывало панику у местных жителей.
— Пойдёмте, Алексей Михайлович, — позвал меня Гаврилов. — Оставшиеся вряд ли на нас нападут. У них тоже есть чувство самосохранения.
— Далеко ещё?
— Не сказал бы, но придётся немного пройтись пешком.
— Хорошо. Веди.
По едва заметной тропе мы обогнули земляные отвалы и оказались в лесу. Тропа исчезла, но Гаврилов уверенно вёл меня сквозь заросли кустарника, и вскоре впереди замелькали покосившиеся заброшенные избы. Миновав их, мы наткнулись на длинное кирпичное здание, похожее на гараж с гнилыми дощатыми воротами.
Гаврилов забрался внутрь через дыру в крайних воротах, достал фонарик. В дальнем конце он отодвинул лежащий на полу лист железа, спрыгнул в какую-то яму, повозился там с кирпичами, а потом кинул мне рюкзак.
— Это и есть клад моего дядюшки?
— Открывайте и увидите всё сами. Артефакт там, — управляющий выбрался из ямы и отряхнулся.
В рюкзаке оказались два промасленных свёртка. В одном, поменьше, лежали мелкие тёмно-красные самородки. Это и был рубрумит. По словам Гаврилова, стоила данная горсть тысяч двадцать-тридцать.
Во втором же свёртке оказался булыжник величиной с полголовы, издающий холодное синеватое свечение. Стоило мне прикоснулся к поверхности камня, как я ощутил жжение. А вот управляющий мог спокойно держать его в руках. Видимо, виной тому была моя тёмная сила, с которой взаимодействовал артефакт. Не зря его называли «убийцей тьмы».
Гаврилов рассказал, как эта штука работает. «Убийца тьмы» создавал ауру, которая отталкивала тёмных существ. Когда камень при мне, тенебрисы не могли подойти ближе двадцати шагов. Впрочем, это касалось только слабых и средних монстров. Для сильных камешек не представлял серьёзной угрозы, хоть и являлся, по словам управляющего, очень крупным. Такие редко встречались.
Но что ещё интереснее, «убийца тьмы» мог закрывать бездну. Стоило подержать его рядом с открывшейся ямой несколько часов, и та затягивалась. Опять же, с крупным порталом это не сработало бы: чтобы ликвидировать такой, понадобится десятка два булыжников и много-много времени. Но отправлять людей туда, где разверзлись большие бездны, — значило посылать их на смерть. Обычно на подобные задания гнали штрафников, но на памяти Гаврилова за всю его службу не было ни одного случая, чтобы такая операция увенчалась успехом. Правда, было это пятнадцать лет назад, а как сейчас обстоят дела на рубеже, он не знал.