Земля же тут была выжжена настолько, что даже обычная для таких мест чахлая растительность попадалась редко, а перелески и оазисы и вовсе пропали. Зато появились скопления странной травы с толстыми стеблями и длинными колючками и огромные деревья с кривыми, корявыми стволами. А ветер носил вокруг клубы пыли, из-за которой в ста метрах от нас было не видно ровным счётом ничего.
Когда мы двигались по склону холма, объезжая возвышенность, я заметил слева вдали гигантский светящийся столб синего цвета, упирающийся в тучи. Прежде его скрывали возвышенности.
— Ясмин, это что такое слева? — спросил я по рации.
— Где именно?
— Синий светящийся столб.
— Там место силы, — сказала Ясмин. — Нам туда не надо сейчас.
— А почему небо такое тёмное?
— Много пепельных туч.
— Это ещё что такое?
— Ты не знаешь? Земля после выбросов превращается в пепел и его остатки скапливаются в тучах.
— Это как с аномалиями? Те тоже в пепел превращаются.
— Да.
Место силы… Давно хотел попасть туда, но все говорили, что оно чертовски опасно. Не каждый светоносный мог выжить там, но те, кто выживали, имели шанс получить «благодать» — большое количество энергии, причём без всяких инъекций. Все этого хотели, но не все отваживались на столь рискованное путешествие. Даже светоносные тридцатого-сорокового уровней долго готовились, прежде чем отправиться туда. Некоторые не возвращались. У нас в школе много баек ходило о местах силы, хотя никто там не был и не знал точно, как всё работает.
Иных здесь оказалось значительно больше, чем в приграничных областях. Не так много, как было возле Румянцево во время шторма, но всё равно достаточно, чтобы охотиться несколько дней.
Мы затормозили возле руин каких-то старинных каменных построек века, наверное, восемнадцатого, на которых ещё виднелись следы роскошной лепнины. Стены частично обвалились и ушли в землю. Крыш и перекрытий уже нигде не сохранилось. Среди развалин торчали несколько огромных изогнутых деревьев.
— Прибыли, — сказала Ясмин по рации. — Здесь будет стоянка.
Глава 17
— Мы здесь одни, — объявила Ясмин, когда я перебрался в её вездеходе, чтобы обсудить план дальнейших действий. — Здесь нет разведывательных дронов, нет станций, здесь не ловят спутниковые телефоны и сюда не возможно добраться с помощью телепортатора. Если что-то случится, никто не поможет. Рассчитываем только на себя. Разведка тоже полностью на нас. Нельзя ничего упустить.
— Милое местечко, — я посмотрел в окно на безжизненную пустошь. — То, что надо.
— Дальше пяти километров от машины не уходим, связываемся каждый час.
Мы с Ясмин долго сидели за её ноутбуком, подключенным к автомобильному локатору. Она тщательно анализировала все энергетические объекты в радиусе двух километрах от нас. Радар был буквально усыпан точками.
Но далеко не все они являлись иными. Большинство объектов на поверку оказывались кристаллами. Их тут валялось огромное количество. Если тщательно пройтись с энергоискателем, за день можно было заработать целое состояние. Их давно никто не собирал. А вот «светлячков» оказалось, наоборот, мало.
— Нет, «светлячков» здесь полно, — возразила Ясмин, когда я отметил данный факт. — Они копятся в местах выбросов, но долго не живут. Их съедают сильные. Поэтому мелких ты встретишь не везде.
— Значит, сильных здесь много, — сделал я вывод.
— Да.
— А это что за объект? — я указал на крупную точку на экране фрагментатора. — Сильный иной?
— Дерево.
— Дерево? Как вот это? — я кивнул на на корявого безлистого исполина, что рос поблизости. — Хочешь сказать, это — аномалия?
— Нет. Это не аномалия. Деревья тоже содержат в себе энергию, но по своей структуре ближе к кристаллам, нежели к аномалиям. Энергия находится в них в твёрдом виде. Поглотить не получится. И они не опасны, поэтому мы на них внимания не обращаем.
— Жаль, что поглотить не получится. Наверное, энергии в них полно… — подумал я вслух, глядя на гигантское растение.
Ясмин посредством нескольких компьютерных программ исследовала каждый квадратный метр поля вокруг нас, после чего мы проехали дальше, и она продолжила осматривать местность. Когда и здесь закончила, мы двинулись в другом направлении.
Кроме небольшого автомобильного локатора и переносных ранцевых с ещё меньшим радиусом действия, у нас не было никаких разведывательных приборов, а обследовать требовалось, как минимум, десять-пятнадцать квадратных километров, чтобы исключить неприятные сюрпризы. Приходилось ездить.
Мы несколько раз перемещались с места на место. Ясмин занималась исследованием территории, а я вылезал из машины и сторожил подходы на случай, если иные вздумают напасть.
Ветер продолжал неистовствовать, нося над пустошью тучи песка и пыли, и видимость была ужасной. Но один раз я всё же заметил два синих огонька. Вскинул винтовку, настроил мощность волны на среднюю, выстрелил. Попал в иного покрупнее, и тот бросилось прочь. Мне его так и не удалось добить, и я перенёс огонь на второго, помельче, который свалился после первого же выстрела. Я сходил к нему, собрал энергию — её оказалось менее пятидесяти единиц.
Пока ходил, ещё и несколько кристаллов нашёл. Они буквально валялись под ногами, оставалось только наклониться и взять.
Закончив с анализом объектов, Ясмин хотела запустила небольшой квадрокоптер и оглядеть пустыню сверху, но затем передумала: ветер дул слишком сильный.
Когда разведывательные мероприятия окончились, мы вернулись к руинам, где остался мой «Кочевник». Решили поохотиться часа три-четыре, хоть и вечерело. Ясмин распределила территории, и мы разошлись в разные стороны.
Я шагал между развалинами и кривыми исполинскими деревьями. Ветер яростно завывал среди щербатых потрескавшихся стены, утопающих в земле. Приходилось постоянно носить маску. Без неё песок быстро забивался в глаза и нос. Мало того, что неприятно, так ещё и дышать им было не очень-то полезно.
На юге, за горизонтом, то и дело сверкали вспышки. Там, как объяснила Ясмин, был «штормовой сектор», и туда не стоило ходить никому, хотя бы для того, чтобы не распрощаться с дорогостоящим оборудованием. Именно в таких местах и скапливалось больше всего «светлячков», которые затем разбредались по всей пустыне и, если их не пожирали твари покрупнее, могли добраться аж до пограничных областей.
Я был здесь один — один в этой бескрайней дикой пустыне, под набрякшими чёрными тучами, вдали от цивилизации, вдали от людей, в месте, где человек — давно не хозяин. Когда задумывался об этом, меня охватывало чувство щемящей тревоги, но иной в моей голове заглушал тяжёлые эмоции, он хотел жрать и он был рад здесь оказаться.
Не забывал я и о кристаллах. В моём подсумке прибавилось ещё пять штук синих камешков, и это при том, что с намеченного пути я и шага в сторону не сделал. Если же побродить среди развалин и покопаться в земле, казалось, можно озолотиться. Экран планшетного радара рябил от точек. Но пока мне было не до этого.
За вечер я планировал расправиться с шестью иными четвёртого-шестого уровней, бродившими неподалёку. Надеялся, сами ко мне прибегут, как и раньше. Ликвидировать их — дело несложное. С такой мощной винтовкой, как у меня, уложить их метров с пятидесяти — раз плюнуть.
Наконец на радаре среди россыпи мелких точек и помех появилось пятно пожирнее, а вскоре сквозь поднятую ветром пыль показалось свечение. Я посмотрел туда через оптический прицел: ко мне направлялось крупное синее существо с четырьмя верхними конечностями и двумя нижними.
Мощность импульса была настроена на пятёрку (всего регулятор имел двадцать позиций), я прицелился и выстрелил. Промахнулся. Существо ускорилось. Второй выстрел оказался точнее, импульс ударил иного в область плеча. Он резко сменил траекторию и стал двигаться зиг-загами. Я пальнул ещё пару раз, но это было бесполезно. Оставалось только диву даваться находчивости монстра. Сообразил же. Неужели не первый раз сталкивается с охотниками?