— К сожалению, в этот раз так, — сухо проговорил Юсупов. — Однако если кому-то претит, можете не пользоваться. Я же не принуждаю. Алексей, — обратился он ко мне. — Поскольку вы впервые у нас в гостях, предоставляю вам возможность первым уединиться с барышней в соседней комнате. Ну а дальше… как и положено, тянем спичку.
И тут до меня окончательно дошло, к чему клонит Юсупов. Студентку, вероятнее всего, простолюдинку, обманом затащили на собрание клуба, а теперь хотят использовать, словно публичную девку.
— Может быть, вначале её спросить? — возразил я. — Тамара, ты хочешь здесь остаться?
— Что за глупости, Алексей? — нахмурился Юсупов. — Она сама пришла. Её пригласили, она пришла. Что же теперь, уходить?
— Тамара, ты хочешь остаться? Смотри на меня, — повторил я, не обращая внимания на слова Сергея.
— Я… хочу домой, ваше сиятельство, — выдавала Тамара.
— Вот и всё, — сказал я. — Вы не имеете право удерживать её против воли. Да и мне, признаться, пора. Поздно уже. Хорошо посидели, но надо домой.
— Против воли? — Сергей расхохотался. — Да она потом спасибо нам скажет. Любая простолюдинка мечтает о таком почёте. Вы знаете, что с ними там в приютах делают? Причём без какого-либо вознаграждения. А я буду щедр, обещаю.
— Она сказала, что не хочет оставаться, — напомнил я.
— Не говорите глупостей, — тон Юсупова стал внезапно резок. — Если желаете, Алексей, можете идти домой, но девушка останется. Сегодня она — наша гостья.
— Нет, мы оба уходим, — я поднялся. — Господа, спасибо за приятное времяпрепровождение.
Я взял Тамару за руку и направился к входу, но тут путь преградил один из прислужников.
— С дороги, лакей, — я оттолкнул парня, и тот чуть было не упал.
Собравшиеся зароптали.
— Да что он себе позволяет? — раздался голос Огинского. — С какой вообще стати?
— Алексей, стойте! — в голосе Юсупова послышалась нескрываемая агрессия.
Я обернулся, закрыв собой Тамару, и приготовился дать отпор:
— Хотите нас задержать? Попробуйте.
— Зря вы так, — произнёс спокойнее Сергей. — Не думал, что вы столь вспыльчивы. Я надеялся, что мы подружимся, а вы ведёте себя вызывающе, отвергаете нашу дружбу. И ради чего? Ради какой-то вертихвостки? Вы совершаете ошибку. Большую ошибку.
— Учту, — кивнул я. — Всего хорошего.
Нас никто не стал задерживать. Все понимали, что без магии это не получится, а использовать её чревато дурными последствиями. В прихожей мы с Тамарой нашли на вешалке наши пальто, оделись уже на лестнице. Когда оказались на улице, я сорвал с девушки блокирующий браслет и сунул себе в карман.
— Тебе куда? Я провожу, — сухо проговорил я.
— Мне… мне в общежитие. Это через дорогу. Вы очень добры, ваше сиятельство.
— Я не князь. Просто дворянин. Столбовой.
— Простите… ваше благородие.
Я молча зашагал по направлению к корпусам, что находились за широкой центральной аллеей, Тамара едва поспевала за мной.
— Ты из приюта? — поинтересовался я, когда мы отошли подальше от дома.
— Да, ваше благородие.
— Зачем ты согласилась идти на это собрание?
— Я не знала, — искренне проговорила девушка. — Я… я думала, госпожа Закревская приглашает меня на дружеское застолье.
Я рассмеялся:
— Неужели ты настолько глупа? Никогда князья не станут общаться на равных с простолюдином. Никогда. Учти это, если хочешь здесь выжить.
— Да, ваше благородие. Я… простите, я… не догадалась.
— Будет тебе уроком. А ещё… советую впредь оглядываться по сторонам. И в общежитие постарайся не возвращаться слишком поздно.
— Вы думаете…
— От этих сволочей всего можно ожидать.
— Ладно, — покорно произнесла Тамара.
Мы вместе дошли до подъезда одного из женских общежитий, и я повернул назад.
Голова была полна мыслями, а внутри бурлило негодование. Не зря клуб «Чёрный ворон» имел дурную репутацию, ох не зря. Можно себе представить, что эти подонки за пределами академии творят. Юсупов и меня хотел повязать этой мерзостью. Зачем? Я не мог ответить на этот вопрос и постоянно ловил себя на мысли, что не понимаю поступков этого сопляка. Было похоже, ему просто нравится издеваться над людьми, причём неважно, друг это или незнакомый человек.
Юсупов хотел разыграть весёлый спектакль. Подстроил нашу встречу с Огинским, пытался замарать грязью моё честное имя, предложив изнасиловать студентку. Возможно, это был не конец, возможно, за этим последовало бы ещё более изощрённое издевательство.
Но я ушёл, сорвав представление. Моё любопытство было удовлетворено. Теперь стало окончательно понятно, что с этими людьми мне не по пути. Возможно, сегодня я обзавёлся новыми врагами. Что ж, пусть так. Привык уже за два месяца.
Amazerak
Первая академия. Том 2
Глава 1
Снег валил пушистыми хлопьями. Холодный порывистый ветер носил их над сквером густой позёмкой, облепляя пальто и шляпы продирающихся сквозь ненастье студентов, которые, как обычно, спешили по своим делам.
Зима пришла лишь во второй половине декабря после долгих недель дождей и слякоти. В прошлой жизни мне нечасто удавалось видеть снег в живую, если только на горнолыжном курорте. В этой придётся привыкать. Что ж, не страшно. По крайней мере, это красиво. Только постоянный холод раздражает.
Стоя в коридоре, я невольно засмотрелся на бушующую за окном метель.
— Алексей, можно подумать, ты снег первый раз в жизни видишь, — сострил Павел.
Он бы сильно удивился, узнав, сколь близок к истине.
— Просто красиво. Надоела слякоть, — проговорил я.
— Да-а, — протянул Даня. — Наконец-то зима началась. А то какая-то морока с этой слякотью. Хотя я больше люблю лето.
— Лето все любят, — насмешливо заметил Павел. — Ну так что, Алексей, что решим насчёт воскресенья? Поедешь в город гулять, али снова будешь сидеть взаперти, как монах в келье?
— Поеду, — я повернулся спиной к окну и опёрся пятой точкой на подоконник. — Полезно иногда вылезать из кельи. Тем более, конец семестра, скоро праздники. Надо бы выходной устроить.
— Комару скажешь?
— Да-да, с ним я всё улажу, можете не беспокоиться.
— Отлично! — воскликнул Даня. — Мы один ресторанчик облюбовали на Тверской. Поедем туда?
— Это же вы здесь завсегдатаи, — подколол я. — Почти коренные москвичи. Всё знаете. Куда поведёте, туда пойдём.
Так получилось, что за время учёбы я ни разу не гулял с друзьями за пределами академии. Последние три недели так и вовсе сидел здесь безвылазно и тренировался, тренировался, тренировался…
Силы росли, эфира становилось больше. Порой из-за его избытка появлялось напряжение во всём организме, словно энергии было тесно в столь несовершенном сосуде. Никогда прежде не сталкивался ни с чем подобным, но о причинах странного самочувствия догадался быстро. Требовалось укреплять каналы, улучшать циркуляцию эфира, да и просто оттачивать технику заклинаний, чем и занимался.
К тому же — соревнование на носу, сессия, экзамен по магической практике. Но последнего я совсем не боялся. Куда больше меня напрягали другие предметы вроде основ государственного управления. Такие вещи приходилось постигать с нуля.
Каникулы начинались двадцать пятого декабря и продолжались до седьмого января. В эти дни мне предстояло много чего сделать, в том числе, снова посетить Ярославль. Учиться оставалось всего неделю, и мы с парнями решили в последнее воскресенье семестра отправиться, наконец, всей нашей дружной компанией развлекаться в город.
Точнее, это они думали, что мы так решили. На самом деле у меня были совсем другие планы, о которых никому знать не следовало, даже Павлу с Даниилом. Я собирался вывести Комаровского на чистую воду.
Мимо по коридору ползала гурьба студентов-первокурсников с факультета магии воздуха. В конце плелась Тамара. Она была, как обычно, задумчива, и не сразу заметила, как я машу ей рукой.