Понимая, сколь нелегко Свете пойти на такой шаг, Вадим предложил остаться в тылу, но она не согласилась: ведь в части находился её дядя, который убил отца, и с которым она жаждала поквитаться. К тому же избегать сражения Света считала делом, недостойным представительницы знатного рода.
Прозвучал приказ, и отделения одно за другим выбрались из-за полуразрушенного дворца и двинулись в к зданию гвардейской части. Выйдя на огневой рубеж, бронетранспортёры остановились и принялись бить из автоматических пушек и пулемётов по пустым окнам. Внутри было черно от копоти — Вахрамеевы с помощью пирокинеза выжгли все помещения, выходящие окнами на улицу. Сейчас там вряд ли кто-то находился, кроме наблюдателей.
Света вместе со взводом трусцой пересекли широкую проезжую часть и оказались под окнами первого этажа. Другой взвод забежал на крыльцо и притаился за колоннами и возле дверей главного входа. Третий атаковал с южной стороны.
Автоматические орудия бронемашин замолкли, стало удивительно тихо, и только гул моторов, да далёкая ленивая пальба где-то на западе нарушали тишину.
Внутрь здания полетели ручные гранаты. Затем подъехали два лёгких броневика, встали вплотную к стене, и бойцы полезли по капотам и крышам в окна. Полезла и Света. В северном крыле затарахтели автоматы — там уже начался бой.
В помещении пахло гарью и жжёным мясом, стены закоптились, от мебели и дверей остались обугленные обломки с краснеющими угольками, до сих пор источающие дым. Возле окон лежали почерневшие человеческие тела. Света насчитала пятерых. Она боялась смотреть в их лица, боялась узнать кого-то из сослуживцев. Да и не время было для сентиментальностей. Сердце сжала тревога. Контакт с противником мог случиться в любую минуту.
Граната взорвалась совсем близко. Потом — ещё одна. Из коридора начали стрелять. Как и предполагалось, противник укрепился в глубине здания, подальше от окон. Отделение построилось и двинулось на врага, отвечая очередями, магическая стена пока что сдерживала пули. Всё вокруг грохотало, пороховые газы затянули помещение сизой дымкой. Света на миг оказалась в замешательстве от начавшегося хаоса. Лишь две вещи помогли ей не растеряться окончательно: команды сержанта и выучка. Встав в строй за невидимой магической стеной, она тоже пошла вперёд, стреляя короткими по засевшему в ближайшем дверном проёме противнику.
Снова взорвалась граната, стена исчезла. Очередь прошлась по головам. Света шлёпнулась на пол, перед ней залёг боец — он не двигался. Света сменила магазин. Кто-то выстрелил из подствольника по двери.
— Отступают, — сказал взводный. — Проверить коридоры, вы двое.
Двое выглянули в коридор. Взрыв. Вопль. Сквозь поднятую пыль, Света видел, как один из бойцов без руки валяется на закопчённом полу, схватившись за окровавленную культю. Другой неподвижно лежал в стороне.
Следующие двое, подбежав к двери, швырнули в коридор гранаты.
Наконец, смогли выбраться в коридор. Противника тут уже не было, если не считать трёх убитых. Окна выходили во двор на плац. С противоположной стороны стреляли. Устроившись за толстой кирпичной стеной возле одного из проёмов, Света сменила магазин. Началась долгая нудная перестрелка, выматывающая нервы. В окнах напротив время от времени вспыхивало пламя: кто-то из сильных «духовных» пытался выжечь противника, но пока это не удавалось.
Когда здание задрожало, Света даже внимания не обратила — настолько перестрелка поглотила её. Лишь когда сквозь грохот пальбы донеслись приказы командирова, она спохватилась.
Бойцы ринулись от окон, а в этом время по стенам и потолку побежали трещины, перекрытия начали обваливаться. Света едва успела заскочить в обугленную комнату, когда коридор обрушился. Пыль затянула помещение, она липла на глаза и забивала нос и лёгкие. Света закашлялась, она на какой-то момент потеряла ориентацию в пространстве. И снова приказы сержантов и офицеров привели её в чувство.
Коридор обрушился правее того места, где находилось отделение Светы со стороны парадной лестницы. Груды кирпича, куски стен и потолка погребли под собой всех, кто не успел убежать. Разрушения были жуткие. Света по пальцам могла пересчитать тех, кто способен сотворить такое, и среди них был её дядя, Пётр Данилович. Наверняка, сейчас он находился на противоположной стороне здания, за плацем, защищая часть вместе с остатками гвардии. А возможно, тут присутствовал и ещё кто-то из родственников. Добраться бы до них… Рота понесла большие потери, и не факт, что получится теперь взять здание. Требовалось подкрепление.
Чтобы не привлекать к себе внимание, было приказано не стрелять из окон. Взвод двинулся по коридору, решили обойти здание по периметру.
Света выполняла приказы на автомате, она бежала, куда все бегут, стреляла, куда прикажут. Но при этом её состояние было близко к шоковому. Она впервые в жизни оказалась в такой мясорубке, впервые видела обугленные тупы и оторванные конечности, а раненые вопили так, что душу выворачивало наизнанку. А она шла вперёд вместе со всеми, не понимая ничего, кроме одной простой вещи: надо выполнять приказ.
В южном секторе произошла ещё одна перестрелка. Противник загородил коридор баррикадой из мебели, и некоторое время отбивался. А потом внезапно отступил. Скорее всего, это был обманный манёвр, враг заманивал отряд вглубь здания, а может, у него просто не хватало сил сопротивляться. Ведь сколько осталось от гвардейского батальона после уличных боёв? Половина? Или меньше.
Взвод прошёл по южному коридору и свернул в западный. И тут впереди показалась группа солдат. Завидев, гвардейцев, они открыли огонь.
Взводный приказал отступать, бойцы отошли за угол. Одного ранило, его оттащили. Началась очередная перестрелка.
— Господин прапорщик, это наши! — крикнул один из сержантов. — У них форма вахрамеевской гвардии.
— Чего? Они спятили? — возмутился взводный, ты уверен?
— Так точно!
Прапорщик нажал кнопку закреплённой на плече рации:
— Центр, говорит Водяной, Вахрамеевы по нам стреляют. Повторяю, по нам стреляют Вахрамеевы. Первый этаж, южное крыло. Приём.
И вдруг один из бойцов, ведущий огонь из-за угла крикнул:
— Там демоны, господин прапорщик. Нас демоны атакуют!
Глава 9
«Бета-53» — это были крупные существа с двумя головам. Они имели около десятка глаз и длинные толстые щупальца, беспорядочно растущие по всем телу. Они являлись чем-то средним между керибу и дэвами. Впрочем, подробно изучить мне их не довелось. Я призывал одно такое существо, когда впервые оказался в бункере Вахрамеевых, и командование решило, что «бета-53» лучше всего подойдут для данной операции. С одной стороны, их было не так просто уничтожить, как мелких, с другой — мне хватило бы сил, чтобы длительное время управлять сразу несколькими.
Когда тяжёлый гусеничный бронетранспортёр вышиб ворота, и взвод лейтенанта Филиппова вломился на территорию части, по нам открыли шквальный огонь. Несколько боевых машин стояли возле боксов и подворотни и лупили по нам изо всех орудий. В основном тут были «Скарабеи» с пулемётным вооружением, но имелся и бронетранспортёр с малокалиберной пушкой. Из окон тоже стреляли. Пришлось отступить за ограду
Однако гусеничного монстра, ползущего перед пехотой, это не остановило. У того лобовая броня была, как у танка, и автоматическая 37 мм пушка. Короткая перестрелка — и бэтэр противника замолк. Из ближайшего переулка сквозь брешь в заборе начал стрелять ещё один наш бронетранспортёр. Он изрешетили вражеского «Скарабея», оказавшегося на линии огня. Другие задом стали отползать к арке, чтобы скрыться во дворе здания. Я видел несколько ракет, выпущенных нашими пехотинцами, гусеничный бэтэр тоже продолжал бить из пушки. Ещё один «Скарабей» остановился, а остальные три, несмотря на множественные попадания, всё же смогли скрыться в подворотне, но лишь благодаря включённой магической защите.
В ответ из окна второго этажа (а здание с этой стороны имело всего два этажа, хотя с главного фасада — четыре) вылетела ракет, ещё две почти одновременно — с первого. Все они ударились в гусеничный бронетранспортёр, и тот остановился. Из люка выбрался мехвод, Едва он спрыгнул на землю, как из щелей между корпусом и башней вырвались струи огня — воспламенился боекомплект.