Первые существа замертво падали на землю, но толпу не испугали ни стрельба, ни гибель сородичей. Я уже давно заметил, что иные становились тем смелее, чем больше их было.
У меня быстро опустела батарея, но синих тварей меньше не становилось.
Заряжать батарею некогда. Закидываю винтовку за спину, выхватываю нож. На меня бросается сразу несколько «светлячков». Ловлю одного, а остальных тыкаю ножом. Поглощаю энергию первого, хватаю второго. Эта мелочь облепляет меня со всех сторон. Отмахиваюсь от них. Существа падают, на их месте оказываются новые и тоже тянут ко мне светящиеся синие руки.
Поглощаю второго, за ним — третьего, четвёртого, хватаю пятого… И вдруг ноги подкашиваются. Падаю на колени. Несколько тварей наваливаются на меня. А я не могу ни встать, ни пошевелить рукой-ногой, поскольку мышцы сковывает дикое напряжение. Я знаю, что это всё из-за того, что поднялся уровень, но… как же, чёрт возьми, не вовремя!
Казалось, прошла вечность, прежде чем мне удаётся вернуть контроль над собственным телом. Поднимаюсь, распихиваю иных, раскидываю их кулаками, и мелкие твари разлетаются во все стороны, словно тряпичные куклы.
Передо мной появляется крупный иной, источающий ярко-синее свечение. Хватаю его за шею, приподнимаю над землёй и, ударив несколько раз ножом, начинаю поглощать. Когда он кончается, цепляю первого попавшегося «светлячка», затем — следующего. При этом продолжаю орудовать ножом. Хоть и плохо им владею, но клинок то и дело втыкается в какую-нибудь тварь — так их много лезет.
И вдруг понимаю, что вокруг никого нет. В поле до сих пор виднеется множество точек, но теперь их в разы меньше, чем пятнадцатью минутами раньше, к тому же они очень далеко.
Оглядываюсь по сторонам. Все наши на ногах, у всех в руках ножи, вокруг каждого — около десятка мёртвых и раненых существ. Наш отряд уцелел, вот только с задачей не справился. Несколько иных оказались на дороге позади нас — прорвались-таки в посёлок.
— Рысь, докладывает Звезда, — раздался в эфире запыхавшийся женский голос. — Они прорвались. Они в посёлке. Два курсанта в тяжёлом состоянии.
— Говорит Кирпич, — звучит мужской голос. — Иные прорвались. Троим нашим требуется эвакуация. Один бежал с поля боя.
— Докладывает Урал. У нас все целы, но несколько объектов зашли в посёлок.
— Вниманием всем, говорит Рысь, — объявила Алиса после того, как командующие отделений отчитались. — Держим позицию, никуда не идём. Раненых отнесите в безопасное место и ждите эвакуации. Сбежавшего потом будем искать.
Я же в это время собирал энергию с дохлых тварей, что валялись вокруг меня.
Мы не спали до самого утра. Стояли в поле с винтовками наготове и ждали — ждали очередной волны. Но иные больше не бежали к нам. Как и днём, они бродили по полю и жрали друг друга.
А когда небо на востоке начало светать, в посёлке зарычали моторы и захлопали выстрелы. В поле на всём ходу вылетели четыре чёрных бронетранспортёра, и из них высыпали бойцы в силовых костюмах. Подкрепление прибыло.
Спустя час я уже ехал обратно в школу в одном из «Слонов», что двигались колонной по дороге. Меня вырубало. Две бессонные ночи — это, пожалуй, многовато. К счастью, командование обещало сегодня всей боевой группе выходной, и я уже предвкушал, как приду в комнату, завалюсь в чистую кровать и усну до завтрашнего утра.
К сожалению, двое курсантов уснули навсегда — именно столько бойцов сегодня погибло в результате нападения полчища иных. Один испугался и сбежал. Алиса и ещё два офицера остались искать его.
Я приехал сюда с семнадцатым уровнем, а уезжал с девятнадцатым. Энергия — 3026 единиц, Скорость потока с повышением уровня подскочила на 0,6, достигнув показателя 8,3. Пока этого было мало, чтобы отправиться в бета-мир за гипер кристаллами, но теперь я хотя бы достиг того уровня, который считался нормой для светоносного аристократа мои годов, и мог не чувствовать себя неполноценным. Ещё пара таких вылазок, и я переплюну большинство своих сверстников.
Но всё это потом, сейчас надо было выспаться.
Глава 9
— Привет. Как дела? Давно не виделись, — Соня подошла ко мне, когда я заглянул в спортзал, чтобы размяться и поколотить железный мешок, чем уже давно не занимался.
Я остановился раскачивающийся спортивный снаряд и обернулся к Соне. Она появилась внезапно, подкравшись со спины. Когда я только пришёл сюда, её не было.
— Привет, рад тебя видеть, — поздоровался я. — Действительно, давно не встречались. Дел много, времени нет. То соревнования, то в красную зону приходится ездить.
— Да, я слышала, что тебя в боевую группу записали и, честно говоря, очень удивилась, — сказала Соня.
А я удивился тому, что она подошла ко мне. Соня не могла не знать, что я встречался с Хворостовой. Странно, если подруги ей не рассказали. Хотя, конечно, всякое может быть.
— Сам в шоке, — ответил я. — Но видимо, начальство решило, что мне пора заниматься делом, а не только штаны за партой просиживать. Кстати, не видел тебя на состязаниях. Думал, придёшь.
— Я тебя тоже не видела, — хмыкнула Соня. — Я в первый день приходила, а тебя не было. Сказали, шестая категория дерётся в воскресенье, а в воскресенье у мены было увольнение.
— Понятно. Ну увольнение — это святое. Как отдохнула? Где была?
— Да так. В цирюльню сходила, маникюр сделала, по магазинам пробежалась… Как обычно, в общем. А больше там и не куда податься.
— Это точно. Я тоже ездил в Москву, — сказал я, не упомянув, конечно, что делал это не один. — Интересно было поглядеть при свете дня. В центре не так уж и плохо, но с Екатеринбургом, конечно, не сравниться. Слушай, а может, вместе съездим? Как на это смотришь?
Соня пожала плечами:
— Можем съездить как-нибудь.
— Только не в это воскресенье. Завтра и послезавтра я опять занят. Иных бить поеду.
— Ты знаешь, что там хоть происходит? Слышала, много выбросов, и иные в зелёную зону заходят. Кто-то даже погиб, говорят.
— Двое с третьего курса погибли во вторник ночью. Мы сдерживали целую толпы иных. В общем, было жарко. И выбросов много. Там постоянно сверкает.
— Знаю. Вечерами даже отсюда видно. Кажется, совсем недалеко.
— Ага. Так и есть. Километров пятнадцать отсюда.
— Я бы послушала про вашу поездку, — сказала Соня, — но мне скоро надо возвращаться в общежитие, а я ещё потренироваться хочу.
— Вместе потренируемся?
— Нет, сегодня я одна поработаю на мешке. Потом как-нибудь.
Я пытался уловить в голосе Сони нотки обиды или что-нибудь в этом роде, но не мог. Она вела себя, как обычно, совершенно спокойно. И тут меня посетила одна интересная мысль…
— А может быть, мы с тобой после отбоя сегодня встретимся? — предложил я. — Здесь, в зале, например. Как тебе такая идея?
— После отбоя… — Соня потёрла подбородок. — Надо подумать. А разве зал не запирается на ночь?
— А я могу достать ключи.
— Даже так? Ну давай попробуем.
— Отлично! Тогда приходи сюда в двенадцать, хорошо? Сможешь уйти из общаги, не поднимая шум?
— Думаю, да, получится.
Удивительно, как она легко согласилась. Мне стоило порадоваться, хотя в некоторой степени это настораживало.
Соня пошла тренироваться, а я побежал искать Якута.
В кабинете его не оказалось, но один из наших, что тренировался в зале, предположил, что Коля, скорее всего — в оружейке боевой группы. Там я его и нашёл. Якут с каким-то курсантом пересчитывал снаряжение. Я позвал его, и мы вышли в коридор.
— Ну? Чего хотел, а? — спросил Якут.
— Дело есть одно. Конфиденциальное, — сказал я.
— Ты давай пургу не мети. Излагай прямо, а то мне некогда. Видел, чем я занимаюсь? Возни до завтрашнего утра.
— Мне нужно с девушкой встретиться наедине. Можешь ключ от нижнего зала дать?
— Почему в зале? Места вам больше нет, что ли?
— Нет места. Только в зале можем после отбоя.
— Хм… — Якут скривил рот. — Сегодня я, вообще-то, в зал не пойду, но ребята обычно до полуночи занимаются. Думал Лёхе ключи отдать, но если ты сам всё закроешь и обещаешь, что никакого беспорядка не будет…