— Ага. Я каждый вечер свободна, — лицо Тамары осветилось радостью.
— Тогда встречаемся возле полигона в десять вечера. Знаешь, где северный вход? От вашего квартала по прямой. Если идти через сквер, упрёшься в него.
— Это где мы давеча встречались?
— Да-да, там же.
— А почему так поздно?
— Так надо. Предпочитаю тренироваться без лишних глаз. Придёшь?
— Конечно! Спасибо, что разрешил.
— А я могу запретить? На полигоне каждый может тренироваться в любое удобное время. Всё, доедай быстрей кебаб, и идём на занятия. Опоздаешь — надзиратель будет ругаться.
Тамара запихнула еду в рот, залила кофе, и дожёвывая на ходу, побежала за мной. Добравшись до главного корпуса, мы разделились.
Встретились, как и договаривались, в десять вечера возле северного входа. Тамара ждала меня, одетая в тёплый тренировочный костюм с небольшой эмблемой на груди, изображающей воздушный вихрь — знак принадлежности факультету. Я тоже был одет соответствующим образом.
Отправились в дальний конец полигона — на то самое поле, где я обычно занимался в последнее время.
Днём снег уже активно таял, а с темнотой вернулись заморозки и всё, что не успело растаять, заледенело вновь. Скользя по утоптанной дорожке, мы двигались мимо оград и бетонных сооружений. Вдали раздавались звуки ударов чего-то тяжёлого — не я один занимался тренировками в толь поздний час. Но большинство студентов уже сидели в своих квартирах и готовились ко сну.
— Ты здесь тренируешься? — удивилась Тамара, когда мы, наконец, выбрались в поле. — Никогда здесь раньше не была. Тут так… пусто. И идти далеко.
— А что делать? Мне нужно много свободного места.
— Ого! У тебя такие сильные заклинания?
— Верно. А теперь хватит болтовни. Давай поскорее приступим, если хочешь ещё успеть поспать. Вначале — подготовительные упражнения. Делай то, чему тебя учили. У меня — своя программа.
После эфирной «разминки» я продемонстрировал Тамаре несколько мощных заклинаний. Сделал огненную волну, шара объёмного взрыва и так называемый «удар Гаруды». Последнее заклинание представляло собой большой столб огня, бьющий в землю. Недавно его вспомнил и добавил в программу своих тренировок. «Удар» тоже требовал время и много энергии, но обладал такой силой, что в месте попадания образовывалась неглубокая воронка.
— Вот это да! Я первый раз такое вижу! — восхищению Тамары не было предела. — Вот бы тоже научиться чему-то эдакому. Скажи, а воздушной магии есть похожие заклинания?
— Прости, Тамара, но этот вопрос не ко мне. Более того, сейчас тебе не хватит ни сил, ни навыков на создание мощного заклинания. Оно относится ко второму типу, то есть, продвинутым. Пока рано.
— Эх, а жаль.
— Не надо сейчас об этом думать. Фокусируй внимание на том, что умеешь, доводи до совершенства те заклинания, которые тебе по силам. Путь у каждого свой, и ты должна пройти его так, как предначертано именно тебе. Когда тренируешься, будь в настоящем, обрати своё сознание внутрь, на эфирные потоки, живи только этим. И тогда эфир подчинится тебе полностью. Не позволяй мыслям распыляться на лишние вещи. Во время тренировки ничего другого не должно существовать. Искусство владения магией требует упорства и посвящения. Индийские брахманы называют это «священной жертвой», когда ты встаёшь на путь постижения силы. Знаешь, почему это так называется? Потому что ты отрекаешься от всего ради совершенства духа и слияния с Вечностью. Это — высшая цель любой магической практики.
Тамара смотрела на меня во все глаза:
— Ты так умно говоришь. А как это сделать?
— Это называется работа сознания. Мой учитель из Индии говорил, что тренировка мысли — фундамент в любой магической практике. Но здесь, в академии, этому, к сожалению, уделяют недостаточно внимания.
— Вот почему ты такой сильный! А меня научишь?
— К сожалению, я не смогу в двух словах объяснить вещи, которые постигают годами. К тому же, работа сознания предполагает изучение особого боевого искусства. Может быть, однажды познакомлю тебя с основами. Но… это потом, — я огляделся по сторонам, никого поблизости не было. — Хочешь попрактиковать боевые техники в тренировочном поединке?
— Прямо в поединке? — переспросила Тамара. — А это разве можно? Нам строго-настрого запретили поединки с заклинаниями.
— А ты никому не говори. Здесь никого, кроме нас, нет. Давай. Чем нам ещё вдвоём заниматься на пустом полигоне? Или боишься?
— И ни капельки я не боюсь! Ладно, — в голосе Тамары чувствовался интерес. — Давай попробуем.
Мы встали друг напротив друга шагах в двадцати. Я создал огненный полусферический щит, закрывший меня с головой, и велел девушке кидать воздушные клинки.
Тамара стала метать прозрачные лезвия, на щит обрушились тяжёлые удары, эфирное поле всколыхнувшие. Но для меня такие атаки не являлись большой проблемой. Я мог выдержать много попаданий.
— Сильнее! — крикнул я. — Увеличивай силу.
— Я стараюсь, — ответила Тамара.
— Иди по кругу.
— А?
— По кругу иди и бей на ходу. Не будешь же во время боя стоять как истукан? Надо постоянно двигаться. Представь, что я вот-вот в тебя кину огненный шар.
Тамара быстро зашагала вокруг меня, продолжая создавать заклинания.
Наконец, она устала, мы сделали упражнения для восполнения баланса, а затем поменялись местами.
На этот раз Тамара прикрылась воздушным щитом, а я стал кидать слабые огненные шары, постепенно увеличивая силу. В ночи засверкали частые оранжевые вспышки. Когда Тамара сказала, что ей становится сложно удерживать барьер, мы прекратили занятия.
— Так и надо тренироваться, чтобы научиться вести бой, — подытожил я. — Вначале учишься держать удары и создавать заклинания в движении, потом можно приступить к отработке атакующих и защитных связок. Затем — полноценный учебный бой.
— Ух ты, как здорово! — Тамару переполняли эмоции и адреналин. — А меня научишь?
Я усмехнулся. Не хотел же никого учить, но у девушки был потенциал.. Сработал старый преподавательский рефлекс: захотелось развить в человеке талант.
— Так и быть, я научу тебя тем вещами, которым знаю. Будем встречаться здесь два раза в неделю и…
Моё внимание привлекли тени, что двигались со стороны бетонных конструкций неподалёку. К нам шли восемь человек. Двое держали в руках зажжённое пламя.
— Ой, к нам идут, — встревожилась Тамара. — Это, наверное, охрана. Они видели, что мы делали, теперь нам влетит. Зря мы затеяли всё это.
— Погоди… Отойди назад. Это не охрана.
Приближающиеся к нам люди были одеты в обычные штатские пальто и шляпы, лица были закрыты повязками. Сразу стало ясно, что намерения у компании недобрые.
— Эй, голубки, воркуем? — хрипло проговорил человек в сером пальто и плоской кепке — один из тех, кто держал в руке зажжённое пламя. — Не возражаете, если мы присоединимся к вашей милой беседе?
— Кто такие? — грозно спросил я.
— Тебя, Дубровский, предупреждали, что до лета не доживёшь? Предупреждали. Ну так что, убить тебя или просто покалечить?
Глава 20
Компания парней встала полукругом, готовясь атаковать. Эфирное зрение показало, что все они имели достаточно развитые печати. Трое были огневиками, трое — магами воздуха, один владел стихией земли, ещё один — стихией воздуха.
Особой силой ребята похвастаться не могли, но и слабаками не назвать. Уровень примерно студента четвёртого курса академии или среднестатистического стражника. Но думать о том, кто они, времени не было. Я не знал, справлюсь ли со всеми, ведь моя сила не успела восстановиться после тренировки.
Секунды оказалось достаточно, чтобы укрепить тело и окутать себя огнеупорной аурой.
— Лучше валите отсюда по-хорошему, — проговорил я и крикнул Тамаре. — Закройся щитом!
Подумал, что так она сможет выдержать больше ударов. Драться ей не имело смысла. Остатки сил следовало вложить в защиту.