Так же Марина привезла мне учебную литературу, чтобы я наверстал материал перед началом полугодия, и карты местности, исчёрканные вдоль и поперёк. На них были отмечены нестабильные районы и безопасный путь в сектор 116, куда мне предстояло отправиться в скором времени, перелески, переправы, препятствия, удобные маршруты.
На этот раз Марина не собиралась со мной ехать. Отныне я был почти полностью предоставлен самому себе. Мне требовалось всего лишь запрашивать инструкции перед вылазками и отчитываться по возвращении.
Вечером Марина решила прочитать мне наставления. Сидя за столом в пристройке, она показывала мне карту, объясняя, какая отметка что означает. А потом заявила:
— И вообще, постарайся не повторять того, что случилось в прошлый раз. Не вступай в бой с охотниками. Если возникнут проблемы, переместись в более безопасный район. То же самое делай, если обнаружишь поблизости крупные скопления иных. Не рискуй — это бессмысленно. Твои главные задачи: выжить и достичь максимального прогресса.
— Хочешь, чтобы я бегал от всех? — меня этот совет несколько покоробил. Не в моих правилах было удирать, сверкая пятками.
— Не надо геройствовать, надо дело делать, задачу выполнять, — строго произнесла Марина. — Никогда не забывай о приоритетных целях. В пустыне даже опытные охотники погибают, когда пренебрегают осторожностью. Поэтому отнесись, пожалуйста, серьёзно к моим словам. Ясно?
Какая же она иногда была нудная…
— Да ясно-ясно, — ответил я. — Конечно, буду осторожен.
— Не везде и не всегда я смогу быстро придти на помощь, — добавила она. — Тебе следует полагаться только на себя.
— Я всегда полагаюсь только на себя.
— Знаю. Поэтому считаю, что из тебя получится хороший охотник, — Марина улыбнулась. — Ну вот, кажется, и всё. То, что надо, я тебе объяснила. Если возникнут вопросы, я всегда на связи.
— Не останешься сегодня на ночь? — предложил я.
— Прости, сегодня — нет. Как-нибудь другой раз. И ложись спать пораньше. Поздно проснёшься — полдня будешь до сектора добираться. Первый раз, всё-таки, один.
— Да уже не первый раз в одиночку по пустыне гоняю.
— Там — первый. В общем, береги себя, — Марина поднялась из-за стола, и я тоже, чтобы проводить её до двери.
Перед сном в последний раз проверил снаряжение, оружие, машину, а рано утром, когда ещё солнце не встало из-за горизонта, выгнал из гаража своего арендованного «Кочевника», запер двери в доме, и отправился в путь.
Подмораживало. Шёл снег. Он припорошил дорогу и разбитую гусеницами колею, укрыв грязный мир чистым мягким одеялом. Было в окружающей картине нечто спокойное, умиротворяющее.
До места, где прошлый раз мы вытаскивали застрявшую в колее машину, я доехал без проблем. К тому времени уже рассвело. Здесь всё так же стоял кордон пограничников и два забрызганных грязью «Слона» с локаторами на крыше. Военные меня остановили, но лишь для того, чтобы предупредить об опасности. Даже лицензию не проверили.
Впереди виднелся пригорок, я свернул с дороги и поехал к нему. А вот дальше сориентироваться оказалось сложно. Прошлый раз мы с Мариной ездили ночью, а у меня хоть зрение и адаптировалось к темноте, но во-первых, оно имело ограничение, а во-вторых днём мир выглядел немного иначе. Следов же прошлой поездки, понятное дело, не осталось.
Тем не менее, вскоре я заметил вдали высокое кирпичное здание — то самое, возле которого мы с Мариной устраивали стоянку, и направился к нему. Здесь остановился, закрепил на крыше радар и стал разбираться с приборами и картой.
С фрагментацией освоился быстро. Прощёлкал на экранчике квадрат за квадратом, изучая местность, отметил в блокноте (Марина советовала так делать, чтобы не забыть), сколько объектов где находится. Километрах в двух к югу от меня наблюдались пара мелких иных, больше поблизости никого не оказалось — лишь редкие кристаллы валялись под снегом, ожидая весны.
Дальнейший маршрут пришлось строить самому. Мой вездеход не обладал плавсредствами, а значит, не мог пересечь реку там, где мы делали это раньше. Южнее находилась понтонная переправа, используемая военными, но туда соваться не стоило из-за нестабильного пространства. Севернее же, километрах в семи был отмечен брод — его-то мне и предстояло найти.
Я облачился в силовой костюм, достал из чехла винтовку и закрепил её на специальной стойке между кресел. Поехал к реке, то и дело поглядывая на радар. Миновал место схватки (трупов здесь уже не было, их кто-то забрал), а вскоре выбрался из посёлка. Припорошенная колея вела дальше, к броду.
На берегу реки росло скопление невысоких деревьев, ограничивающих обзор. На радаре же появились новые точки — как раз там, куда лежал мой путь. Я затормозил, пересел за локатор и принялся фрагментировать участок.
Прибор показывал три сильных энергетических объекта. Судя по размытым точкам на экране фрагментатора, это были светоносные. Или гибриды. Я пока ещё плохо их различал. Но паршивее всего выглядело то, что они торчали как раз где-то рядом с переправой.
Кто бы они ни были, следовало сходить проверить.
Глава 11
В голове вертелась мысль о том, что на переправе могут находиться друзья парочки, пытавшейся меня убить несколько дней назад. Возможно, от них тоже не стоило ждать ничего хорошего, и было глупо ехать прямиком к ним, не разведав прежде обстановку. Если по мне откроют огонь, на тот берег не попаду, только вездеход потеряю. Поэтому решил сходить пешком и проверить, как обстоят дела, и если настрой у ребят мирный — ехать дальше, если нет — поубивать к чёртовой матери, чтобы не мешались.
— Агент 1541 вызывает Сотрудника 171, — послышался в автомобильной рации голос Марины.
Я схватил манипулятор.
— Да, слушаю. Доброе утро!
— Кирилл, ситуация следующая. Рядом с переправой в перелеске разбила лагерь группа светоносных. Они здесь уже несколько дней охотятся. Поэтому поезжай через понтонный мост южнее — он отмечен на твоей карте. Не рискуй. Как понял? Приём.
— Но там опасный участок, — напомнил я.
— Выбросы там редкие. Девяносто девять процентов, что тебя не заденет.
— Думаешь, через брод — опасно?
— Рисковать не будем. Вначале проверю, что за люди.
— Понял.
Марина беспокоилась за меня, а мне такая опека уже порядком надоела. Я не понимал, в чём проблема сходить на разведку самому. Если охотники откроют огонь — тогда убью их или отступлю, но если агрессии они не проявят, то какой смысл метаться туда-сюда?
До понтонной переправы было более десяти километров, да и путь выглядел не самым простым. На карте не наблюдалось никакой дороги вдоль берега. Поэтому хоть я и не стал спорить с Мариной, но поступить решил по-своему.
Закинув за спину ранец и повесив поверх него небольшой локатор, я с винтовкой в руках зашагал к прибрежному скоплению деревьев.
Местность здесь была холмистая. Дорога (точнее припорошенная колея) вела вдоль берега, а затем уходила вправо, поднимаясь на крутой холм. На возвышенность виднелись редкие покосившиеся столбы бывшей линии электропередач, вокруг толпились кустарники, росли группы невысоких берёзок и осин. Меня это место напрягало: слишком много где можно устроить засаду. Да и как переправу найти, я не понимал. Указателей здесь нет.
Я достал из чехла на поясе планшет-радар, в радиусе пятисот метров не было никого. Значит, до места ещё не добрался. Потопал дальше, вглядываясь в кусты, что подступали к дороге с обеих сторон. А снег продолжил идти, укрывая всё вокруг пушистыми хлопьями.
Наконец, на радаре появились три точки. Они находились в пятистах метрах от меня, а значит, надо было готовиться вступить в бой в любую минуту. Вскоре я заметил дымок, поднимающийся над группой деревьев впереди. Убрал радар, закрыл лицо маской, в которой обзор был совсем плохим, взял винтовку в обе руки.
Подойдя ближе, увидел среди ветвей прибрежных осин какое-то зеленоватое пятно — машина, кажется. Переправы пока не наблюдалось, хотя, судя по карте, находилась она где-то здесь. Я даже не знал, как этот чёртов брод должен выглядеть.