— Сколько? — спросила Марина.
Головокружение быстро закончилось, и я открыл меню индивидуального контролера:
— Три… двести, кажется.
— Тоже хорошо. Ну а мне сегодня, кажется, не суждено получить силу источника.
— Мы можем пройти чуть дальше, — предложила Ясмин. — Я хорошо себя чувствую и мог сражаться.
— Нет-нет, не будем рисковать. Поворачиваем обратно.
И мы отправились назад.
Самое досадное, что до следующего уровня мне не хватило сущей ерунды. Мой баланс составлял 48914 единиц, а для тридцать шестого, по словам Марины, требовалось сорок девять сто.
Но проблема решилась быстро. На обратном пути на нас опять напали несколько не слишком сильных существ, Ясмин и Марина постреляли их и разрешили мне поглотить энергию. К тому моменту, как мы вышли из тумана, у меня был тридцать шестой уровень.
На этот раз опять подскочила регенерация аж на 8. Так же она немного подросла, когда две недели назад заживали мои раны после стычки с «филинами». Таким образом, регенерация достигла 11,5, что считалось довольно серьёзным показателем. А вот телекинез пока расти не желал.
Я почти догнал своего приёмного отца. Полтора года назад Аркадий имел тридцать седьмой уровень, сейчас, возможно, тридцать восьмой или даже тридцать девятый, что, впрочем, сомнительно. Таким образом, нас разделяли не более трёх уровней. С одной стороны, это — около двадцати тысяч единиц энергии, но при этом разница в силе совершенно не критичная. Аркадию потребовалось почти пятьдесят лет, чтобы достичь такого уровня, мне — полтора года. Скоро он станет слабее меня, и тогда…
А что тогда? Я до сих пор не имел доказательств того, что мою матушку убил именно Аркадий. Стоило ли к нему лезть? Насколько это будет разумным решением? Зачем вообще он мне нужен? Из-за детских обид? Забыть — и дело с концом.
А если всё-таки убийца — он? К сожалению, у меня не было возможностей это выяснить. Если только поймать какого-нибудь слугу и заставить говорить под пытками… Но этот вариант я отмёл. Что я, садист какой-то?
Или всё же стоило?
Вездеход мчался обратно. Ясмин сидела на заднем кресле, я — рядом с Мариной. После повышения уровня самочувствие было паршивым, словно во время простуды, но если бы на нас напали иные, я спокойно поглотил бы ещё тысячу единиц энергии, а то и две. Скорость потока перевалила за пятьдесят, это сделало меня более выносливым, чем раньше. ДЦНС уже не зашкаливала после трёх тысяч единиц.
— Я почти поравнялся уровнем с моим приёмным папашей, — произнёс я, как бы размышляя вслух.
— И что? — спросила Марина.
— Да так… В общем-то, ничего. Давно этого хотел.
— До сих пор жаждешь отомстить?
— Нет… точнее, я не знаю. Моя матушка погибла при странных обстоятельствах. Если выяснится, что её убил Аркадий, правосудие должно восторжествовать. Смерть за смерть. Вот только не знаю, как понять, действительно ли он виноват. Доказательств нет.
— Почему считаешь, что он?
— Ну сама посуди. Скуратовы и Бельские — конкуренты в металлургической сфере. Как сказал мой дядя, с которым я недавно общался, Аркадий, когда унаследовал отцовское дело, стал открыто уводить у Бельских крупные контракты. Матушка была вовсе не кроткой овечкой, и если ей что-то не нравилось, вряд ли она молчала. Ещё и я был зачат от кого-то другого, а Аркадий — та ещё гнида, ты сама видела. То есть поводов для ссор хватало. А тут — несчастный случай на тренировке. Подозрительно выглядит.
— Я бы убила его, — буркнула с заднего кресла Ясмин.
— Да, подозрительно, — согласилась Марина.
— А что делать-то? Как узнать, он это сделал или не он? — спросил я. — Родственники тоже ничего не знают.
— Скорее всего, об этом знают слуги Аркадия или кто-то из его приближённых.
— И как мне у них выведать? Поймать какого-нибудь слугу и пытать его?
— Пыток может и не понадобиться. Иногда достаточно просто запугать. Впрочем, зависит от человека. Некоторые легко раскалываются после обычных угроз, а других даже физическая боль не вынудит говорить. К таким требуется особый подход.
— А ты, смотрю, специалист.
— Я бы так не сказала. Просто слышала от тех, кто занимается подобными вещами.
— У вас и такие спецы есть? И как, часто людей пытаете?
— Необходимость бывает разная, — произнесла Марина своим обычным равнодушным тоном, а потом добавила. — К сожалению.
— Н-да, и что делать? Даже не знаю.
— Это твоя семья, тебе и решать.
— Да какая семья… Я ж чужим среди них был всю жизнь. Говно это, а не семья.
— Ты жил в роскоши, — опять вставила Ясмин. — А ещё жалуешься.
— Много ты понимаешь, — огрызнулся я.
— Моя семья была бедной, и то не жаловались. Все работали. А ты, небось, даже не работал никогда.
— Успею ещё наработаться. Вся жизнь впереди.
— Ребят, прекращайте, — вклинилась в наш спор Марина. — Не надо ссориться. А ты, Кирилл, подумай, насколько сильно хочешь узнать правду. Если действительно хочешь — узнаешь.
— Узнаю… — проговорил я. — Обязательно.
До зимних каникул (формально никаких каникул у нас не было, но многим курсантам на новогодние праздники выписывали десятидневные отпуска) оставалось полтора месяца. Я подумал, что если и планировать какие либо мероприятия, связанные с моей роднёй, то не раньше января.
Следующий выезд к месту силы намечался через две-три недели. На этот раз мы собирались посетить Семипалатинский особый округ, раскинувшись вдоль Алтайских гор — одну из старейших красных зон на Земле. Появилась она в начале семнадцатого века, но изначально находилась гораздо южнее, где в те времена проживали лишь кочевые племена.
Изначально Семипалатинск строился как одна из пограничных крепостей, но постепенно пустошь подобралась так близко, что рубеж сдвинули на север, а ещё лет сто назад город и сам оказался в красной зоне. Теперь это был город-призрак, как и Солнечный, как и многие другие бывшие населённые пункты, захваченные иными. Синий столб находился южнее, в диких землях, которые уже давно людьми не контролировались.
Других планов на конец ноября и декабрь не было. Близились экзамены, и Марина сказала, что я должен сосредоточиться на учёбе.
— Тебе не корочку надо получить, а знания, — сказала она, когда я попытался возразить. — Понимаешь, знания! Мне и так придётся тебя многому учить, так хотя бы базу освой, чтобы элементарные вещи тебе не приходилось объяснять.
Ну что ж, надо, так надо. Мне и самому было интересно всё, что мы проходили на уроках, хотя многие лекции казались жутко нудными. К тому же мучиться за партой оставалось всего полгода, можно и потерпеть.
В общем, я готовился отправиться к очередному месту силы либо в последних числах ноября, либо в первых числах декабря. Точную дату Марина не назначила, сказала, что зависит это не только от неё. СКИФ собирался снарядить туда целую экспедицию, и мы должны были к ней примкнуть.
Но без приключений эти недели не обошлись.
Через пару дней после моего возвращения из Сибири, командование снарядило боевую группу на задание. Нам предстояло уничтожить иных близ границы к югу от Одинцово.
Подобные вылазки боевая группа совершала часто, ничего особенного в них не было, однако в этот раз во время стычки с иными пострадали два парня из первого взвода. К счастью, никто не погиб, но Болховскую сильно разозлило данное происшествие, и она решила до самого Нового года гонять нас по воскресеньям на дополнительные учения.
Соня очень расстроилась из-за этого. В декабре мы собирались выбраться в город, а теперь нам обломали весь праздник. Конечно, можно погулять по территории спецшколы и поужинать в местное кафе, но иногда хотелось разнообразия.
Вторым важным событием был выезд за кристаллами. Директор предложил мне скататься вместе с набранной им группой собирателей, и я согласился. Это произошло в конце ноября. Было уже холодно, земля подмёрзла, хотя снег ещё не выпал, точнее, на днях он выпадал, но, полежав сутки, растаял.