— Ладно, — буркнул я, — допустим. И чем же ты поможешь?
— Надо подумать, пока не знаю, — беззаботно произнесла Эстер. Такое легкомыслие меня ещё больше разозлило: у меня тут вопрос жизни и смерти, а она не знает! А впрочем, чего я хотел? Сам же контракт подписал. Мне и расхлёбывать.
Я ещё что-то хотел спросить, но в этот момент внизу послышались голоса. По лестнице поднимались несколько человек.
— Кажется, к нам гости, — заметила Эстер. — Весьма кстати! Неплохой шанс потренироваться. Призови керибу и натрави его на них. Я тебе покажу одну интересную вещь.
— С ума сошла? Ты хочешь, чтобы я убил ни в чём не повинных людей?
— Ну да, а что?
— Нет, так не годится. Я не стану убивать, кого попало.
В это время те, кто поднимался по лестнице, достигли четвёртого этажа и, услышав наш разговор, заявились в комнату. Это оказались трое мужчин неопределённого возраста. Взгляды у них были какие-то угашенные, а лица — нездорового серого цвета. У одного на полморды расплывался фингал.
— Наркоманы же, — констатировала Эстер, даже не взглянув на вошедших. — Кто их хватится?
— Всё равно не согласен, — возразил я. — Так мы не договаривались. За кого ты меня принимаешь?
— Это ещё что такое? Вы кто такие? — мужчина с фингалом сплюнул. — Это ваще наше место.
— Поздно, — пожала плечами Эстер. — Они не должны были меня видеть. А теперь их надо убрать. Ну так что, мне самой сделать?
Трое переглянулись. Вместо того, чтобы дать дёру, они стояли и тупили, пытаясь сообразить, как реагировать на представшую перед ними картину.
Не дожидаясь моего ответа, Эстер сделал жест рукой, и парень с фингалом приподнялся над полом. В следующий миг он вылетел в окно. Раздался короткий вопль, затем — стук упавшего тела.
Двое других стояли в полном недоумении, да и я смотрел на это, выпучив глаза. Эстер снова сделала жест, и в окно вылетел второй неудачливый посетитель заброшенной стройки.
Третий что-то замямлил, пятясь к выходу, но его тоже подняла в воздух магическая сила. Однако этого Эстер не отправила в окно. Он полетел через всю комнату и врезался в стену головой. Сила оказалась столь огромной, что мозги несчастного кляксой разлетелись по бетонной плите.
— И зачем? — спросил я, будучи под впечатлением. — Что они плохого сделали?
— Не важно, — легкомысленно махнула рукой демоница. — Я тебе обещала кое-что показать. Так вот. Подойди к телу. Ну же, смелее, мёртвые не кусаются.
Я подошёл и вопросительно посмотрел на Эстер.
— А теперь протяни руку. Так. Постарайся сосредоточиться на жизненной силе источника. Трупа, то есть.
— Это как? — не понял я.
— Просто подумай об этом. Вот. А теперь забери у него остатки жизненной силы, — она приблизилась ко мне сзади вплотную так, что я почувствовал её упругие формы, и взяла за руку, которую я держал над убитым. И тут я увидел, как из моей руки вырастает чёрная щупальца и впивается в мертвеца. От неожиданности я чуть было не отскочил — помешала Эстер, стиснув меня железной хваткой.
— Закрой глаза, — приказала демоница. — Сосредоточься. Думай о жизненной силе, которую впитываешь.
Я зажмурился, но в душе царила паника. На лбу выступил холодный пот. А потом я ощутил покалывание во всём теле. Когда это прекратилось, я открыл глаза.
— Что это было? — произнёс я, приходя в себя.
— Одна из твоих способностей, — Эстер отпустила меня. — Ты можешь поглощать жизненную энергию поверженных врагов и становиться сильнее. Впрочем, от слабого, как этот, проку почти нет. Капли, что ты впитал, ничего не дадут. Но если опустошишь одного из тех, кого вы называете духовными, твоя сила возрастёт. Вспомни об этом, когда будешь убивать князя. Только медлить с поглощением нельзя: эфирное тело быстро распадается. Ладно, что-то я заболталась с тобой. Мне пора. До встречи.
Эстер пропала, а я, постояв секунду над телом убитого наркомана, бросился прочь. Сбежал по лестнице, выглянул на улицу: друг эти трое были не одни, или какой-нибудь случайный бродяга забрёл сюда? Никого. Я зашагал через пустырь, не прекращая оглядываться. Только когда отошёл на значительное расстояние, сообразил, что не стоит вести себя так подозрительно. Никто меня не видел, а значит, и паниковать не за чем.
И всё же теперь на мне висело три трупа и всё благодаря выходке чёртовой демоницы. Но ещё больше меня беспокоило способность высасывать энергию из эфирного тела мертвецов, которая открылась во мне.
Ни в книгах, ни в иных источниках не упоминалось того факта, что люди могли поглощать жизненную силу друг друга. Я такое только про демонов слышал. В общем, я даже не знал, что думать. Кто же я есть?
Причём, в памяти ничего необычного не находилось: Денис жил по-простому: учился, работал, думал, в общем-то, о тех же вещах, что и все пацаны в его возрасте. В голове моей была вся жизнь парня, но ни одной мысли, связанной с демонами, призывами и прочим колдовством (если не считать информации, почёрпнутой из книг) там не обнаруживалось.
От раздумий меня отвлек звук, похожий на выстрелы. Прислушался: да, всё так — на улицах стреляли, причём из автоматического оружия. Пальба доносилась как раз с той стороны, куда я направлялся. Продолжалось это недолго, вскоре всё затихло. Я двинулся дальше.
На перекрёстке рядом с магазином, в котором позавчера столкнулся с налётчиками, увидел машину. Она стояла с распахнутыми дверями, а вокруг теснилась толпа зевак. Я тоже подошёл, поглядеть, что стряслось.
Старый седан с круглыми задними фонарями был изрешечён пулями. Водитель сидел, уткнувшись носом в баранку, а вокруг на дороге лежали три мёртвых тела в лужах крови. Все они имели смуглый цвет кожи и походили на арабов, как и те парни, с которыми я дрался в магазине.
— Что произошло? — спросил я у группы мужчин в поварских фартуках. На углу находился ресторанчик, и видимо, персонал высыпал на улицу глазеть на последствия перестрелки.
— «Чёрные петлицы», — ответил толстый усатый повар. — Эти остановились, а те — тут как тут. Прямо из машины всех и постреляли. А потом уехали.
— А это кто? — я кивнул на трупы.
— Да персы, небось. Они тут колобродили последние несколько дней. Вот и приехали по их душу.
— Ага, даже магазин грабанули поблизости, — добавил второй повар, держащий в зубах сигарету. — Война началась у них. Никакого покоя, туды их за ногу.
— А «чёрные петлицы» при чём здесь? — спросил я, пытаясь выудить из памяти хоть что-то, связанное с этой группировкой.
— А пёс их знает, — усмехнулся толстый повар. — Приехали территорию защищать. Кто их поймёт, чертей?
Оставив зевак рассуждать о причинах перестрелки, я продолжил путь. Название «чёрные петлицы» так и вертелось в голове. Тоже что-то знакомое. Наконец, вспомнил, кто такие: московская группировка с националистическим уклоном. Но удивительно было другое: за всю свою жизнь Денис ни разу не слышал, чтобы «чёрные петлицы» хозяйничали в Измайлово. Тут были разные банды: дагестанцы, чеченцы, поляки, казахи, армяне и даже русские. Они приходили, воевали друг с другом, уходили или, наоборот, оставались, разделив сферы влияния. Но «чёрных петлиц» за пятнадцать лет конкретно здесь никто не видел. Второй факт, который меня поразил — стрельба среди бела дня. Похоже, эти ребята имели серьёзную крышу, раз не стеснялись доставать огнестрел у всех на виду.
До дома оставалось уже совсем недалеко, когда позади я услышал рокот мощного восьмицилиндрового мотора, и мимо прополз старый оранжевый хардтоп налётчиков. Натянул кепку на глаза, я уткнул подбородок в воротник. Если меня узнаю — пипец.
Машина проехала, и я уже решил, что пронесло. Но вдруг хардтоп остановился на обочине, открылись двери, и из салона вышли люди. Один из них оказался тем самым бородатым налётчиком, который напоследок обозвал меня непонятным словом и угрожал расправой. Пол-лица у него распухло — моя работа. Вот только в руке его вместо биты теперь блестел тесак. У остальных тоже было холодное оружие. А всего парней оказалось пятеро.