— Ну хотела она…. Зачем я тебя туда отправил? Чтоб ты этих двоих развлекала или служанкой для них работала? Ты должна присматривать за ними, защищать их, в том числе и от их собственной глупости.
— Но я не думала… Светлана никогда… — попыталась оправдаться Катя, но я перебил.
— Ей семнадцать лет. У неё ветер в голове. За ней нужен глаз да глаз. В общем, ладно, пока сиди в квартире, присматривай за Лерой и жди дальнейших указаний.
Поговорив с Катей, я принялся звонить Свете, но та не отвечала. Телефон её был выключен. У сестры, конечно, может и ветер в голове гуляет, но я не ожидал, что такой ураганный. О чём она вообще думала⁈ Как можно так легкомысленно себя вести?
Я понятия не имел, что предпринять. То ли ехать в Омск, то ли — в часть, то ли отправлять на поиски сестры охрану, то ли просто ждать. До Омска ехать часов восемь. Я не смогу быстро сгонять туда-обратно, а потом — в Томск, до которого ещё часа три-четыре пилить. Но даже если поеду, какой в этом смысл? Что я там буду делать?
Меня грызла досада. Ну как Катя могла так облажаться? Почему она недосмотрела? С другой стороны, Катя никогда агентурной работой не занималась, и её главной задачей было тренировать девушек и решать организационные вопросы. Что греха таить, на Свету я полагался больше, чем следовало. Ошибся.
Я минут десять расхаживал перед гаражами, размышлял. Потом опять Свете позвонил — снова короткие гудки. Тогда сел в машину и завёл двигатель. Хотелось немедленно поехать в Омск. Я не знал, что там буду делать, и всё же это иррациональное желание оказалось сильнее.
Мне стоило больших трудов не нарушать правила дорожного движения, пока я продирался через городские дебри: пропускать пешеходов на переходе, не проскакивать на красный. Ужасно хотелось втопить на полную и миновать побыстрее переплетение улиц с грёбаными знаками и светофорами, но я прекрасно понимал, что тогда моя поездка может закончиться, не начавшись (или машину разобью, или полиция остановит, а у меня даже прав нет), и потому держал себя в руках.
Я решил позвонить в штаб и добиться всеми правдами и неправдами отсрочки. Сказать, что заболел или ещё что-нибудь придумать. Хотя бы на два-три дня, пока не выясню, что случилось со Светой. Почему-то в голове засела мысль, что её схватили люди Михаила, хитростью выманив из дома, и теперь везут в Нижний. А это значит, сестру придётся вызволять.
Наконец, город закончился, и «Рубин» бодро помчался по загородному шоссе. Спустя где-то час в кармане моих тёмно-синих гвардейских брюк зазвонил телефон. Я достал его и глазам не поверил: на экранчике отображался номер Светы. Съехав на обочину, я резко затормозил.
— Алло, — моё сердце заколотилось чаще: сейчас выяснится, что произошло.
— Алло, привет Лёш, звонил? — Света говорила так, словно ничего и не случилось.
— Привет, — я тоже не показал виду, что встревожен. — Ты сейчас где? Тебя Катя искала. Сказала, что ты куда-то ушла, никому ничего не сообщила, ещё и телефон отключила.
— А, да, точно, — хихикнула Света. — Но вообще-то я записку оставила. Она что, не видела?
— Судя по всему, нет. Так где ты?
— Да я тут… в кафе пошла. Просто Катя не разрешала, а мне дома было не охота сидеть.
— Одна?
— Нет, со знакомым.
— С каким ещё знакомым, Света?
— Да так, ничего серьёзного. С парнем познакомилась в «Сообществе», решил встретиться. Мы в кафе посидели, сейчас куда-нибудь поедем погуляем. Ты не волнуйся, у меня всё под контролем.
Мне одновременно хотелось ругаться и смеяться над такой наивностью Светы. Но с другой стороны, самое худшее, что я ожидал, не случилось: отец к «пропаже» сестры был не причастен.
— Света, ты разве не понимаешь, что тебя вычислить могут? Какие знакомства в соцсетях? Ты о чём вообще?
— А, да ты не волнуйся, я под другой фамилией зарегалась. Я же не совсем дура, чтобы так спалиться.
— Света, тебя ищут! И не абы кто, а отец, у которого связей полно. Мы разве не договаривались? Почему Катю не послушалась? Она тебе разрешала? Нет. Ты где сейчас вообще?
— Да я же сказала, в кафе сидим. Просто телефон включила, посмотреть, вдруг кто звонил.
— В общем, так, Света, немедленно возвращайся домой. Немедленно, поняла? И больше никаких встреч и никаких знакомств в сети. Аккаунт удаляешь.
— Ну почему? Ты зря беспокоишься. Я же говорю, ничего серьёзного…
— Света, не спорь.
— Лёш, ну мне просто скучно стало. Чем мне заниматься? Дома сидеть? Чувствую себя какой-то старухой или монахиней. И вообще, я никому свою настоящую фамилию не называла. В чём проблема-то? Как меня отец найдёт?
— Света, ещё раз говорю: немедленно возвращаешься домой. Поняла? Или… можешь ехать обратно в Нижний. Если так себя ведёшь, я с тобой возиться не собираюсь. Мы договаривались, что ты во всём меня слушаешься? Договаривались. И Катю ты должна слушаться, как меня самого. Если Катя говорит «нельзя», значит — нельзя.
— Но Лёш!
— Таков был наш уговор. Если ты его соблюдать не собираешься, то я не собираюсь тебя прятать от папаши. Домой хочешь?
— Не-не, Лёш, ты чего? Не хочу, конечно. Я больше не буду. Честно-честно. Ты чего так разозлился? Ну прости, пожалуйста! И Катьку я всегда слушаюсь.
Угроза отправить домой подействовала. Света сразу же присмирела.
— Сейчас ты позвонишь Кате, назовёшь адрес, где находишься. Она тебя заберёт, — приказал я. — Через час ты должна быть дома. Это ты поняла?
— Поняла, — вздохнула Света.
У меня сразу гора с плеч свалилась. Всё обошлось. И правда, зря только нервничал. Я закончил звонок, развернул внедорожник и помчался обратно в Первосибирск. Окончательно успокоился лишь через час, когда Катя отчиталась о том, что Света вернулась домой.
Вот только я до сих пор не мог понять, почему сестра так себя повела. Мы со Светой договаривались, что об общении в интернете и речи быть не может. Она даже все свои аккаунты удалила, хоть и со скрипом: очень уж ей нравилось залипать в соцсетях. А теперь Света решила, что самая умная, и создала аккаунт на вымышленное имя.
Но мог ли я догадаться, что ей такая блажь в голову ударит? Да и Катя, по-хорошему, должна была меня предупредить: позвонить и сказать, так мол и так, Светлана какими-то сомнительными вещами занимается, не слушается.
Но, кажется, всё обошлось, чему я был чертовски рад, Теперь можно спокойно продолжать службу.
* * *
— Квадрат А-33. По данным разведки здесь наблюдается сильное затемнение, — капитан Воронцов стоял за столом с расстеленной картой и объяснял задачу. Рядом толпились девять офицеров роты, включая меня. — Местность болотистая, дорог нет, тяжёлая техника не проедет, поэтому поддержки огнём не будет. Передвигаться будем на СВП. В квадрате замечено шесть или семь бездн, три-четыре колонии и, как минимум, три тенебриса-вождя. Необходимо зачистить местность, уничтожить дымогенераторы, в общем, подготовить территорию к работе по закрытию ям. Всё как обычно, делали мы это много раз. Выполнять задание будем совместно с ротой капитана Трубецкого. Выдвигаемся завтра утром. А сегодня готовьтесь. Вещи собираем на один день пути. Потом разобьём лагерь ближе к квадрату, но вначале надо произвести рекогносцировку, чем так же займёмся завтра. Старший лейтенант Скрябин, свяжитесь с батальоном СВП, обеспечьте подачу транспортных средств к девяти утра. Командиры групп организовывают сборы. Вопросы есть?
Капитан Воронцов, как и предполагалось, вернулся в строй относительно быстро и теперь опять командовал ротой. Правда, он зачем-то сбрил усы, благодаря чему стал выглядеть моложе.
— Господин капитан, сколько там всего тварей? — поинтересовался Скрябин. — И не будем ли мы с ротой Трубецкого мешать друг другу на таком небольшом участке?
— Во-первых, квадрат этот достаточно большой, всем хватит. И про трёх вождей не забывайте. А конкретный план действий разработаем на месте. Во-вторых, сколько существ, спрашиваете? Точно никто не знает, но много. Работа предстоит трудная — сразу говорю. Тем более, у нас всего два великих мастера. Кстати, чуть не забыл, лейтенант Озёров, будете временно заменять Орлова.