— Строунт, — прошептал вампир. — Как же я сам не мог додуматься.
— Зачем смерть бога? Или его сила…
— Даст всем присутствующим бессмертие в биологическом и духовном состоянии. Они станут полубогами. Такое было единожды тысячу лет назад. Древние вампиры. Они это смогли провернуть. Только они не смогут нам помочь, — тяжело вздохнул кровосос.
— Мне показалось, или тебе резко стало не наплевать на всё происходящее? Тебе была важна только смерть старика, а тут раз и переобулся?
— Артикон всё это предложил. И, естественно, он там будет в первых рядах. Я не думал, что он это когда-то воплотит в реальность, но я сильно ошибался. Возможно, когда Артикон будет мёртв, я тебе поведаю тайну, зачем мне это всё было нужно, но в данный момент эта информация тебе ни к чему, — мрачно произнёс Дрейк.
— Мне нужно срочно поговорить с древними вампирами, — резко встал я.
— И каким образом? — он косо посмотрел на меня.
— Ты говорил, что Костнера кинут в лабиринт смерти, а значит, ты сможешь присутствовать там. И я уверен, что ты сможешь меня провести туда. Мы находимся в подвалах дворца, а значит лабиринт смерти, а точнее сеть пещер, находится ещё ниже. Нам не обязательно показывать это всем подряд, а охрана тут состоит явно не из высших вампиров. Если хочешь смерти Артикона, то ты должен мне помочь. Костнера нужно спасти и побеседовать с древними вампирами, — попёрло меня на подвиги так сильно, что Геракл бы ахнул и уступил мне место для своих двенадцати подвигов.
— Тебя разорвут, — выдал краткий вердикт Дрейк. — Древние вампиры всегда голодные, и они явно несоциальные существа.
— Это единственный выход. К тому же, если Строунт ступит в ваш дворец, то точно уже ничто не помешает ритуалу.
— Помешает, — улыбнулся вампир.
— Это на самый крайний случай, — додуматься не составило труда. Он подметил точно. Ритуал не произойдёт, если не будет в качестве жертвы настоящего зла, кем я являюсь.
— Это будет быстро. И я не допущу ошибок, которые допустил Иван, — подмигнул он мне.
— Когда казнь?
Глава 20
«Выбор, сделанный на века»
Сколько прошло времени после ухода Дрейка я не считал. В таком месте считать время, на мой взгляд, является самым безумным делом после проговаривания вслух молитвы. На вопрос: «Когда казнь?», высший вампир так и не ответил. Возможно, сам точно не знал или знал, но не хотел меня лишний раз расстраивать. Мне всё-таки пришлось попросить его принести письменные труды старого эльфа. В них я бы точно узнал секреты анатомии кровососов и, возможно, про их биологическую смерть, или хотя бы узнал о том, каковы шансы сделать из них инвалидов первой группы.
Услышал скрипучий поворот механизма замка главной двери. Неужели Дрейк решил навестить меня так быстро и принёс труды старого эльфа? Было бы неплохо. К темноте я уже привык окончательно и мог рассматривать даже мелкие трещины в стенах. С моим телом произошли некоторые метаморфозы. Пока я в них подметил полный иммунитет к укусам оборотня и вампира. Также есть некое бессмертие, но на сколько я бессмертен, пока не собирался проверять на практике. Этой практики было достаточно, и не хочется её повторять.
Нет жажды крови и плоти, что меня несомненно сильно радует. Также нет аллергии на солнечный свет. Есть некий прилив адреналина, по крайней мере, я пока так назвал своё агрессивное состояние, в котором сокращается время на реакцию и увеличивается приток адреналина в кровь, что прибавляет сил для действия в дальнейшем без последствий для организма. Рубить головы кровососам обычному человеку было бы слишком затруднительно тяжёлой алебардой, с которой я, кстати, и Арднер в том числе, никогда не имел дела. Что же сделали с телом Арднера? Это предстоит мне узнать в Городе Изгоев, в который я уже не так сильно спешу.
Открылась моя дверь. В дверном проёме стоял Артикон. Не его я ожидал увидеть. Заметил, что упыри могут очень профессионально ходить бесшумно. Охотник на вампиров молча прошёл в камеру и сел на кровать. Он точно знал, что я не смогу сбежать отсюда и выглядел уверено. Я не дурак, и взвешивать шансы ещё не разучился. Сел рядом с ним. Если бы он хотел меня убить, то сделал бы это в доли секунды. Может, не спешит и хочет насладиться моментом, когда жертва напитается страхом, тем самым адреналином? Будет для него такой лёгкий наркотик. Только он меня плохо знает.
— Пришёл посидеть на обоссанном матрасе? — иронично спросил я у него, на что охотник просто фыркнул и тяжело вздохнул.
— Шуточки у тебя странные, Арднер. На твоём месте мне было бы не до смеха.
— Отчаяние всегда порождает либо страх, либо смех. Тяжело быть где-то посередине, — ответил я философской цитатой.
— Ты же знаешь, кто я такой, но ты не знаешь моей истории, — прошептал Артикон.
— К чему всё это? Я даже не просил этого.
— Ты охотник на оборотней и не стал пока что оборотнем. Это вопрос времени. Но ты точно знаешь, что я, будучи охотником на вампиров стал тем самым упырём. Каждое перевоплощение требует своей истории. Почему и как? Тебе не кажется? — он посмотрел мне в глаза.
— Мне не интересно, — ответил я честно.
— Всё равно тебе нужно услышать мою историю, Арднер, — Артикон видимо решил мне рассказать свою историю несмотря ни на что.
Он перерезал вены на левой руке и правой схватил меня за волосы. Потянул волосы на себя, и от боли я открыл рот. Во рту я начал чувствовать вкус крови, но помимо вкуса в моём сознании начали появляться чьи-то воспоминания. Я будто наблюдал это со стороны. Память Артикона, но не от лица самого охотника. При этом знал нужную информацию в тот самый промежуток времени. Это что-то новое.
* * *
— Гони его в тупик, — яро крикнул охотник напарнику, перезаряжая свой барабанный арбалет.
— Их двое, — закричал в агонии напарник, когда вампир настиг его и впился клыками в шею.
Охотник машинально зарядил арбалет. Вскинул руку вперёд и нажал на спусковой крючок. Лапка, что держала натянутую тетиву, опустилась вниз и под натягом пружины натянула вторую тетиву. Первая тетива мгновенно стянулась от отсутствия натяжения и тем самым придала ускорение серебряному болту. Болт со свистом покинул арбалет и вонзился со страшной силой в упыря. Вампира буквально отбросило от напарника на пару метров. Охотник на этот раз прицелился и сделал решающийся выстрел. Болт попал прямо между глаз кровососу. Организм из-за контакта с серебром начал мгновенно разрушаться и воспламеняться. Упырь сгорел за неполную минуту. Второй вампир так и не показался.
— Почему ты меня не слушаешься? — спросил охотник у напарника. Это уже третий напарник за неполный год. Первого напарника растерзал оборотень. Второй нашёл любовь всей жизни. И вот теперь третий. Его укусил тот, за кем они так долго охотились.
— Я хотел… быть… как вы, — ответил, захлёбывающийся кровью, напарник.
— Не нужно было равняться на меня. Я тебе сколько раз это говорил? — охотник смотрел в глаза юного мальчишки. Ему только исполнилось на прошлой неделе шестнадцать лет. И зачем церковь даёт ему в напарники юнцов? Он не мог на это ответить.
— О вас… так… хорошо… отзываются. Я хотел быть тем… о ком слагают легенды, — юноша держал рану рукой, но кровь всё равно шла. Сонная артерия повреждена. — Что со мной… будет? — он посмотрел на закалённого охотника. На глазах юнца наворачивались слёзы. — Вам придётся… меня убить?
— Это будет быстро, — охотник не хотел этого делать, но выбора другого не было. Перевоплощённые юные вампиры в первые сутки самые опасные и голодные.
— Скажите… моей матушке, что я… женился и уехал в соседнее королевство, — напарник говорил с трудом. Он посмотрел в глаза сурового наставника и закрыл глаза. — Ей незачем знать, что со мной случилось. Прошу вас…
— Будет по-твоему.
Охотник на вампиров обнял юношу и молниеносно сломал ему шею. Напарник даже не смог ничего сделать. То ли из отсутствия сил, то ли из-за понимания, во что он превратится. Охотник с напарником проработали больше трёх месяцев зимы. И этот месяц был самым суровым и снежным. За неполных два месяца они смогли убить аж целых четырёх вампиров и двух подсосов. Этому никому не удавалось на протяжении десяти лет. Говорят, что был один охотник, но его давно никто не видел. Так вот, этот охотник смог за один бой убить двух вампиров и одного высшего вампира. Ходили слухи о нечистоте человеческого тела этого убийцы.