— Да, ерунда какая-то выходит, — сокрушенно развел руками я. — И что теперь?
— Свою работу я сделаю, — заявил «часовщик». — Но парадокс никуда не денется! Однако тут уж простите, вопрос не в моей компетенции! Единственное, что могу посоветовать — отвезти молодого человека на родину — на эту его Игг — и получить там на него новый СИК.
— Не самый короткий перелет, — подпустив в тон толику скепсиса, заметил я.
— Можно все сделать и на Дырр-Ау, но получится долго и муторно. Впрочем, как знаете. Хронометр я, как уже сказал, по эталону совмещу, так что в быту никаких неудобств у молодого человека не возникнет. Но формально из этой комнаты он выйдет сорокашестивитковым дяденькой! Любые иные настройки как раз и стали бы с моей стороны тем самым незаконным вмешательством! Говорю же: парадокс…
— Делайте, что можете, мастер, — печально вздохнул я — внутренне ликуя.
Слегка перефразируя нашу златоустку-Дик, нет в галактике закона, запрещающего иметь на борту сорокашестивиткового юнгу! А если при этом выглядит он на свои биологические тринадцать — то и с точки зрения традиции все путем!
А вот пресловутый контракт теперь будет кому подписать!
Чушь? А вот и нет! Просто, как и сказал «часовщик», такой вот хитрый парадокс!
* * *
Через полчаса дружный экипаж «Евы» официально пополнился младшим юнгой Трашем Нокк иль Игг.
24. План Б
— Ну и что это за кидалово?! — прорычала Длу.
Выпущенная из пассажирской капсулы всего каких-то сто пятьдесят ударов сердца назад, девица стояла в рубке у псевдоиллюминатора, озверело взирая в пустой космос. Ключевое слово тут — «пустой». В точке пространства, где еще недавно дрейфовал «Полумесяц», не было ничего.
Справедливости ради, к этому «ничего» мы тоже приложили свою руку, выловив в вакууме несколько деталей от звездолета класса «Луна» — свеженьких, будто только что с завода. Теперь они лежали у нас в трюме — на цивилизованной планете за них наверняка можно будет что-то выручить. С ценой на тот же фазовый гироскоп их стоимость, конечно, ни в какое сравнение не шла — запчасти нам достались не столь редкие и сложные — но все ж хоть какие-то деньги…
— Где, к ордену, корабль, я вас спрашиваю?! — не унималась между тем Длу.
Хороший вопрос! Именно его мы себе и задали, когда, прибыв по знакомым координатам, не нашли «Полумесяц» на его «законном» месте. Сперва я подумал, что мы случайно подошли к застрявшему звездолету со стороны его отсутствовавшего в обычном пространстве носа — с этого ракурса корабль действительно будто бы исчезал из реальности. Попросил Брин аккуратно поманеврировать в районе — но ожидаемого результата это не принесло. Зато, правда, зоркая Уняйя засекла три малоразмерные цели, на поверку оказавшиеся теми самыми деталями. Вылавливая их, мы наткнулись еще на две, совсем крошечные, одну из которых идентифицировать так и не смогли, а другая оказалась типовым танталовым кронштейном.
— Мы полагаем, что пока нас не было, «Полумесяц» настолько переместился в прошлое, что попросту перестал существовать… — высказал я девице результат наших размышлений.
— Передняя половина — допустим! — осмыслив услышанное, процедила Длу. — Но в кормовой же части время шло нормально, без откатов — разве не так?!
— Так, — подтвердил я. — Сами ломаем голову, куда она могла деться! Есть версия, что, когда нос исчез, корму затянуло в тоннель… — эту идею предложила Уняйя — по каким-то своим кошкодевичьим соображениям — но на все загадки ответов она не давала. — Правда, тогда неясно, почему вне тоннеля оказались некоторые детали, причем одна из них — определенно с носа, — честно поделился я самой очевидной, на наш взгляд, нестыковкой с собеседницей.
— Детали? — быстро спросила та. — Что за детали?
— Идем в трюм, покажу, — жестом указал я девице на выход из рубки.
Длу почти бегом рванула к трапу.
— А внутри этих деталей время как идет? — нервно теребя на ходу кончик своей косы, поинтересовалась она у меня уже на полпути ко второй палубе. — И какого они размера? Клиентку можно туда запихнуть? Она у нас, сами видели, довольно субтильная!
— Никаких аномалий, — вынужден был разочаровать девицу я. — Мы поместили в одну из запчастей хронометр — тикает без сбоев. Но сейчас вместе еще раз проверим. А что касается размера — в самую крупную из находок даже Дик не втиснется!
— А если ей руки и ноги отрубить? Не вашей девчонке — клиентке? Потом аккуратно пришьем. Главное — с головой поработать!
— Говорю же: отклонений в течении времени мы не выявили! — напомнил я.
— А вдруг еще выявим?! Вы сказали про один хронометр, но, как я поняла, деталей найдено больше!
— Погоди, сейчас сама все увидишь — поймешь, — устало отмахнулся я.
Надежды Длу оказались тщетны: внутри единственной детали, в отношении которой в принципе имело смысл употреблять само это понятие «внутри» — расширительного бачка системы охлаждения — время шло строго по эталону. Ну и засунуть туда человека, даже и самой тщедушной комплекции, и впрямь удалось бы разве что по частям, причем, голову, над которой собиралась «поработать» девица, скорее всего также пришлось бы отделить от тела.
К слову, о нашей клиентке, спокойно спавшей сейчас в женской пассажирской капсуле и пока, естественно, даже не подозревавшей, что смоталась в дальний космос напрасно. Звали ее Шинн Рор иль Дырр-Ау. Это была особа витков тридцати, служившая на каком-то непыльном посту в планетарном подразделении «Ассоциации Звездного Пути» — главном конкуренте «Космокора». Но судя по тому, сколько Шинн была готова отвалить нам за услугу, основной ее доход составляло отнюдь не скромное корпоративное жалование.
Что именно из своей безбедной жизни клиентка так жаждала забыть, Длу нам не рассказала, сославшись на условие о конфиденциальности — сообщила только, что роковое событие произошло буквально пять-шесть дней назад — вполне рабочий срок, останься в строю «Полумесяц», Ксен мы сильнее откатили. А вот что мешает Шинн тупо подкорректировать себе память в обычной медклинике (несмотря на известные риски, такое, как я теперь знал, практиковалось — и вышло бы и быстрее, и куда дешевле), девица объяснила. Два раза в каждый стандартный виток «Ассоциация Звездного Пути» проверяет всех своих сотрудников высшего и среднего звена — как раз уровень нашей клиентки — на предмет стороннего вмешательства в сознание. Малейшие подозрения на манипуляции с памятью — и немедленное увольнение. Ну а ни одна даже самая элитная лечебница не гарантировала, что процедура коррекции не оставит следов. Другое дело, если бы удалось отмотать назад само время…
Но теперь, увы, это было не в наших силах.
— Шаккр! — с размаху стукнула Длу кулаком по переборке. — Похоже, я здорово переоценила вашу удачливость, капитан… — угрюмо пробормотала затем она.
— Что поделать, бывает, — невозмутимо заметил я. — Видно, сам космос против того, чтобы мы сотрудничали! Добро хоть в прошлый раз получилось заработать!
— У кого-то, может, и получилось, — буркнула девица. — А у меня теперь все нажитое уйдет на неустойку клиентке!
— Какую еще неустойку? — удивился я. — Мы такого не оговаривали!
— В том-то, к ордену, и дело! — скривилась Длу. — Иначе я бы и не переживала — отдала бы свои восемь процентов, а оставшиеся девяносто два стали бы вашей проблемой! Но я была абсолютно убеждена, что дело предстоит верное! А эта зараза-Шинн в последний момент вдруг что-то заартачилась… Вот я, как последняя идиотка, и вписала в мой с ней договор штраф за неисполнение… — как и в предыдущем случае, девица строго замкнула клиентку на себя, за что, похоже, и поплатилась…
— Большой штраф? — почти на автомате поинтересовался я.
— Уйдет весь прошлый заработок, и еще должна останусь!
— Да, не повезло, — покивал я — почти сочувственно.