Юленька находилась на враждебной территории и старалась не афишировать собственные возможности. Скрывать, что она маг земли, не скрывала, но не демонстрировала, на что способна. Лезть на балкон с плющом девушка поостереглась. И не из-за страха перед ядовитым растением. На самом деле княжна предполагала, что плющ — чей-то любимый питомец или хищный страж, ведь больше ни один стебелек не нарушил границы сада и не разросся, где вздумается. Однако пример плюща навел девушку на мысль, как исследовать окружающее пространство, не выходя из комнаты.
Вернувшись к себе, Юленька устроилась на полу и сосредоточилась, настраиваясь на металл, любимый с рождения. Частички золота отозвались на призыв охотно, но присутствующие в нем примеси замедляли работу, оказывали сопротивление. На самом деле дворец только выглядел золотым, а на деле был покрыт тонким слоем сусального золота. В большинстве строительных элементов использовался пирит, как наиболее крепкий и прочный материал. Если бы на самом деле здание построили из мягкого податливого золота, перекрытия не выдержали бы давления верхних этажей, стены просели под нагрузками или деформировались от случайного воздействия.
Капельки золота, будто живые, тонкими ручейками потянулись к Юленьке, оплетая наружную стену, балкон и комнату причудливым узором. Сначала девушка направила золотой поток вниз, попутно исследуя уступы и определяя места для спуска. Достигнув земли, ручеек просочился сквозь поры, выискивая подходящее растение. Можно было бы и дальше использовать драгоценный металл для исследований, но днем следы от движения золотой массы будут слишком заметными. А вот какой-нибудь стебелек или даже корешок, пробивающий себе путь, не привлечет внимания.
Княжна выбрала лиану — универсальное и живучее растение, которое вилось всюду, куда удавалось просунуть тонкие усики молодого побега. Девушка дала ему задание заполонить собой как можно больше пространства в саду и щедро поделилась магической энергией. А лиана с радостью откликнулась на зов и тотчас ринулась исполнять поручение. Уже через час Юленька получила подробный план дворцового сада и мест, где располагались караульные. От городской суеты дворец отделяла крепостная стена с прочной магической защитой и заговоренным на прочность камнем в основании. Обойти такой лиане не под силу. Девушка попросила растение отыскать лазейки, возможные пути обхода и при этом не попадаться никому на глаза.
Израсходованный магический резерв княжна без зазрения совести компенсировала тем золотом, до которого сумела добраться. Не побрезговала колечками, пуговиицами, монетами и цепочками. Драгоценный металл живым ручейком стекался с разных сторон, облеплял кожу магички и впитывался без остатка. Юленька в этот момент походила на золоченую статую и светилась в бликах луны. Повезло, что ночью девушку оставляли одну и во дворце не нашлось свидетелей подобных метаморфоз.
Проделав колоссальную работу по сбору информации, наутро княжна Демидова выглядела уставшей и не выспавшейся, но она не подавала виду и ожидала подходящего момента, чтобы сообщить новости Стужеву. Способ для передачи девушка придумала оригинальный. На белый платок соком лианы нанесла карту дворца с прилегающими территориями. Рисунок проявится на ткани только, если капнуть крови княжны, смешанной с частичкой золота. Такой раствор Юленька приготовила заранее, проколов пальчик и сцедив алой жидкости в фиал, изнутри покрытый золотом.
Крохотный флакон легко поместился в ладони, а платочек перекочевал в стопку заранее приготовленных символов благосклонности. Очередного этапа состязаний Демидова ожидала с волнительным нетерпением. Получится ли незаметно передать послание князю?
Глава 19
Легкий завтрак, новый наряд и путешествие в паланкине на бойцовскую арену заняли пару часов после восхода солнца. Небо в Тайшине светлело гораздо раньше, чем яркий оранжево-желтый диск поднимался над горами. Утренние часы поэтому и считались самыми продуктивными для работы. Ближе к обеду город накрывала духота. Знать предпочитала отлеживаться в прохладе зданий, вблизи от источников воды и зеленых насаждений. А вот воинов никто жалеть не собирался, как и зрителей, собравшихся поглазеть на брачные состязания.
Участников, прошедших первый этап, при помощи жребия разбили на команды по пять человек. Княжна заподозрила подвох уже в том, что в команду Артемию достались сильные воины, но такие же лидеры, как и он. Ясно же, что победитель, который станет мужем Тиль-Хинан, будет один. Так, зачем помогать другим и вести их к победе? И вроде бы мотив такого деления понятен. Супруг будущей царицы должен собственным примером вдохновить воинов, завоевать их уважение и на деле доказать, что достоин звания аменокаля — военного вождя. Но кто из тайшинцев подчинится чужаку? Альбазиллис, к примеру, уже заслужил авторитет в воинской среде. А кто такой князь Стужев?
Артемий, как никто другой, понимал, какую непростую задачу поставили перед ним устроители состязаний. Кайлар намекнул накануне, чтобы не строил иллюзий насчет команды.
— Они действовать, как одиночки, только бы не идти под твой рука, — на ломаном русском пояснил воин. — Не знать языка. Не понимать приказ. Не подчиняться.
Артемий полночи расспрашивал воина о правилах состязаний и о самих испытаниях. Первым делом группа выбирала лидера и распределяла роли. Порядок испытаний не меняли, только добавляли препятствия и ловушки, чтобы заранее никто не подготовился. На прошлом состязании князь присматривался к участникам, запоминая их сильные и слабые стороны. Стужев не был в этом оригинален, остальные поступали так же.
— Тхасар — командир! — произнес на тайшинском великий князь, обращаясь к невысокому жилистому воину, которого жребий определил с ним в одну команду. — Признать. Ты — вести группу.
Уроки Кайлара не пропали даром. Пусть коряво, коверкая слова, но светлый князь признал временного лидера, за которым пойдут остальные. Тхасара удивил выбор гостя, с которым он изначально настраивался на борьбу и противостояние. Распределить роли остальных участников опытному воину не составило труда. Только с самим князем вышла заминка, но он пришел на помощь, удивив группу во второй раз.
— Я быть щит, стрелок и хитрый удар. Мы — одна сторона. Идти и победить! — приободрил Стужев команду.
Тхасар усмехнулся, отчего в уголках глаз образовались лучики морщинок, и показал чужаку большой палец, возвышающийся над сомкнутыми в кулак остальными. Язык жестов князь Холода знал в совершенстве.
Первый этап с установлением контакта и определением лидера прошел успешно. Осталось только пережить гонку на утяжеленных боевых колесницах. В двухколесной открытой повозке помещалось три воина. Один управлял колесницей, два других атаковали противника. Еще два воина скакали верхом на лошадях и не давали соперникам приблизиться и вывести повозку из строя. Калечить животных считалось моветоном и выигрышные очки присуждались тем командам, которые не допускали потери живой силы.
— Я мочь стрелять этим! — Стужев показал Тхасару ледяное лезвие.
— Нет! Использовать оружие. Беречь силы для других испытаний, — со знанием дела распорядился Тхасар и оказался прав.
Воины проверили упряжь и надежность креплений в колеснице, заняли заранее распределенные места, после чего прозвучал сигнал гонга, означающий старт. Тхасар залихватски свистнул и ударил хлыстом, отчего лошади сорвались с места и помчались в галоп.
С трибун несущиеся в клубах пыли колесницы смотрелись зрелищно. За топотом копыт и грохотом деревянных колес терялись крики возничих, приказы командиров и стоны раненых. В воздухе сверкали серебристые молнии стрел, безжалостно жалящие противника и выбивающие некоторых из седла.
Стужев едва не вывалился из колесницы на старте. Хорошо, что последовал умному совету и привязал себя специальным ремнем. На крутых поворотах повозку заносило и только силами воинов она держалась на ходу. Стрелы князя чаще уходили в никуда. Без специального навыка не так-то просто стрелять на ходу по движущейся мишени. Зато Артемий умело ставил щиты, защищающие костяк команды, и вовремя реагировал на неожиданные ситуации. Например, вмиг наморозил лед на дороге соперников, из-за чего лошади противника поскользнулись, и команда в полном составе сошла с дистанции. А на следующем витке, князь, наоборот, заморозил возникшую под колесами топь, и их колесница не увязла в болотной жиже.