Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Антонио ушел, а Иоанн открыл тетрадь и сделал там запись, фиксируя дату этого разговора, характер предложения и реакцию собеседника. А также свои резоны.

После победы над Казимиром он оказался вынужден заниматься очень непростыми делами. Например, рисовать политические карты Европы. Не только по территории и владениями, но и с выгодами и прочими нюансами. Кто с кем и против кого дружит. У кого какие резоны и интересы. Ну и так далее. И начал заводить даже картотеку по странам, подумывая о помощниках в столь важном деле. А то и о создании отдельной службы.

Казимир бежал в спешке, стремясь избежать пленения. Поэтому его обоз оказался взят московским войском. Включая казну, в которой кроме предложенных им ста тысяч флоринов, находилось еще столько же. Примерно. Вероятно, он собирался торговаться и был готов немного уступить в цене. Но не так дико, как хватил Иоанн. Да и наемникам нужно исправно платить.

Захват казны выводил Казимира из игры как минимум на год.

А значит, что? Правильно. Передышка. В год, а может быть и больше. И Иоанн планировал ей воспользоваться в полной мере. В том числе для того, чтобы укрепить свое международное положение. И надежду на это принесли вошедшие по осени в Неву корабли Неаполитанского королевства.

Фердинанд на все деньги, что были выручены от продажи акций Персидской торговли в Италии закупил военных припасов. Одного только пороха тонн десять вышло, что не могло не радовать Иоанна. Да, самоуправство, но тесть ведь не знал, как все у зятя сложится и поступал вполне разумно. Так же он привез с собой четыре сотни генуэзских арбалетчиков и две сотни валлийских лучников. Наемные банды, разумеется. Что также было более чем здраво. Он ведь думал, что Казимир Иоанна дожимает и тому приходится отбиваться с опорой на крепости.

Кроме того, люди короля Неаполя привезли много всякого военного имущества на продажу уже на иные средства. И продали. А потом закупились товарами московскими. По ценам, существенно ниже закупочных, характерных для Средиземноморья. Но и они в любом случае превышали ставки генуэзских купцов в два-три и более раз.

Тем более, что закупать было чего. За минувшие два года товаров накопилось изрядно и у Иоанна, и у прочих купцов, ориентированных на международную торговлю. Военные конфликты смешались с настоятельной просьбой Казимира к ганзейским купцам не ходить в Новгород.

Сначала Иоанн, пользуясь своим положением, реализовал свои товары, которые состояли из трех основных номенклатур: стеарин, костяной фарфор и небольшие стеклянные зеркала с серебряным отражающим слоем. Это были товары его мастерских.

Он ими смог «оплатить» сначала все предложенные ему военные припасы и компенсировал контракты на наемников. Потом «выбрал» двести пятьдесят тысяч флоринов наличкой, что у купцов имелось. А потом еще выдал им в двое к тому на реализацию.

Новгородские купцы, так как подключились только после Иоанна, могли сдавать генуэзцам товары только на реализацию. Но, оценив свои выгоды, сделали это без всяких переживаний с оглядкой на государя. Поэтому их мех, мед да воск также пошли на корабли. Что позволило в какие-то шесть каррак набить добра более чем на полтора миллиона флоринов. И это – по закупочной цене, существенно заниженной для Средиземного моря.

Засиживаться генуэзцы не стали. И свалили к себе домой в темпе еще до ледостава. Да и лишний раз нервировать ганзейских купцов им не хотелось. А то вдруг еще решаться на какой-нибудь отчаянный шаг, когда узнают, что к чему…

Решительная победа над Казимиром в генеральном сражении и столь массированный выход на рынок Западной Европы – это была заявка. Большая такая заявка на Большую политическую игру. Впрочем, Иоанн был уверен, что король Польши просто так не отступит. И с Ганзой ему придется как-то объясняться. Да и не столько с ней. Поэтому было бы не дурно бодаться с ними не один на один, а в коалиции с заинтересованными людьми, желательно большой коалиции…

– Если лев голоден – он ест. – Тихо произнес Иоанн, отложив свою тетрадь с записями и усмехнулся.

А где-то далеко Жан де Сегюр, докладывая Карлу Смелому свои наблюдения и впечатления от битвы под Ржевом, именно в этот момент сказал точно такие же слова. После чего приступил к описанию диспозиции и самому ходу битвы…

Глава 2

1474 год – 2 июня, Москва

Иоанн II свет Иоаннович сидел за столом и читал очередную бумажку, а его супруга – Элеонора, полулежа занимала диван поблизости. Но так, чтобы они могли были видеть друг друга. И наблюдала за ним. Молча. Из-под полуприкрытых глаз, просто получая удовольствия от нахождения с ним рядом…

Диван был для местной публики новинкой, как и кресла.

Дело в том, что в XV веке их не было еще даже в Османской Империи или у арабов. Там ведь как получилось? Слово «дивана» – это «записать», «вести записи» по-арабски. И изначально это слово, появившееся в начале XVI века, употребляли только так. Потом им стали называть реестр документов и помещения, где их составляют. А там, чтобы лучше работалось писцами, на лавки укладывали подушки. И, потихоньку, это название перекочевало на эти самые лавки с подушками. В современном же виде этот вид мебели явил себя свету не раньше XVII века. В общем – было еще очень далеко до естественного изобретения не только изделия, но и даже слова. Поэтому Иоанн не стал ждать столько времени и в частном порядке обставлял свои покои нужной ему мебелью. Благо, что ничего сложного в ней не было и плотники легко справлялись с заказами. Элеонора ничуть не возражала этой инициативе супруга. Ей подобная инициатива супруга очень даже пришлась по душе.

И не только ей.

Увидев и опробовав у короля новый вид мебели, аристократы зашевелились и стали повторять себе. Все лучше, чем на жесткой лавке сидеть…

Иоанн с Элеонорой теперь часто проводили время вместе. Поначалу-то он воспринимал ее довольно холодно и ограничивался лишь супружеским долгом. А вот с конца лета 1473 года все изменилось. Иоанну требовались знания своей супруги по политической обстановке в Европе. И он с ней стал часто беседовать. Тем более, что тот невероятный ворох феодальных титулов и отношений, который хранился у нее в голове, быстро не освоить. Кто кому кем приходится. Кто с кем дружит. Кто с кем враждует. Кто у кого любовник или любовница. И так далее.

Больше всего она, конечно, могла рассказать про Италию с Испанией. Но и про прочие земли ей было известно очень немало. Следствием того, что они больше времени проводили вместе, оказалась ее новая беременность. Первого ребенка по обычаям того времени она сама вскармливать не стала. Отдав кормилице. Поэтому довольно быстро пришла в себя и вновь понесла. И вот теперь возлегала недалеко от супруга, красуясь округлившимся животиком.

Именно благодаря ее подсказкам Иоанн по весне не только главу миланской делегации с сопровождающими спровадил за консультациями к сюзерену, но и еще несколько «оперативных групп» отправил в Европу. У каждой – своя задача. Прежде всего обсуждение торговых дел. Ну и мастеров вербовать по возможности. Хотя и без особого рвения. Не эта задача стояла сейчас в приоритете. Иоанн старался максимально заинтересовать Западную Европу торговлей со своей державой.

Кроме того, требовалось действовать на опережение в делах пропаганды. Казимир ведь, без всякого сомнения, станет рассказывать байки и всячески очернять Иоанна, а вместе с тем и его Русь. Если уже не стал. Но пока – устно. И в узких кругах. Поэтому с этими опергруппами в Европу поехало несколько сотен рукописных брошюр, под названием «Russia vel Hispaniam orientale[142]». На латыни, разумеется. Но в формате едва ли не лубка. То есть, очень кратко и доступно.

Маленькая такая брошюрка. Всего в две дюжины страниц небольшого формата, в которых описывалось где находится держава, откуда пошла и чем живет. Выставляя ее главным щитом христианского мира от безграничной Дикой степи. Также Иоанн в этой брошюре особо подчеркивал, что во время вторжения монголов два века назад именно Русь стала грудью на защиту христианского мире. Из-за чего, также как и в свое время Испания, оказалась почти полностью завоевана, но, если бы не она, то… Ну и пара слов там проскакивала про «продажных литовцев-язычников, что в тяжелую годину…». Поляков же, он вполне целенаправленно не трогал, стараясь внести раздор в их лагерь.

вернуться

142

Russiavel Hispaniam orientale (лат.) – Россия или восточная Испания.

366
{"b":"832435","o":1}