Он посмотрел на Президента:
— Полный цикл занимает от девяти до одиннадцати дней, в зависимости от индивидуальных особенностей организма. В случае обширных механических, радиационных или возрастных поражений организма, срок может затянуться до двух недель, но это редкость. Если уж вы успели довезти организм до капсулы в живом состоянии, то он не умрёт. После процедуры организм сбрасывает до 30–35 лет биологического возраста. Разумеется, все болезни, органические поражения и нарушения исцеляются. Процедуру можно повторять неограниченное количество раз. Мы готовы провести демонстрацию в любое удобное для вас время. Выбирайте любого человека — хоть самого тяжёлого больного, хоть самого пожилого. Полный ваш контроль за процессом: вы можете присутствовать лично, назначить любых своих врачей и специалистов, вести любую видеофиксацию, любой мониторинг. Мы ничего не будем скрывать.
Шумилов осторожно открыл одну из папок и начал просматривать первые страницы. Его брови медленно поползли вверх.
Тойво продолжил:
— Второе. Украинский вопрос. Мы подтверждаем полную готовность оказать техническую поддержку, провести акцию устрашения… или карательную акцию – по вашему выбору. Вы указываете зоны и параметры воздействия — мы обеспечиваем нейтрализацию электроники и, при необходимости, управляемую кому населения. Срок действия — от пикосекундного импульса суток до трёх месяцев. После окончания обработки ваши вооружённые силы смогут войти на территорию без сопротивления. При необходимости, мы можем сделать заявление по всей планете, что становимся стороной конфликта.
Генерал-лейтенант Попов добавил сухо:
— Также мы подтверждаем возможность полной нейтрализации ядерного оружия всех остальных держав при необходимости. Наши мюонные подавители работают на глубине от 7 до 10 километров. Ваш арсенал останется единственным действующим.
Слуцкер мягко улыбнулся и добавил ровным, размеренным тоном:
— Третье направление сотрудничества касается долгосрочного стратегического партнёрства. Мы не ставим вопросы об изменении существующего государственного строя Российской Федерации и не вмешиваемся в её внутреннюю политику. Единственное, о чём мы просим, — это чтобы в ключевых вопросах международной политики на вашей Земле, а также в сфере технологического, демографического, гуманитарного развития и стратегического планирования Российская Федерация в необходимой степени учитывала интересы Союза Советских Коммунистических Республик. В свою очередь, мы гарантируем Российской Федерации устойчивое технологическое и военное превосходство над любыми другими государствами планеты на период ближайших нескольких десятилетий.
Он сделал небольшую паузу и продолжил еще мягче, хотя казалось, что мягче уже невозможно:
— Кроме того, мы выражаем заинтересованность в организации постепенного миграционного обмена между нашими державами. В долгосрочной перспективе мы считаем целесообразным начало переселения части земного населения на постоянное место жительства в ССКР. При этом на начальном этапе программы приоритет будет отдан приёму детей и подростков в возрасте от 7 до 12 лет, преимущественно из регионов с наиболее низким уровнем социально-экономического развития и низким индексом человеческого развития. К сожалению, в связи с существующими энергетическими и техническими ограничениями пропускной способности переходов, объём указанной гуманитарной программы на текущем этапе не может превышать 5–7 тысяч человек в год. Мировой Совет ССКР рассматривает данную программу исключительно как временную и ограниченную гуманитарную миссию, направленную на предоставление шанса на полноценное развитие детям, находящимся в наиболее тяжёлых условиях. В свою очередь, мы рассчитываем, что Российская Федерация, получив доступ к передовым технологиям, возьмёт на себя ведущую роль в повышении общего уровня жизни населения планеты, сокращении масштабов бедности и создании условий, при которых необходимость в подобной миграции в будущем будет минимизирована.
Земляне за столом зашептались. Слуцкер постучал костяшками пальцев по столу, привлекая внимание, и спокойно продолжил:
— Мы бы также рекомендовали вам с самого начала активно включить в программу технологического развития Республику Беларусь и Республику Казахстан.
Цветков мгновенно вскинулся — это уже была его ответственность.
— Почему именно они? — спросил он. — Отношения у нас действительно хорошие, но всё же?
Слуцкер кивнул, словно ожидал этого вопроса.
— По нескольким причинам. Во-первых, логистика и инфраструктура. Обе республики уже глубоко интегрированы с вами в транспортной и энергетической сфере — это сильно упростит передачу технологий и строительство новых производств.
Он сделал короткую паузу.
— Во-вторых, человеческий фактор. Там сохранился высокий уровень технического образования и промышленной дисциплины при относительно небольшом населении. Это делает интеграцию новых технологий более управляемой и менее рискованной с социальной точки зрения.
Слуцкер посмотрел прямо на Цветкова:
— И, в-третьих, вопрос доверия. Беларусь и Казахстан находятся внутри одного с вами культурного и языкового пространства. Это сильно снижает риски недопонимания.
Он едва заметно поморщился и добавил:
— К тому же, значительная часть территории Российской Федерации… скажем так, не очень комфортна для массового проживания. А вот степи Казахстана имеют гораздо больший потенциал для преобразования без тяжёлых климатических последствий для всей планеты, вроде таяния вечной мерзлоты и высвобождения связанного метана.
Он откинулся чуть назад и закончил уже более официально:
— Разумеется, окончательное решение остаётся за вами. Мы лишь высказываем рекомендацию, основанную на нашем анализе.
В зале снова повисла тишина. Президент несколько секунд молча смотрел на пришельцев, затем медленно кивнул.
— Хорошо. Мы вас услышали.
Он обвёл взглядом всех присутствующих и продолжил уже более твёрдым голосом:
— Завтра мы дадим вам наш предварительный ответ по первым двум блокам предложений. По третьему и четвёртому пунктам потребуется дополнительное время для консультаций.
Президент сделал паузу и посмотрел прямо на Тойво:
— Что касается демонстрации технологии омоложения… Мы хотели бы провести её через неделю. За это время мы успеем подготовить кандидата и всех необходимых специалистов для контроля процесса.
Тойво слегка наклонил голову:
— Через неделю, приемлемо. Мы будем готовы.
— Отлично, — спокойно сказал Президент. — Тогда на этом, пожалуй, завершим сегодняшний раунд.
Он поднялся первым. За ним начали вставать и остальные.
— Завтра в это же время ждём вас для дальнейшего этапа. До свидания, товарищи.
Тройка пришельцев тоже поднялась. Тойво коротко кивнул:
— До завтра.
Когда дверь за делегацией закрылась, в малом зале ещё несколько долгих секунд стояла тяжёлая тишина. Президент остался стоять, опираясь ладонями о стол. Он не стал сразу садиться. В воздухе витали так и невысказанные никем вопросы о нескольких тысячах детей в год. Он аккуратно обошёл эту тему стороной, словно её и не было в разговоре – и это молчание всех беспокоило. Только когда все уже начали подниматься, Президент подытожил:
— Завтра будем думать, товарищи. А сейчас всем отдыхать. Силы нам ещё понадобятся.
Глава 5. Добро пожаловать в Новосибирск
До Контакта 150 дней.
Самолёт шёл над Северным полюсом уже четвёртый час. В салоне Gulfstream G700 было тепло, тихо, пахло дорогой кожей и свежим кофе. Дэн сидел у иллюминатора, глядя в абсолютную черноту внизу, где даже луна не отражалась в ледяной пустыне. Джессика свернулась калачиком на соседнем кресле, укрытая кашемировым пледом с монограммой компании. Она спала спокойно, будто летела не в неизвестную Сибирь, а на недельный шопинг в Милан. Стюардесса — молодая женщина в безупречном тёмно-синем костюме — подошла бесшумно.