Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

У Бусаны тоже имелся с собой пакет с «передачей»: наши женщины физически не в состоянии идти в гости с пустыми руками. Забегая вперёд, скажу сразу: если Анна с Костиком принесли мне то, что можно купить в ближайшем супермаркете, то Бусана пришла с тем, что явно родилось на той самой планете, выдавшей мне третье звание Почётного гражданина…

Она поставила свой пакет на тумбочку, а потом принялась деловито и жадно сосать мои губы…

- Господа! Время вышло!!! Больному нужен покой! – раздался трубный глас – сами знаете, - чей.

Наверное, это был один из тех самых ярких моментов в моей жизни, когда моё тело покоя не хотело… но кто мы такие, чтобы спорить с медициной!

Глава 4. Богатые тоже плачут.

Что ж, как там говорили мои предки? «Не давши слово – крепись, а давши – держись». Неумолимо пришёл день моей выписки, а затем – день, когда я позвал своих коллег по кабинету № 1108 в кафе, чтобы проставиться вообще за всё. Ибо обещал.

Скажу сразу: эта кафешка дала бы сто очков вперёд любой кафешке моей планеты. Если не двести. Да на моей родине даже городской ресторан до этой точки не дотягивал!

Подумайте сами, уважаемые читатели: вдоль окон столики окружали не стулья, а диванчики, обтянутые крашеным кожзаменителем, но зато с мягким содержимым. И вся мебель была не пластиковая, а из натурального лакированного дерева: я, глядя на его текстуру, смело предположил, что древесину подобрали недешёвую… Кроме того, на диванчиках валялись мягкие подушки, которые можно было подоткнуть себе под поясницу, если диван тебе казался недостаточно удобным.

Наверное, данное заведение не дотягивало до уровня ресторана лишь потому, что тут меню подавали не в кожаном переплёте, а просто на глянцевой бумаге с выпуклой позолотой… плюс ко всему интимный приглушённый свет и ненавязчивая лёгкая музыка.

Мои приятели заказали себе покушать, но только безо всякого спиртного. Похоже, Костик так-то был не против «вмазать», но разве против Анны попрёшь…

Впрочем, я, дождавшись, когда наша барышня отойдёт «припудрить носик», вытащил свою боевую фляжку, не покинувшую меня даже в самый критический момент своей жизни, когда я угощал своих подруг шашлыком на трижды проклятой планете, и бесцеремонно «накапал» её содержимое ей в безалкогольный коктейль. Очень щедро. Костик округлил глаза, что-то провякал, но в драку не полез. Чтобы он был в доле, я и ему плеснул в его стакан фруктового сока. А потом и себе капнул.

Анна вернулась, и мы церемонно «подняли бокалы». Костик тоскливо глянул на меня, но свой стакан замахнул честно.

Разумеется, я, зная, как действует алкоголь на неокрепшие души молодых людей, не стал рвать с места в карьер, а выдержал те самые 15 минут, необходимые для усвоения любого лекарственного средства, в т.ч. на основе этилового спирта.

- Господа! – начал я после очередного тоста за дружбу и здоровье, чисто визуально убеждаясь, что спиртное начало воздействовать на моих собеседников. – Когда я заканчивал своё училище, то у нас нашёлся шутник, который притащил древнюю песню с Матери-Земли и уговорил спеть её на плацу во время маршировки. Итак, запевала начал:

- Идём, идём, веселые подруги,

Страна, как мать, зовет и любит нас!

Везде нужны заботливые руки

И наш хозяйский, теплый женский глаз!

А потом, представьте себе, как десятки мужицких глоток подхватывают:

- А ну-ка, девушки! А ну, красавицы!

Пускай поет о нас страна!.. [Исаак Дунаевский, Лебедев-Кумач. Мелодию см. в Интернете: она в этой песне – самое главное!]

Изо всех щелей, как тараканы, к нам на плац набежали офицеры, причём в звании аж до подполковника, и песню пришлось прекратить…

Костик поперхнулся своими диетическими морепродуктами. Анна недоумённо воззрилась на меня:

- Но ведь это – женская песня! Зачем её петь на маршировке?

Ой, блин, как тут всё запущено… наверное, надо было ей плеснуть побольше!

- Ну, хорошо! – я поднял руки. – Может, у вас есть свои какие-то смешные истории?

- Вот у меня одна есть,… - начал Костик. – Не знаю, смешная или нет, но мне было не смешно. Меня направили на окружные сборы офицеров совершенствоваться в военной специальности. И в первый же день на этих сборах я лишился новенькой зимней шапки.

Дело было так. Когда окончились занятия, офицеры (самые старшие - в звании майора) сломя голову ринулись в гардероб. Я даже не понял, что произошло, несколько замешкался и отстал от своих боевых товарищей. Прибыл последним: среди пустых вешалок сиротливо висели моя шинель и чья-то чужая шапка, изрядно уже поношенная. Соответствующие претензии бабулька-гардеробщица отвергла с ходу:

- Ты что же, старший лейтенант, новенький?

- Да вот месяц как призвался!

- А, "пиджак", значит. Так теперь тебе наука будет! Здесь у офицеров забава такая - наперегонки вместо своей чужую новую шапку урвать. Опоздал ты, пришел к шапочном-то разбору.

Как мне пояснил потом другой офицер-"пиджак" (то есть, тоже призванный из запаса): такая уж тут действительно сложилась добрая армейская традиция. Родную шапку (помеченную моими инициалами) я потом обнаружил у одного майора, но возвращать её он решительно отказался, сославшись на то, что мне тоже достался не его головной убор: «Не фига было ворон считать. Вот когда у тебя из бокса с машины ремкомплект сопрут, тогда подсуетишься! Уж точно найдешь, с кого спрашивать. Если спросишь, конечно.»

Но вот за это-то как раз беспокоиться и не стоило. Ремкомплект сперли еще в бытность на моей должности кадрового офицера, уволенного без пенсии за всякие художества по службе и вне ее, а потому спросу с него никакого.

- Ого, а ты тоже «знаешь про жизнь», - уважительно сказал я.

- А ты что думаешь, что в Верховный Штаб набирают сосунков по блату?! – агрессивно вспыхнула Анна.

Мы «сидели без чинов», в гражданском, и я не имел права «дать по морде вшивому майору». Мне оставалось лишь широко и обезоруживающе улыбнуться:

- Господа, я тут у вас человек новый, и не знаю, каких тут набирают сосунков, и кто у кого сосёт. Я просто попросил вас расслабиться и вспомнить что-то интересное из вашей жизни… Ну, блин, неужели вам и правда нечего вспомнить?! Ну, хотя бы как вы в детстве с горшка падали! О, кстати! – на моей планете была такая беднота, что те же детские горшки продавали только керамические, сделанные из местной глины, даже без глазури. Лёгкие пластиковые, с весёленькой цветной раскраской, можно было достать только по великому блату…

Да что ж такое-то?!! Мои коллеги ни хрена не отдупляли, что я им говорю! Смотрели на меня своими огромными наивными глазами – и только! Между нами реально была пропасть шириной с нашу Галактику!

- Мне ещё довелось послужить на одном острове, - вспомнил что-то Костик. – Жители, в основном, все военные. Сидим на сопке, выпиваем вместе с приятелем-лейтенантом. Внизу вдоль берега бредет одинокая сгорбленная фигурка.

- Это кто?

- Да солдат, сбежал.

- Куда?!

- Как куда бегут солдаты? Домой. Вот теперь идёт, ищет вокзал и мост. Ты не переживай, тут половина не знает географии. И почему на острове нет вокзалов до их дома – тоже не знают. Сделает пару кружков и вернется. Домой. На губу.

- Ну, если только истории про армию,.. – протянула Анна. – У меня есть одна, но печальная. Я в детстве оторвой была, даже пыталась курить начать. Вижу как-то раз во дворе: на скамеечке сидит мужичок, весь такой оплывший, бородатый, пьяненький, с пузырем портвейна. Подхожу к нему:

– Дяденька, ну дай сигарету!

- А ты почему куришь? Ты не кури, малышка, не надо! – печально ответил пьнчужка.

- Вот, блин, тоже учитель! Сам-то смолишь! – возмущаюсь. Мужичок печально на меня посмотрел:

- Я в армии служил, там тяжело не курить!

- У меня брат вот старший пришел из армии и не курит!

- И я не курил… До одного случая, – тихо сказал мужик и отхлебнул из бутылки.

909
{"b":"982732","o":1}