А потом флейтист рассказывал: «Барабан барабанщику в задницу не влез. Виолончель виолончелисту – тоже. А эта *лядская флейта вошла мне по самый си-бемоль!»
- Га-га-га!!!
- А что, у вас разве не музыкальная часть?..
- Га-га-га!!!
- Га-га-га!!!
- Нет, сынок: самая что ни на есть гвардейская! У нас тоже музыка, но – другая.
- ?!!!
- Тебе разве не сказали? Нас бросают на дикие планеты уничтожать тамошних монстров! Мы их бьём голыми руками, а потом там люди жить начинают… А, в общем, что там говорить!- твой выбор был ужасно скверным!
- Не может быть! – кларнетист округлил глаза так, что того гляди выскочат. - Не может быть!
- Володь, скажи!..
- Да, это верно,… - послушно подтвердил я, стыдливо опустив глаза.
Музыкант торопливо закинул в себя полстакана и рухнул на пол. Дядя Боря окинул хозяйским глазом павшее тело и поднял свой:
- За высокое искусство!
- Прозит!!!
- Кхм… ничего, из него тоже человека сделаем…
*********
Жизнь устроена так, что трудности не длятся вечно: они когда-нибудь заканчиваются, и приходят ещё большие трудности. Обмывание моих орденов, Новый год – и вот весной нас отправляют на учения, на которых… мы должны были воевать друг с другом!
- Один взвод будет изображать пиратов, а пять взводов будут стараться их нейтрализовать, - объяснял нам Майор. – «Пираты» в качестве поддержки получат дроноводов-любителей, а «охотники» - армейских дронщиков. «Пиратам» будут также приданы «заложники» из числа наёмных гражданских: их задача – распределить «заложников» по локациям на своё усмотрение.
Хм, кажись, понятно: «пираты», значит, получат дроноводов из числа сопливых пацанов – как в прошлый раз, а «охотники» - настоящих. Это же совсем другое дело! – будь у меня тогда дроны под управлением – да мы бы порвали наших противников на раз-два! А то, что было тогда – это называется натуральная подстава!
- Командиры взводов будут тянуть жребий: кому стать «пиратом», а кому - «охотником». Брендюрёв: Вам надо будет по окончании занятий зайти в методический кабинет!
- Слушаюсь, лэр!
Даже так? А я думал, что «пиратами» сделают тех вояк, что ошиваются по нашей территории. В конце-концов, и морды у них бандитские, и нам надо учиться бить таких. Ну, ладно: значит, будем бить своих!
******************
Я смотрел на бумажку и не мог поверить своим глазам: чёрный крест. Мой взвод будет изображать «пиратов». Да как же так-то?! Я ведь тянул жребий самым первым среди шестерых!
Остальные командиры взводов, ухмыляясь, хлопали меня по плечу, брали оставшиеся бумажные шарики, разворачивали их и показывали мне: чисто. После чего смачно и злорадно припечатывали ладонями свои листки к моей груди. И так – пять раз подряд. Всё точно, без подвоха.
- Ну-с, господин Брендюрёв, - Майор поправил свои очки. – Поздравляю Вас: Вы получите бесценный опыт обороны малыми силами против превосходящего противника. Пройдёмте со мной: я познакомлю Вас с куратором дроноводов, чтобы вы совместно с ним выработали схему взаимодействия.
Мы прошли в учительскую, и, едва я шагнул за порог, у меня сразу же заломило все зубы до единого: там за столом сидел молодой мужичок, памятный нам по прошлому учению. Я принялся лихорадочно вспоминать свои грехи против него, но, вроде бы, флейту я ему в задницу не засовывал… тьфу ты! – не флейту, а джойстик! А вот Ганс, да,- тот грозился. И не стрелял я в него пейнтбольными шариками… да зачем я вру сам себе?!- ещё как стрелял!
Наш гость тоже не воспылал безмерной радостью, увидев меня. Не факт, что он меня помнил, но счастлив точно не был.
- Предлагаю познакомиться! – несколько пафосно провозгласил Майор.
- Да мы уже… знакомы,..- криво улыбнулся мужичок своими полноватыми губами.
Злопамятный, б***! Сразу понятно: большая сволочь!
- Кто старое помянет – тому глаз вон!- решительно и твёрдо сказал я, протягивая ему ладонь.
Мой вид не давал двоякого толкования: если он начнёт впадать в воспоминания о былом – я ему точно глаз вышибу! Куратор привстал, неохотно протянул свою мягкую ладошку:
- Владлен…
- Владимир. Почти тёзки. Можно звать меня просто Бренд. Ну, какие у нас планы?
Глава 21. Про честность.
Я прохаживался перед строем отобранных массовиков, которым предстояло играть роль заложников в грядущем спектакле. Высокие и низкие, толстые и худые, постарше и молодые, парни и девчата – на любой вкус, как говорится. Только я упорно выискивал среди них сами знаете кого…
Но нет. Не было там Бусаны. И не удивительно: на месте дяди я её вообще бы запер в тайном схроне. И десять замков повесил. А так, на всякий случай. Ибо кто только на неё губу не раскатывает: и пираты, и один странный унтер…
Справедливости ради надо сказать, что дядя был не жмот, и в очередной раз отстегнул мне миллион. Этой суммы иному за глаза хватило бы, чтобы потерять к Бусане всякий интерес, если будет такой приказ (а у меня такого приказа не было…). Поневоле начинаешь думать, что почаще бы с ней сталкиваться: глядишь, к дембелю стану солидным миллионером и смогу посылать всех куда угодно. Если при очередном её спасении меня не пристукнут, конечно.
К слову, мне в училище сообщили некоторые подробности того налёта на курорт. Мол, в древние века похищение олигархов и членов их семей считалось делом гиблым: тебя объявляли в розыск по всей планете, а тебе, соколику, с неё и соскочить-то возможности не имелось. Никакой. Совсем никакой. Вообще. А планета – она хоть и большая, но круглая, и тебя могли найти и в тайге, и в горах. Рано или поздно.
А сейчас – милое дело! Челнок садится на планету – из него вылетает флайер с группой захвата – берут кого надо – возвращаются на челнок – доставляют заказчику. И ищи-свищи потом похитителей по всей Вселенной!
Конечно, оплата услуг того же космического челнока – это само по себе уже космические деньги, а ещё и пиратам оставь что-то на пирожки с мясом. Типа, на патроны и корочку хлеба. Но ведь и ты нанимаешь людей не редиску с грядки тырить! А за такое дело в любые века с тебя огромную плату потребуют – трёшкой не обойдёшься.
Ну, нет тут Бусаны…
Я вздохнул и начал командовать:
- Все заложники остаются здесь, в мэрии. Удобства – сзади во дворе. Конвоировать на оправку не будем, но просим всех возвращаться, а не сбегать. Мы к вам – по-человечески, но и вы к нам тогда – тоже. Даёте слово?
- Да… да… да,- загалдели «заложники» вразнобой.
Так и хотелось на них рявкнуть: «Не слышу! Давайте хором! В один голос!» Но – нельзя: они же не военные… просто так собрались, публика позорная.
Площадь перед мэрией покрыли когда-то бетонными плитами, которые в некоторых местах рассыпались до арматурной сетки. Трава густо проросла по периметру каждой плиты, а кое-где даже деревца вымахали выше роста человека. Фасадную стену мы в прошлый раз красиво расписали пейнтбольными шариками, и она до сих пор красовалась теми пятнами: никто её в заброшенном городе мыть не собирался.
Опять накатила ностальгия по родному городишку: он ведь у меня примерно такой же, и наши дома построены по такой же типовой архитектуре. И частные домики похожи, и мы тоже сажаем возле них яблони, вишни, сливы…
Так, отставить! Война всё ближе! Враги на подходе!
Учения начались не сразу же на другой день после жеребьёвки: мне дали время на осмотреться и составить план обороны. Я на складе выписал себе пилы, гвоздодёры, молотки, плоскогубцы, топоры, гвозди – почти весь плотницкий набор, чем изумил нашего кладовщика до отпада:
- До тебя никто таких заказов не делал! Ты там что, дом себе строить собрался?!
- Крепость, отец. Мы же защищаться будем.
- А, ну, раз крепость – тогда бери, конечно. Может, тебе ещё и краски бочку выписать?
Видя мою вспыхнувшую задумчивость, он поспешно дал заднюю: