Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

- Так я пить и не собиралась!

По всему получалось, что я оказался виноват во всём.

- А хорошо, что так получилось,.. – сказала вдруг Анна, успокоившись. – Я с детства мечтала ему морду набить: даже занималась единоборствами для этого, но как-то всё никак не складывалось… случай подходящий не представлялся!

- Нас с работы выпрут взашей. А меня ещё и посадят…

- Не ссы, подпол! – отмахнулась девушка, окончательно слетев с катушек и с корпоративной этики. – Обойдётся!

Ей-то, возможно, простят… «золотая молодёжь» всё-таки! А мне – не факт…

- У тебя, кстати, что-то ещё осталось выпить?

- Не-е-е-е-е-е-е-т!!! Я вызываю такси!

************

Само собой, на следующий день нас всех троих вызвали к Рупрехту.

Он сидел мрачнее тучи; перед ним на столе лежал лист бумаги. Он, обычно суховатый и сдержанный, кое-как дослушал наши робкие козыряния, а затем злобно хлопнул по нему ладонью:

- Вы что себе позволяете, молодые люди?!! Что это такое?!! – загремел наш начальник.

Вернее, начальником он был лишь для меня: между ним и моими коллегами стоял ещё начальник отдела, которого в кабинете не наблюдалось.

- А что такое, господин генерал-лейтенант? – робко спросила Анна. – Что случилось?

- Это вы мне лучше сами расскажите, что случилось! С каких это пор офицеры Верховного Штаба буянят в кафешках и бьют людей?!

- Ой, да какие это люди! – легко отмахнулась Анна, вызывая у меня чувство лёгкого изумления. – Джимми со своей шпаной! Давно им по морде настучать надо было!

Я поперхнулся, прочистил горло. Рупрехт мельком глянул на меня, а потом снова перевёл взгляд на девушку:

- И, конечно, «стучать по морде», как ты выражаешься, нужно было непременно в кафе, с повреждением мебели?

- Да там разбилась только одна вазочка!!!

- МОЛЧАТЬ!!!

И Рупрехт грохнул по столу уже кулаком. Мне все хором вздрогнули. Генерал-лейтенант отдышался, успокоился:

- Вот, копия заявления из полиции! Нанесение телесных повреждений, порча мебели и т.п. Анна, ты хочешь разрушить мою карьеру, да? Чтобы из Штаба выгнали тебя, меня, и ещё этих двоих в придачу? Кажется, я начинаю понимать, почему у русских в их древней традиции воспитания применялись наказания, когда они своих детей били по задницам. Жаль, что я понял это только сейчас!.. Впрочем, дома мы об этом ещё поговорим… возможно, русский метод опробовать всё же придётся!

- Но, папа!!!

- МОЛЧАТЬ!!! - и снова удар кулаком по столу. – Ещё слово – и у меня нет дочери!!!

Костик стоял бледный и еле-еле живой. Ему этих семейных разборок на генеральском уровне явно не хотелось, и он замер, вытянувшись и прикинувшись мебелью.

Рупрехт, убедившись, что никто права качать не пытается, буркнул в селектор:

- Зайди… уже можно.

Через некоторое время в кабинете появился… Командор. Костик, казалось, ещё и голову в плечи втянул по самые уши; Анна остолбенела и невольно подтянулась. А вот нечего было своими ногами махать в общественном месте!

- Ну, что, поговорил? – Командор, как всегда, выглядел жизнерадостно. – Что-то я не вижу на их лицах раскаяния. Особенно вон у этого живучего подпола…

- Предъяву, говоришь, большую накатали?

- Я уже послал с утра своего адвоката: сейчас обсуждают нюансы мирового соглашения. Если бы моя догадалась позвонить мне ещё вечером, то и заявления никакого бы не было… но по деньгам я, как это у вас говорится, «попал круто».

- Я посмотрел запись с камеры наблюдения, - сообщил Командор. – Если говорить по-мужски, то хочется спросить: почему с нашей стороны в драке не все участвовали? Какого-то особого приглашения дожидались?

И он вперил свой взор в ошеломлённого Костика:

-Ты почему товарищей не поддержал?

- Господин Командор! – пролепетал тот. – Это же грубое хулиганство! Я не имел права…

- Ты что, не имел права защищать честь девушки и Верховного Штаба?! Да какой ты после этого офицер, мать твою?!!

Я решил не портить патетический момент и объяснять, что защищать надо было не Анну и уже тем более не её честь, а недалёких балбесов, не умеющих понимать, с кем не надо драться ни в коем случае: пускай Костик помучается, пострадает…

- Короче, так! – подвёл итоги Командор. – Брендюрёва я отправляю в командировку в «горячую точку»: и для осознания, и работа для него есть, и нечего ему тут пока глаза разным людям мозолить… через месяц-другой всё устаканится, позабудется. Этого, - кивок на Костика, - отправляю с ним в пару – по тем же причинам. Надеюсь, они сработаются.

В воздухе повис невысказанный вопрос, который поневоле напрашивался…

- А Вас, госпожа майор, я отдам в надёжные руки! – прозвучал злорадно-торжествующий голос Командора, оглашавшего суровый, но справедливый приговор. – Тут как раз одна милая барышня получила у нас разрешение на посещение далёкой дикой планеты с волонтёрской миссией – пускай она Вас с собой забирает. Если Вам силу девать некуда, то будете там грузить ящики, таскать воду и колоть дрова – короче, делать всё то, что скажут. А твой отец оформит это через суд как отработку на общественно-полезных работах, чтобы никаких вопросов не было. Но официально это будет такая же командировка: Вы должны втихаря собрать как можно больше информации о работе волонтёров, об их проблемах… если вскроются какие-то связи с уголовщиной или с пиратами – в драку не лезть, но в рапорте отразить. Вопросы есть?

- Никак нет, лэр! – дружно ответили мы.

- Кру-гом! Шагом арш!!!

Глава 5. Разговоры за едой и о еде.

Тот день для нас явно не задался, и даже чай мы пили с похоронным настроением. Так-то понятно, что генералы развели нас сыграть в игру «добрый и злой полицейский», а своё решение они выработали ещё до нашего прихода к Рупрехту. Правда, лично я не очень понял: кто из них играл роль «доброго»?…

Рупрехт – человек Командора, и тому невыгодно, чтобы генерал-лейтенанта вышибли из Штаба с позором. Конечно же, Командор его топить не станет, если только Анна не затащит в здание Штаба ведро взрывчатки: уход Рупрехта из команды его ослабит.

Возможно, начальнику Штаба, в свою очередь, невыгодно ослабление позиции Командора: любая огромная контора – это огромная политическая клоака, в которой сокращение влияния одного повышает влияние другого, и, скорее всего, «проседание» Командора повышало человека, которого начальник Штаба «любил меньше».

Но и сделать вид, что ничего не произошло, генералы не могли. Как бы не тот случай… Была бы это драка в матросском кабаке или сельском клубе, и носили бы мы солдатские погоны, а не являлись работниками Верховного Штаба – был бы другой расклад, а так… Попробуй скрой: и «пресса» поднимет хай, и «чужие центры силы» начнут капать на мозги – от наказания нам было не избежать. Кстати, в Интернете я видел кучу свежих ссылок на ту драку, так что вой типа «зажравшиеся детишки ваще оборзели!» и «недопустимое поведение представителей элиты» уже звучал – но, по счастью, без привлечения тотального внимания обывателей, мающихся дурью в соцсетях и воображающих, что участвуют в жизни общества.

Читатель, конечно, подумал, что Анну «поручили» Бусане, но та покинула планету, не дождавшись моей выписки из госпиталя, поскольку подвернулся подходящий звездолёт, а свои дела в Верховном Штабе она уже сделала. Так что Анна попала в другие руки: скорее всего, вообще в другую волонтёрскую организацию.

Нас обуял коллективный упадок духа – такой, что даже ругаться не хотелось. Если бы я знал, что Анна – дочь Рупрехта, то я ни за что не стал бы отливать ей свой коньяк. Значит, вроде как имел право дать Костику по морде хотя бы за то, что тот не нашёл минутку шепнуть мне втихаря, кто она такая. Но, сами понимаете, тайно плескать барышне крепкое спиртное – это тоже не самое лучшее деяние. В любой школе, уверен, такое учителями будет решительно осуждено! – ну, по крайне мере, вслух и детям… Так что Анна тоже имела причину втащить мне в табло – возможно, ногой.

911
{"b":"982732","o":1}