Ну что ж, всяко лучше, чем в казарме сидеть:
- А что делать-то надо?
- Да ерунда, два магнита на "Урале" к самолету отвезти.
Звучит довольно просто, собрались, поехали, приехали, смотрим: лежит мешок, в мешке лежит магнит (как подкова, только круглый в сечении и диаметром мм 120 примерно), и точно такой же мешок метрах в двадцати. Ну, капитан такой и говорит:
- Грузите и везите на аэродром, потом дуйте в казарму, только положите в разных углах и лучше привязать.
После этого пошел на объект заниматься своими военными делами.
«Ага, делать нам больше не х[рен], привязывать в разных углах», - подумал я.
Ну что, надо грузить. Хватаю мешок, а поднять не могу, только слышно, как швы расходятся (то ли у меня, то ли у мешка), поднапрягся и смог только приподнять.
- Ого, какой тяжелый, интересно, из чего он?
- Хрен его знает, лишь бы не светился в темноте, давай помогай.
С трудом закинули первый (это втроем-то) и уволокли в начало "Урала", подъехали за вторым, закинули и оставили в самом конце.
Ну и ок, встали сами в кузове, едем, курим, болтаем, приехали. Смотрим: а оба мешка лежат сцепленными вместе примерно в середине кузова...
- Ух ты, а как они так смогли?
- А хрен его знает, давай расцеплять...
Попробовали – ничего не получается, только мешки разорвали. Без мешков это выглядело, как одно металлическое колесо внутренним диаметром примерно 50 см.
На Новой Земле нет деревьев, зато там вместо оградок и заборов везде прикопанные наполовину старые кислородные и ацетиленовые баллоны. Вот на такой накинули наше колесо, через трос зацепили за Урал, ка-ак дернули с ходу и... выкорчевали баллон из земли, а магниты так и были скреплены, сказать, что я @хуел - ничего не сказать...
Пробовали еще пять раз. На земле в ряд лежало 6 баллонов, одна ж/б свая и это Чертово колесо.
- Дайте мне точку опоры, и я расцеплю магниты, - сказал самый образованный. Хрен там, если с Матери-Землей, может быть, это и могло прокатить, то не с этими магнитами точно, только лом погнули.
Остановили мимо проезжающий еще один Урал и с разгона все-таки смогли их оторвать друг от друга.
Привезли к самолету, отдали экипажу со словами:
- Пацаны, положите в разных углах, а еще лучше - привяжите.
- Ок,- сказал нам член экипажа, у которого прямо в глазах читалось: "Ага, делать мне больше не х[рен], привязывать в разных местах".
Через месяц, когда они опять к нам прилетели, штурман рассказывал: «Прилетаем, а у нас не два магнита, а одно тяжеленное колесо, сдать его никак, потому что должно быть по бумагам, с@ка, два магнита а не одно колесо, бл... Разорвали через «Урал» и березу через 3 часа, отдали со словами: "Положите в разных местах, а лучше привяжите!", но ребята точно так же подумали: "Делать нам больше не х[рен]…" и привезли одно "колесо", которое тоже очень долго разрывали (тут уже подробности неизвестны).»
Сколько раз подряд еще повторилась история, - неизвестно, но к советам я теперь прислушиваюсь.
- За мудрость предков!
- Прозит, господа!!!
- Майор, ты с нами?
- Конечно!
******************
- … по окончании проверки вышли на взлетную полосу покурить. Стоят, курят дружною толпой, наблюдают за взлетом итицких размеров бомбардировщика. И тут, при отрыве этого самого бомбардировщика от полосы, от него отваливается что-то подозрительно напоминающее авиационную бомбу, весьма нехилых размеров и шустренько так катится в их сторону... В общем, за считанные доли секунды вся толпа приняла лежачее положение в каких-то канавах и попыталась зарыться в землю. Лишь один, седой как лунь, прожженный полкан остался стоять с гордо выпрямленной спиной, и даже сигарету не выбросил.
Когда бомба (а это была именно она) подкатилась почти к ногам полковника, остальные стали выбираться из своих укрытий. И один молодой лейтенантик спросил: "Господин полковник, а почему вы не прятались? ". Полкан поправил сбитую порывом ветра прическу, сплюнул сигарету и ответил: "А [фиг] ли прятаться: она ж атомная".
- За героев!
- Прозит, господа!!!
У дяди Бори было своё мнение о героизме в армии, но его с нами тогда не было.
Развезло меня в тот день так, что и айкины фрукты не помогали…
Глава 18. Альпинисты поневоле.
- Руту-туру-ту-ру-ру!!!
- Рота, подъём!!!
Да чтоб тебя! Опять новый день! И снова башка болит… Дежавю какое-то! Хм, и даже слова про дежавю, кажись, уже были… у меня уже началось дежавю на дежавю: эдак дело и до психиатра дойдёт!
Я торопливо влез в свою форму, запихнул в рот кусочки фруктов из айкиных закромов и, жуя на ходу, поспешил на построение. Какая сволочь придумала собирать построения в выходные дни, причём после массовой пьянки?! И дело в том, что это построение было не сразу после моей обмывки ордена и майорских погон, а гораздо позже,- ближе к осени, но тоже после обмывки награды одному ротному, которого вместе с его бойцами срочно погнали на небольшое, но боевое задание. А «научные» фрукты у меня оставались только потому, что я на свою пьянку отдал их не все: часть зажал для таких вот подлых случаев. Вернее, тогда я ещё не знал, что они работают как антипохмелин, но нутром чувствовал, что лишнее ведро мне никак не помешает.
Мы выстроились на плацу, помятые и хмурые, не понимая, на кой потребовалось поднимать нас в строй в выходной день. Самое простое объяснение, что нас погонят на очередную войну, было и самым нерадостным.
- Господа! – загремел Полковник на весь плац по матюгальнику. – У нас завтра будет знаменательное событие…
Мы невольно внутренне скривились: «знаменательное событие» - это такое, которое потребует от нас огромной напряжённой подготовки.
- К нам едет…
«Ревизор?» - попытался я угадать.
- … сам Командор! – и командир части сделал театральную паузу, предлагая нам самим догадаться, что надо делать.
Мы, ротные, стоявшие на шаг впереди, мельком переглянулись, молча приняли единое решение, затем оглянулись на своих взводных, поиграв бровями не хуже прославленных дирижёров. Взводные всё поняли и свирепо уставились на бойцов в шеренгах.
- Ура, ура, ура-а-а-а-а-а-а!!! – отозвались наши ряды почти идеальным хором, управляемые невидимыми руками.
Но при этом у всех нас невольно напряглись анусы: мало того, что нам придётся в темпе всё красить, мыть и подметать, но ещё есть ненулевой шанс попасть под раздачу царской немилости. Возникал закономерный вопрос, который бесшумно, незримо, но полновесно завис над плацем: «А какого хрена ему вообще здесь надо?»
- Командор получил от нас информацию об успешной отладке взаимодействия между нашими подразделениями и приданной группой управления БПЛА, и теперь желает сам лично присутствовать на военном учении, при котором мы должны продемонстрировать наши навыки совместной работы!
«Б****!» - наш молчаливый вопрос мигом растаял, а над плацем явственным морем разлилось наше общее мнение, выраженное одним словом. И это было не слово «блин».
- И поэтому, - продолжил Полковник, - к вечеру тут всё должно блестеть, как у кота яйца! Ротных прошу собраться в штабе через два часа, - после завтрака и выдачи распоряжений о том, кто и что будет лизать!!!
В указанное время в штабе сидели все ротные, сам Полковник, комбат Берг, зам по боевой подготовке, начштаба, его зам, Владлен и Чайка. Начальник части обвёл нас шальным взглядом и начал совещание:
- Ну, что, придурки, допрыгались?!
Все большие начальники кучковались поближе к Полковнику, который обзирал дальний конец стола. Мы там послушно молчали, ибо возразить, собственно, было нечего. С нашей стороны встал Владлен, подтянулся и задал вопрос:
- Господин полковник! Уверен, что выражу общее мнение: в чём конкретно нас обвиняют, и в чём цель совещания?