Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Лады. Тогда я с вами, стало быть.

— Будешь нашим связным с головорубами! — сострил Илюха.

— Капита-ан! — вмешался Фельдмаршал и чиркнул лапкой мое ухо.

— А пока предлагаем тебе прогуляться вместе с нами до одного места, — сказал Котэ. — Времени в запасе не так уж и много.

— Окей, я с вами, только дай мне пять минут.

— Ждем у той будки с якорем.

Итак, перестрелки не случилось — уже хорошо. Тангризнира я тоже был только рад увидеть — за это персональное спасибо Фельдмаршалу. Полагаю, именно он привел головоруба сюда. Теперь остается только разобраться, что делать дальше.

Я направился к Аннели.

— Какие планы?

— Перебраться на корабль. Подальше от придурков, что жаждут выдать меня испанцам.

— Здравая идея. — Я взял паузу, раздумывая. — А что насчет переговоров?

— А я там нужна?

— Кто знает… Но если Тангризнир за нас впрягся, я бы не стал пренебрегать его доверием. К тому же у тебя сильные люди и хороший корабль. Если хотим отогнать испанцев, действовать лучше сообща. Кстати, я там тоже буду, так что смогу за тебя пору…

— Посмотрим, — оборвала она меня и залезла в вельбот. — Отчаливаем!

Вот так. Как обычно — ни привета ни ответа. Аннели в своем репертуаре. Корсары подтолкнули лодку в море, а затем и сами запрыгнули внутрь.

Ладно. Я хотя бы попытался. Не придет, так не придет. Пока стоит блокада, все мы находимся в одной лодке, хочет этого Аннели или нет.

Осталось разобраться с собственной командой. Фрингилья, Адриан и еще несколько ребят ждали меня рядом с причалом. Они рассматривали огромную черепаху, что вылезала из воды. Когда я приблизился, то увидел, что на панцире проглядывался бирюзовый рисунок — похоже, какие-то иероглифы. Наверняка кто-то из местных уже имел удовольствие разукрасить ее ранее.

— Адриан, — начал я. — Через час я буду в переговорной, а сейчас прогуляюсь с ребятами. Нашему экипажу пока отбой. Сомневаюсь, что до вечера будут какие-нибудь важные дела. Главное, чтобы вахта на «Рапире» сменилась. А вот к вечеру хотелось бы, чтобы либо ты, либо Менестрелиус, либо Лилит были здесь. Береговое братство решает дать отпор клятым испанцам, дела найдутся.

Закончив разговор, я отправился к ребятам из «Пришествия дна». Компания набиралась немаленькая — человек двадцать. Хотя по меркам клана это было не так уж много — на одном только фрегате Илюхи были «прописаны» полторы сотни игроков.

Мы миновали город, прошли по едва заметной сквозь траву дорожке. Оказавшись в дикой природе, Фельдмаршал заинтересовался окружающей местностью. Он то и дело оглядывался по сторонам, выкрикивал что-то невразумительное, пытался повторить пение птиц. Но улетать не торопился.

Деревья закончились, и мы вышли на совсем небольшую полянку. Там уже разместились десятки других людей из клана. Но, несмотря на количество народа, было тихо. А посередине полянки… стоял могильный камень. На нем была выгравирована большая снежинка.

— Все готово? — спросил Котэ, и один из пиратов ответил одобрительно.

— Тогда к делу.

Все начали становиться в круг, и я последовал за всеми. Котэ вышел из общего строя и заговорил:

— Снежка Снежная была одной из нас. Нет, не так. Снежинка была лучшей среди нас. Самой доброй, самой отзывчивой и самой милой, насколько может позволить пиратское сердце. Она была частью команды и частью корабля. Смело шла в бой и ураган, вела команду к одной победе за другой. Она была тем важным звеном, благодаря которому наш клан в свое время только начал зарождаться на «Карибах». Спасибо тебе за все, Снежка. Можешь спать спокойно. Все мы когда-нибудь окажемся на дне морском.

Котэ вернулся в строй, и после него выступила девушка в белой треуголке. Речь ее была не менее сильной и не менее печальной. Затем был Клещ, который вспоминал, как когда-то вместе со Снежинкой учился «стелс-режиму» и сражению на тесаках. Моал был скуп на слова, но пролил слезу. Вслед за ним разревелась еще одна девушка.

Словно подстраиваясь под здешнее настроение, солнце зашло за серое облако.

Когда речи окончились, к могильному камню положили треуголку, белый платок и шпагу. Затем один из парней достал лютню и принялся напевать грустную песню. Мы так и стояли, пока песня не окончилась.

Это были первые виртуальные похороны, на которых мне довелось присутствовать.

Глава 25

Звучит как план

— Ну, как тебе? — спросил Илюха, когда мы возвращались назад.

Ветки кустов мягко хлестали по лицу, жужжали мухи. Казалось, город был в шаге ходьбы, но уже здесь природа отчаянно брала свое.

— Грустно, как еще… — промолвил я, посматривая на впереди идущих игроков с поникшими спинами. — Не очень понял, зачем было меня звать.

— Потихоньку посвящаем тебя в традиции «Пришествия дна», — невозмутимо ответил Бласт. — Не все же время тебе в одиночку по морю разгуливать.

— Я точно не был там лишним?

— С чего бы? Снежинки с нами больше нет, но поверь, она была бы не против. Я вообще считаю, что любое прощение с умершим — это возможность осмыслить жизнь человека, вспомнить, что тебя с ним связывало, сохранить в сердце самое важное. И идти дальше. А умершего больше нет, ему уже не до этого.

— Как вообще вышло, что она умерла?

— Сложная история. Не буду вдаваться в подробности, ибо сам мало что знаю. Ее родственники неохотно шли с нами на контакт, когда это случилось. Эх, такая девчонка была…

— Это первый раз, когда вы кого-то теряете из команды?

— Не первый, — мотнул головой Илья. — Первым был наш штурман. Умер от рака. До последнего выходил на службу. Чертил маршруты, прокладывал курсы в опасных водах. С ним прощались прямо в море. Запечатали сундук с его вещами и пустили на дно.

— Да уж, — печально сказал я. — Сочувствую.

— Ладно, давай не будем о грустном. С кланом в пять сотен рыл неудивительно, что за пару лет с кем-нибудь что-нибудь да приключится.

Всю дорогу Фельдмаршал сидел на удивление тихо. Только один раз он вскрикнул «Ар-р-р!», вспорхнул на деревья и вскоре вернулся, распушив хохолок. В клюве он держал жирную гусеницу.

— А у тебя есть здесь питомец? — спросил я Илюху.

— Ну наконец-то ты спросил! Разумеется, есть. Правда, я держу его у себя в каюте и выпускаю только во время боя.

— И кто это? Ягуар? Пума? Кайман? Чупакабра?

— Хуже. Увидишь!

Чуть позже ко мне приблизился Клещ.

— Как поживаешь, капитан Рудра? Вижу, ты теперь с пернатым другом?

— Не без этого, — ответил я, а Фельдмаршал издал непонятный скрежет.

— Новые клинки? — поинтересовался Клещ, разглядывая висевшие на мне ножны. Без жюстокора их было хорошо видно.

— Ага. Ятаганы. Вместе с кладом нашел.

— Дашь взглянуть?

Клещ пробежал пальцем по лезвию, перехватил ятаган из руки в руку, изучил рукоять.

— Любопытные образцы, скажу я тебе. Сбалансированные. Не слишком легкие, но и не слишком тяжелые — для такой-то длины. Но время от времени будешь оставаться без пальцев.

— Это почему же?

— Потому что у них открытый эфес без навершия. Чем ты будешь защищать пальцы от скользящих ударов?

— И как быть? — спросил я. — Ты, как мастер тесаков, можешь что-нибудь посоветовать?

— Модернизировать рукояти и отработать приемы, при которых никто не сможет задевать твои пальцы. Ничего, со временем освоишься. Все познается в бою! А вообще, рад тебя видеть, Вадим. Наконец-то ты с нами.

Мы вернулись в город, миновали десяток деревянных строений, затем еще столько же кирпичных — и вышли туда, где находилась «переговорная». Этим заведением оказался самый большой бар в городе. На длинной деревянной вывеске было написано «Бар им. Егора Летова». Большая площадка со столами и стульями находилась прямо на улице, под навесом. Здесь пили, бренчали музыку, танцевали, перекидывались в карты. Темнокожий бугай с дредами и пирсингом в носу играл на гитаре, напевая про русское поле экспериментов.

121
{"b":"982732","o":1}