Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Любой из нас мог бы поехать «в поля» и от родной школы, а городской искин дотошно бы зафиксировал, что ты – честный гражданин, отработал положенное, но, однако, некое спортивное братство невольно диктовало свои условия: если Сержант тебе гаркнул «завтра чтобы все стояли вот тут как сам не знаю как!», то ты со своим бардачком с утра явишься всё-таки в школу спортивную, а не абы куда. Во избежание непонимания. Мало ли что…

Глава 3. Колхоз - дело добровольное.

И вот мы стоим, такие молодые и красивые, на бескрайнем поле, которое нужно прополоть от реки и до заката. Наша древняя Родина нас не забыла: она выслала нам мотыги для окучивания и прополки.

Что дешевле перебросить через просторы Вселенной?- тыщу дроидов или миллион мотыг? Ответ понятен: если ты дашь дроиды, то их надо ещё ремонтировать и обслуживать, т.е. надо прислать ещё и понимающих специалистов, которым не хочется лететь на задворки Вселенной… И надо потом им вдогонку доставлять необходимые запчасти, подруг, смазочные масла, спирт для протирки (ненужное зачеркнуть). А вот выслал ты один раз миллион мотыг из титановых сплавов – и всё, можешь смело ставить себе галочку, что сделал всё, что смог, и новопоселенцы как-нибудь сумеют прокормиться… мотыги и лопаты никогда не ломаются и топлива не требуют!- это же тебе не звездолёты!

Как-то так стало получаться, что мы с той девчонкой, с которой у нас получилось такое удачное знакомство, начали на бескрайних полях становиться на работу рядом. Мы весело болтали ни о чём, забывая, что занимаемся эпической битвой за урожай, а не «вы тут что такое вообще?!», как любил выражаться Сержант, важно гулявший вдоль нашей цепочки и периодически шпынявший тех, кто отстаёт. Айка работала в открытом купальнике, и я, поглядывая в её сторону, через минуту забывал не только про битву за урожай, а вообще обо всём. Периодически она даже меня обгоняла, и тогда я засматривался уже на её попочку, опять теряя темп работы, но потом спохватывался, делал рывок – и мы снова оказывались рядом.

Как-то раз, помнится, я глянул на её грядку и мысленно присвистнул: она своей мотыгой прополола вообще всё!- и сорняки, и листочки молодой свёклы.

- Ну, Айка, после тебя не остаётся ни флоры, ни фауны!- невольно воскликнул я.

Она оглянулась на меня, обнажила жемчужные зубки и весело засмеялась журчащим смехом:

- А как иначе я тебя смогу догнать?

Ну, да, женская логика – она такая…

А Сержант то ли вообще не заметил, что она на своей грядке порубила весь будущий урожай, то ли ни фига не разбирался, в чём сама суть прополки… теперь уже и не спросишь.

Когда беспощадное летнее солнце доходило до зенита, Сержант милостиво гаркал «Обед!», и наша славная команда… Вы, наверное, думаете, что она «весёлой гурьбой, с шутками и прибаутками спешила под благостную сень деревьев разложить свою снедь, собранную мамой»?- хм, не совсем так… Это, быть может, так было у других отрядов, приезжавших от «простых» школ, а наши славные «спортшкольные» ребята сначала просто падали наземь, как подкошенные, кто где стоял, потом сладко ныли, стонали, потягиваясь, и только после «сержантского ускорения» кое-как ползли сонными мухами в спасительную тень обедать, закинув опостылевшие мотыги на плечо и качаясь при ходьбе под их тяжестью. А вдогонку нам летели «отцовские» фразы типа «если вы такие неженки, то как вы на войне гранатомёты таскать будете?!». Определённо, Сержант был из тех людей, кто и сам не живёт, и другим не даёт! Он гонял нас не только в спортивном манеже, но и на фермерских полях! А сам лишь прохаживался рядом, зорким взглядом выявляя скрывающихся сачков и халтурщиков.

Кстати, про домашнюю снедь… Как нетрудно догадаться, любые термосы на нашей планете были жутким дефицитом, а их обладатели считались самыми ловкими и пробивными людьми, умеющими жить и доставать разного рода дефицитные товары. Поэтому что???- правильно: вместе с нами на поля возили древний бочонок эпохи первой волны колонизации, имевший встроенную печь. Перед началом работ мы в качестве разминки шли в ближайший лес, готовили дрова, разводили огонь внутри этого бочонка, а к обеду у нас имелся приличный запас кипятка, которым мы могли разбавлять сухую вермишелевую смесь или просто сделать себе травяной чай, нарвав подходящие стебли прямо возле места работы. Сержант это чудо инженерной мысли называл «полевой кухней»: понятно, что нужна она только в поле, но почему «кухня»?- кухня – это ведь комната для приготовления пищи в доме, а не на улице. Но у отбитых вояк – свои причуды творческого мышления…

Знаете, как я окончательно покорил айкино сердце? Я дал ей кружку травяного чая, сделанного своими руками. До этого дня её понятия о траве представляли собой смутные знания о том, что она идёт на корм скотине, а незнакомые растения руками лучше вообще не трогать: можно получить или ожоги, или укусы хищных цветков. А вот чтобы чай…

- М-м-м-м, какая прелесть!- проворковала она, кинув на меня томный взгляд.- Никогда не пила ничего подобного!

- А я ещё и рыбу ловить умею,- ответил я (ой, дура-а-а-а-а-а-к!..).

Полоть колючие сорняки, убирать с полей урожай и камни – если тебя вечером отвезут домой, то это – хорошо. Но, как на грех, большинство полей почему-то располагалось не вблизи города, а на таком удалении, что езда до них занимала около часа, и получалось, что мотать туда-сюда драгоценную технику ради перевозки грубой рабсилы – это вопиющая роскошь. Гораздо выгоднее завезти людей в нужном количестве сразу до окончания уборки – и техника целее будет! Люди – они не железные: они могут пахать хоть каждый день!- а машины так не могут…

Итак, мы стали постарше, и Родина поверила, что мы вполне сможем выжить на уборке урожая в течение трёх недель. Нашу спортшкольную команду забросили в глухую тьмутаракань, и мы, выгрузившись из бесколёсного вездехода, принялись осматриваться.

Для проживания нам выделили здание заброшенной школы. Что ж, первые колонисты оказались ребятами рукастыми и сварганили себе множество забавных поделок из брёвен, созданных, разумеется, из деревьев местного леса: доставить такое количество стройматериалов на космических челноках обошлось бы в сумму, как будто всё это сделано из чистого золота. В оконные рамы, правда, были вставлены стеклопакеты; теоретически они считаются небьющимися, но реально кое-где школьные окна зияли сквозными дырами.

- Начальник, эт чё такое?!- вызверился Серый на здешнего гауляйтера, устроившего нам экскурсию по местам будущей трудовой славы.- Почему окна с дырами?! Сейчас ночью уже холодно, блин!

- Ну, это… вы же знаете, какой у нас дефицит даже самых простых товаров! Зато подушек у вас в избытке: вы просто ими дыры затыкайте – и все дела! До вас все так и делали!

- Отставить трёп!- гавкнул Сержант.- Вы будущие бойцы или барышни кисейные?!

- Какие такие «кисельные»?

- У тебя одна жратва на уме… кисея – это не кисель, а… это… это какой-то наряд такой нежный, который сразу рвётся!- вот так наш тренер на пальцах доказал, что Серый был неправ.

Так-то, конечно, грех было жаловаться: есть крыша над головой, и даже не капало. Подушки и правда плотно закупорили все дыры в окнах, и даже лежанки гостеприимно нас ждали: уже с матрасами, подушками и одеялами. Ночью, конечно, холодно, но в школе стояли настоящие печи, дрова в которые надо закладывать со стороны коридора, т.е. комнаты получали только тепло, а не запах дыма.

Были ещё нюансы. В школе не имелось водоснабжения, но зато во дворе стоял оборудованный ряд рукомойников, не испорченных электроникой. Да что там говорить: там даже и механики никакой не имелось! Просто подвешенные вёдра с дыркой во днище, закупоренной палочкой со шляпкой: эта шляпка с уплотнителем в виде гнилой нитки закрывала отверстие в ведре. Ты ладонью толкаешь эту палочку вверх – шляпка приподнимается, и вода начинает течь в открывшуюся дыру. Отпускаешь руку – шляпка опускается, а давление воды плотно её прижимает к днищу ведра, перекрывая поток.

766
{"b":"982732","o":1}