— Такова жизнь. — Сказал я, встав и тоже подойдя к окну, дабы полюбоваться начавшейся вдалеке снежной бурей. — Знаешь почему люди — величайшее творение эволюции?

— Удиви меня. — Хмыкнул сын, тоже залюбовавшись переливами снежных вихрей вдалеке.

— Потому что каждый человек уникален. — Ответил я, не отрывая взгляда от танца льда, ветра и снега.

На что получил полный скепсиса и неверия взгляд.

— Да, их жизни могут быть невероятно похожи. Да, их мысли могут не выходить за пределы банального желания поесть, поспать и с кем-нибудь совокупиться. — Я не стал отрицать очевидного, хотя глаза все равно закатил. — Но в отличие от животных, жизнь которых может не меняться поколениями, человеческое общество очень изменчиво. Каждому человеку за всю его жизнь предоставляется столько выборов, что путь каждого конкретного представителя рода людского, по своему, но уникален. У кого-то он быстрый и изменчивый, а где-то целые поколения могут топтаться на месте, не желая двигаться вперед

— К чему ты это ведешь? — Спросил Каспер, не совсем понимавший к чему я все это говорил.

— К том, что все люди разные, вот только их развитие, зачастую, зависит от множества факторов. — Ответил я, после чего, немного подумав, решил потихоньку сворачивать эту тему. Ведь говорить об этом можно было часами, а время поджимало. — Если коротко, то все «макаки» с которыми тебе приходилось общаться еще просто не развились до нужного уровня. Дай им немного времени, всего пару поколений, и думаю уже их потомки, если не проиграют борьбу остальным, станут вполне договороспособными.

— Ты же понимаешь насколько абсурдно это звучит, отец? — Вздернув бровь уточнил Каспер. — «Пару поколений»… Скажешь тоже… Мы ведем дела прямо здесь и сейчас, поэтому ждать сто лет не можем.

— Ну это лучше, чем сказать «Смирись, сынок. Половина людей на этой жалкой планетке — прирожденные дебилы, неспособные мыслить даже на пару шагов вперед?». — Спросил я, развернувшись и направившись в сторону выхода. — Я и так в глазах половины местных героев выгляжу как самый настоящий злодей, а если буду говорить клишированными фразами, то точно им стану.

— Нашел проблему на ровном месте. — Хмыкнул младший, последовав за мной. — К тому же разве твоя нынешняя пассия сама не злодейка? Эти хищные глаза, броский макияж, откровенные платья. Хоть сейчас на афишу какого-нибудь боевичка средней паршивости.

— Ты только ей этого не скажи. — Ответил я, приложив руку к сканеру, открывающему проход, ведущий во внутренние помещения тюрьмы. — А то превратит в лягушку и зажарит на медленном огне, повторив подвиг Медеи.

— И как же мне к ней обращаться? — Закинув руки за голову, с нескрываемым весельем спросил Каспер. — Ведьма? Учитель? Мастер? Или матушка?

— Только посмей. — Бросил я на него раздраженный взгляд, показательно хрустнув шеей. — Шею сломаю.

— Боюсь, боюсь. — Сын даже не пытался изобразить испуг. — Может в детстве это бы и сошло за наказание, но я вырос, пап. Восстановить позвонки для меня дело пары секунд.

— Настолько вырос, что начал грубить старшему?

— Про тебя не было и слова. Всего лишь про одну зеленую королеву которую ты…

— Выпорю. Стальным ремнем. Лично.

— Угрозы такие угрозы.

— Засранец.

— Весь в отца.

Вот так, переругиваясь и обмениваясь колкостями, мы шли вперед, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг. В отличие от самого окружения.

— Девки, смотрите кто явился!

— Ба, да это же Хекматьяр вместе с сыночком.

— Ты глянь сам длинноухий явился.

— Ути-пути, какой смазливый мальчик… Не хочешь порадовать тетю?

— Выпусти нас, мразь! Живо! Иначе я тебе башку оторву! — Кричали сидевшие в камерах женщины, облаченные разноцветные тюремные робы. Каждая из них была неповторима. Нет, не личностью, как я недавно рассказывал Касперу, а внешностью и… уникальными талантами.

Кто-то зажигал на руках настоящие огненные шары, бессильно разбивавшиеся об толстый слой закаленного стекла, кто-то стрелял собственными костями, мгновенно отращивая утраченное, а кто-то банально бил по экранам, каждым своим ударом вызывая крупную дрожь.

Да, да, в этой тюрьме находились не обычные люди, а мутанты.

«Точнее на этом уровне» — Подумал я, вспомнив про верхний ярус, где сидели простые женщины, за которых мне хорошенько заплатили, дабы они исчезли с лица Земли.

Я не врал Касперу, когда говорил что это место было постоянно исключительно моими руками. Правильная комбинация круга телепортации, моего образования и использование Исполнения желания и Ограниченного желания позволили всего за полтора года возвести настоящую крепость, посреди снежных просторов Антарктиды, о существовании которой не мог узнать никто на Земле. Никакой связи с внешним миром, кроме закрытого канала связи, никаких регулярных поставок продовольствия или топлива. Все работало на небольшом термоядерном реакторе, а припасы доставлял лично я, пользуясь телепортом и вместимостью моего Сосуда Гения.

Все это, в купе с нахождением в самом отдаленном и суровом регионе мира, а также полным сокрытием от спутников благодаря стационарной системы иллюзий, заказанных у Мистерио, делало эту тюрьму идеальным местом для содержания… не самых приятных кадров, таких как пошедшие в преступность мутанты или проворовавшиеся бизнес-леди, убивать которых было нельзя из-за тайн хранимых в их головах.

«На последних я даже умудряюсь зарабатывать» — Думал я, продолжая идти вперед и не обращая внимания на крики вокруг. — «До сих пор удивляюсь, какие деньги готовы платить люди, дабы убрать ненавистного конкурента и окончательно не обрубать концы»

— С чего это вдруг он объявился? Он же обычно здесь не появляется. — Спросила молодая рыжая девочка, которой максимум можно было дать лет 15.

Кто-то сказал бы ребенок, я — хитрая и беспринципная бестия, которая благодаря своей способности управлять биоэлектричеством стала причиной гибели нескольких сотен людей во Франции.

— А? Ты не видела? Сюда пару дней назад притащили саму Магнето, вместе с Саблезубой, Фрост и Джаггернаутом. — Ответила ей женщина-дикобраз, если память мне не изменяет, практически полностью перебившая несколько семей в Бразилии, собрав себе небольшой обратный гарем.

— Что? Саму Магнето? — Удивилась другая заключенная, ответственная за пожар в Дели, случившийся несколько лет назад и унесший жизни тысяч людей.

— Значит Сестринству конец? — Спросила другая мутантка, за которой не было особых преступлений. Она всего лишь решила обокрасть одного из моих директоров и оказалась здесь.

Что?

Нужно же поддерживать среди подчиненный некий уровень элитарности.

— И где они теперь?

— Где-где… — Устало вздохнула наемница, за которую очень попросила одна арабская принцесса. — В Отстойнике.

— Отстойник… — Будто эхом разнеслось это слово по тюрьме, наполненное таким отчаянием и безысходностью, словно они про газовые камеры нацистов говорили, а не про нижний уровень этого прекрасного заведения, где содержались самые сильные и опасные мутанты.

«Подумаешь камеры полностью одиночные, с полным ограничением сил» — Думал я, продолжая идти вперед. — «Зато питание в разы лучше, да и надзирательница гораздо реже к ним заходит»

Кстати о ней…

— Тишина!!! — Громко, почти громогласно разнеслось по тюрьме, а передо мной с Каспером с высоты третьего этажа без каких либо проблем приземлилась юркая фигурка, облаченная в черные облегающие штаны, тонкие печатки до середины предплечий и такой же черный топ, открывавший вид на голый мускулистый живот, при виде которой мгновенно воцарилась идеальная тишина. — Господин, рада вас видеть!

— Я тебя тоже, Лаура. — Сказал я, подойдя и погладив ее по длинным черным волосам.

— Муф… — Та сразу вырвалась, убрав голову, и недовольно уставилась на меня своими зелеными, подведенными тенями, глазами, на мгновение став похожей на нахохлившегося воробушка. — Господин, я уже не маленькая! Хватит так делать! Вы роняете мой авторитет.