– А он? Действительно так влюблён?

– Он принёсся сюда, едва узнал, что Каролина гостит у нас. А ведь Тёмного инквизитора не видели на балах уже сотню лет с тех пор, как по должности от него перестали требовать присутствия на светских мероприятиях.

– Это правда, уж мне ли не знать всех завсегдатаев, – кивнула леди Милдред.

– А ещё! – заговорщически проговорила Зейфиран.

Поистине, как бы ни была мудра и могущественна женщина, а сплетничать ей хочется, как и простой горожанке. Мне же лучше, и я вся обратилась в слух.

– А ещё, Генрих Арундел рассказал моему мужу, что Верлицкий вдребезги разнёс испытательный полигон в академии. Дважды. Первый раз после того, как застал ректора, выходящим из её спальни (Генрих утверждает, что это было недоразумение, но ты же знаешь Каролину?). А второй раз, после её отъезда. Он ничего не рассказал, но Арундел подозревает, что ведьма ему отказала!

– Отказала? – охнула леди Милдред и, видимо, получив утвердительный кивок (мне было не разглядеть из-за веток) сказала, – значит, точно не видать Тёмному инквизитору Рыжей ведьмы, как своих ушей! Бедняга. А правда, что он так страдает?

– Не знаю, я сама его давно не видела, но Арундел утверждает, что он осунулся и ничего не ел несколько дней. Всё носился по округе в теле ястреба. А ты же знаешь, как вредно магу надолго переносить своё сознание в тело зверей? Про несмышлёных птиц вообще не говорю!

– Может, кто-нибудь утешит его? – коварно спросила леди Милдред.

– Может, но Тар сказал, что такие, как он, влюбляются один раз в жизни, так что не думаю, что тут наличие любовницы поможет.

Тёмная Владычица пожала плечами и вздохнула.

– А ты не можешь вмешаться?

– Нет. Каролина всегда поступает так, как хочет. А сейчас она хочет ненавидеть Тёмного инквизитора, а не спать с ним. У меня есть идея свести её с Арунделом, ректором Академии Тьмы и Света. Он тоже неплохо подходит. Такой могучий мужчина! Да и характер интересный. Может, у них что-то и сложится.

– А как же Дэнис Верлицкий?

– Ну я свахой ко всем не нанималась. Тем более, как говорит Тар – дело безнадёжное: одна любовь на всю жизнь!

– Тогда ты не будешь против, если я… попробую утешить Тёмного инквизитора?

– Делай как хочешь, – пожала плечами Владычица, – но я тебя предупредила.

– Один момент меня беспокоит из их прошлого, – признала эта бесстыдная леди Милдред, – что там была за страшная история? Ходят слухи, что он собирался казнить её тёмным огнём на костре?

– Ерунда! Он был в сложной политической ситуации и после того, как пригрозил ей костром, просто подстроил её побег. Ты слышала когда-нибудь раньше, чтобы кто-то сбегал из подземелий Обители Ордена?

– Нет.

– Вот и я нет. Всё не так, как кажется.

«Всё действительно не так, как кажется», – подумала и я. Подруги ушли по тропинке обратно в зал. А я осталась в ошеломлении. Мой мир перевернулся с ног на голову.

Я выбежала на берег моря. Тут ветер был намного резче, чем в саду, и я надеялась, что он поможет привести мои мысли в порядок. Но это не помогало.

Неужели Верлицкий действительно влюблён в меня? Неужели все его поступки были продиктованы любовью, а не ненавистью? Что это? Мистификация? Но большинство фактов, которые излагала Тёмная Владычица были известны и мне. И если посмотреть на них под другим углом… Нет, не верю.

Не знаю, сколько я просидела на берегу, обдуваемая тёплым морским ветром, но рассвет я встретила там же. Первые нежные отблески зари коснулись горизонта и начали медленно, но неуклонно заполнять собой небо и море.

Я так и не разобралась в своих чувствах и в том новом отношении к себе Верлицкого, о котором узнала. Что тут правда, а что ложь?

Но в одном я должна была себе признаться: от мысли, что мой старинный враг любит меня, моё сердце сладко замирало. А это значит… Тут пришлось набраться смелости. Это значит, что и мне он не безразличен. У меня тоже есть к нему чувства. И это вовсе не ненависть…

Утро почти началось, первые солнечные лучи намекали, что закончился и маскарад, и бал, и даже фуршет уже убрали. Гости разъехались и лишь пара десятков человек (или не человек) ещё продолжали бродить по замку в каком-то заторможенном состоянии, как бы не веря, что даже такой замечательный шабаш имеет конец.

В дальнем углу бального зала троица скальных демонов продолжала попытки допить свой огненный виски (Верлицкий подозревал, что управятся они только к Зимним праздникам и Тёмной Владычице от них не избавиться до этого времени).

Мысли самого инквизитора пребывали в раздрае; он даже подумывал присоединиться к этой буйной компашке.

Всё, как и всегда с рыжей ведьмой, пошло не так. Вернее, пошло так, как он даже подумать не мог. И теперь он пребывал в смятении.

Арундел куда-то подевался, и Верлицкий убеждал себя, что ищет друга, а не просто бесцельно бродит по замку.

Хотя сегодня Тёмный инквизитор много пил (особенно после последнего безумного танца с ведьмой), хмеля не было ни в одном глазу. Но вот солнечный свет доставлял неудобство. Может, поэтому он старался выбирать места потемнее, ещё не тронутые юным рассветом.

Странные цветы, которыми был украшен замок, как и он, явно избегали света и сами собой собирались в самых тёмных уголках. В одном их было особенно много, и он непроизвольно направился туда.

Но когда подошёл в тёмное, увитое бордовыми цветами место, выяснилось, что это и не угол вовсе, а, скорее, очень короткий коридорчик, ведущий… Он сам не понял, как оказался в другом мире.

В замок я всё-таки вернулась. Даже когда мир переворачивается для тебя, остаются простые обыденные вещи. Например, надо подняться к себе, переговорить с Чером (может быть) и, как минимум, привести себя в порядок и лечь спать. А может быть уехать.

Я, правда, не собиралась отправиться в путешествие сразу после бала, но с другой стороны, что мне мешает это сделать?

Поднимаясь по лестнице, я не сразу обратила внимание, что делаю это как-то неприлично долго. Мне всего-то надо было на третий этаж. Я попробовала оглянуться, может, занятая своими мыслями, я не заметила, что прошла дальше, как почувствовала, что подол моего вечернего платья зацепился за что-то. Нагнувшись, я увидела, что это был розовый куст. Откуда он на лестнице? Но оказалось, что и нет никакой лестницы.

Вокруг расстилалась серая долина. Я никогда не была в мире Смерти, но сразу поняла, что это именно он.

Так, так, так! Можно подумать, я сюда случайно забрела. Но моя интуиция подсказывала, что дело не обошлось без помощи моих друзей Зейфиран и Тара. И кого же по их желаниям я должна тут встретить? Верлицкого? Или Генриха Арундела?

Я снова оглянулась: какая-то сплошная серая тоска. Зейфиран рассказывала, что Мир Смерти является таким, каким люди его представляют. Значит, для меня он такой?

Бесконечная серая тоска.

И я пошла, старательно всматриваясь в горизонт. Пытаясь разглядеть что-то новое или хотя бы яркое. Но ничего не было. Тогда я решила призвать Чера. Вдвоём всяко веселее. Но… я оказалась отрезана от собственного фамильяра. Вот это меня разозлило.

– Да что это за шутки такие! – закричала я, глядя в серое, будто сделанное из картона небо.

Наконец что-то произошло: синяя молния разделила небо и безмолвно врезалась в пустоту серой земли. Гром пришёл позже. Его раскат был оглушительным в этом странном пространстве.

Мир раскололся пополам, вот прямо как на картинке: оп и треснул. Ровно в том месте, куда ударила молния. И если всё вокруг продолжало оставаться серым, то из провала лился радужный свет.

Я пожала плечами и пошла туда. Страха не было. Во-первых, друзья мои, хотя и явно шалили, но вряд ли сделали бы что-то по-настоящему опасное. Во-вторых, я призвала свои силы и вихрь тёмной энергии пронёсся над серой пустошью. Моя магия осталась при мне. А значит, опасаться нечего.