– И что ты думаешь?

– Думаю, важнее то, что задумала ты.

Зейфиран загадочно улыбнулась. Возможно, пришло время её подруге остепениться.

Я пылала жаждой мести, но сама не совсем понимала, что мне нужно. Увидеть боль и ревность в глазах Верлицкого? Как-то глупо и по-детски. Да и с чего бы? Наверное, стоит успокоиться.

Пройдя к фуршетам, я взяла бокал с проплывающего мимо подноса. Вино оказалось не игристым, которое подавали в начале бала, а… красным нинейским. Вкусно, на языке появилась кислая сладость вишни. Всегда любила этот сорт. Двести лет назад его можно было найти и в таверне. А теперь его подавали только в самых лучших домах и ресторациях.

За вкусом вина пришли и воспоминания. Их первая полноценная встреча с Тёмным инквизитором прошла за распитием именно этого напитка. Верлицкий тогда показался ей невероятно забавным. Такой серьёзный и старательный, так хотел выполнить своё задание, что не побрезговал выпить с ведьмой и некромантом. А ещё, ТАК смотрел на неё тогда. Честный и благородный! Какое прелестное разнообразие среди её знакомств. Она помнила, как молодой инквизитор ринулся на помощь бедной служаночке. Непростые были времена. Слишком много заговоров, скрытых в других заговорах. Она едва успела затащить его в свой портал, когда фанатик разбил колбу с «Яростью тьмы».

При новой встрече ей захотелось отблагодарить инквизитора, но увы, он не оценил её порыв. Глупец!

А при воспоминании о последующем унижении, гнев и обида снова захватили меня.

И именно этот момент выбрал Верлицкий, чтобы снова появиться передо мной.

– Госпожа Каролина, прекрасно выглядите! – он отсалютовал мне бокалом, в котором, как я обратила внимание, тоже было красное вино.

– Не скажу, что счастлива вас видеть, князь. – сухо ответила я.

– И это взаимно.

– Тогда, что вы тут делаете?

– Шёл мимо, смотрю, что-то ядовитое на пути, как служитель Церкви не смог пройти мимо.

– Всё ваше «благородство»! Кстати, о нём: слышала, как вас дамы обсуждали. Хвалили очень. В определённом смысле.

– Завидуете? Дамам?

– Что вы! Просто беспокоюсь.

– О чём же, тёмная госпожа? Не о своих ли прелестях? Неужели вам нужна моя помощь?

От такой наглости и завуалированной пошлости оскорбления у меня перехватило дыхание.

– Да, благородство из вас так и льётся! Как помои вечером.

– А вы хорошо разбираетесь в помоях?

Пока мы взаимно тренировались в ругательствах, мы так сблизились, что следующую фразу я произнесла ему прямо в лицо, ощущая дыхание Тёмного инквизитора, увы от него по-прежнему пахло шоколадом. Откуда он его берёт?

– Приходится, – сокрушённо ответила я, – переживаю, как бы вы не женились.

– Что так? Метите на место супруги?

– Упаси меня тёмные боги от такого несчастья! Переживаю, как бы вы не размножились. Такая бы беда для империи случилась!

Казалось, ещё миг, и мы вцепимся друг в друга. Тут заиграла музыка. Ночная часть танцев началась.

Верлицкий, недолго думая, под этим предлогом схватил меня и увлёк к танцующим.

Одна его рука крепко обнимала меня за талию, вторая держала за руку. Со стороны могло показаться, что он полон страсти. Я же чувствовала только железную хватку инквизитора, а не мужчины.

В свою очередь, я так вцепилась в его плечо, что мои ногти непроизвольно удлинились и оцарапали его прямо через сюртук. Я сладко улыбнулась.

– Как вам бал? – спросил Тар.

Арундел развернулся, и улыбнулся старому знакомому:

– Прекрасно! Особенно, часть со срыванием образов впечатлила. Кстати, у вас тут хорошая защита стоит?

– А что? – некромант удивлённо приподнял левую бровь. – Неужели следует чего-то опасаться? В нашем-то обществе?

– В вашем нет, но вот глядя на эту парочку, я начинаю волноваться, как бы они ни разнесли всё вокруг! – он указал в сторону танцующих пар.

Каролина и Верлицкий снова танцевали вместе, но если до снятия масок от них веяло страстным желанием, то теперь они опасно искрились магией, и остальные пары старались держаться от них подальше, а некоторые даже покинули танцпол.

Тар, проследив за ними, усмехнулся:

– Вот именно об этом я хотел с вами поговорить, уважаемый ректор. Давайте пройдём в мой кабинет, там спокойнее.

– Но как же… – увлекаемый хозяином замка в сторону, Арундел беспокойно посмотрел на всё ещё танцующих врагов.

– О, не волнуйтесь. Уверен, они смогут держать себя в руках на людях. Чай не юные влюблённые.

– Уверены?

– В крайнем случае, – Тар посмотрел вверх, – у меня здесь действительно хорошая защита стоит.

После танца мы отстранились друг от друга и, холодно раскланявшись, молча разошлись в разные стороны. Всё уже было сказано. Даже больше, чем всё. Вряд ли мы ещё увидимся, общего у нас ничего нет, а затевать войну из-за взаимной неприязни попросту глупо.

Я очень хотела выйти на воздух, но оставаться там же, где с нас срывали маски, не хотелось, и пройдя в открытую балконную дверь, спустилась вниз по ступенькам, ведущим в сад.

Порыв морского ветра освежил меня и помог привести мысли в порядок. Я бродила какое-то время по утопающим в темноте тропинкам ночного сада, когда услышала чей-то шёпот. Решив, что это парочка влюблённых, я уже почти отошла, как моё внимание привлекло знакомое имя. Кто-то обсуждал Верлицкого. Слушать о нём очередные дамские сплетни мне не хотелось, но голос, что произнёс его имя, показался знакомым и я невольно подошла ближе.

Подслушивать чужие разговоры, конечно, неприлично, а если это разговоры твоих друзей, то и нехорошо. Но бывает очень полезно. Поэтому накинув на себя полог невидимости, я подошла ближе.

– Как жаль… – голос принадлежал леди Милдред, хорошей приятельнице Зейфиран и ведьме из древнего клана. Не часто бывает, когда ведьма кого-то жалеет.

– Ну ты же знаешь Каролину. Если она в чём-то определилась, значит это навсегда.

А вот этот голос принадлежал самой Зейфиран, Тёмной Владычице и хозяйке дома.

– Да с принцем Октавианом она поступила жёстко, но справедливо. Изменщик должен быть наказан, но ведь Верлицкий не изменял ей.

– Он её отверг – это ещё хуже. Ведьмы такого не прощают, сама знаешь.

– Знаю, – печально протянула леди Милдред. – Но от этого ещё грустнее. Значит, и он ей нравился, хотя бы когда-то. Но неужели Тёмный инквизитор и тогда уже был влюблён в Рыжую ведьму?

В этот момент моё сердце остановилось. Я замерла, затаив дыхание, но неловко оступилась и хрустнула веткой.

– Тут кто-то есть? – встрепенулась леди, прервав такую интересную для меня тему.

Миг тишины – это поисковое заклятие, запущенное Владычицей, принялось обыскивать сад. С соседнего дерева взлетела небольшая птица.

– Да нет, всего лишь сойка, – успокоила подругу Владычица, отозвав поисковик.

– В вашем замке и саду очень мило, столько живности и они ничуть не боятся людей!

– Тут безопасно. Мы же ждём ребёнка.

– Я так рада за вас, милая! – леди Милдред принялась щебетать о том, что мне вовсе не было интересно. Как известная светская львица, она может говорить о пустяках бесконечно.

А я начинала злиться. Как неудачно поздно я подошла! Явно пропустила что-то важное! Неужели я не ослышалась, и она сказала, что Верлицкий когда-то был влюблён в меня? Или я ошибаюсь и всё не так поняла?

Послушав их разговор ни о чём ещё с полчаса, я уже думала уйти, как дамы вновь вернулись к нужной мне теме.

– Я сама счастлива в браке, и мне хотелось бы, чтобы и Каролина обрела своё счастье. Верлицкий был бы прекрасной партией. Он красив, умён, знатен и его магическая сила достаточно велика, чтобы уравновесить Рыжую ведьму. Но, увы…

– Думаете, нет шансов?

– Честно, не знаю… Если бы он признался ей в своих чувствах и в истинных мотивах поступков, возможность появилась бы… – Тёмная Владычица задумалась. – Хотя вряд ли. Каролина слишком упряма. Она просто посмеётся над его чувствами и жестоко бросит.