— Эта особь моложе, — объяснил Виталий по дороге. — Реакция быстрее, зато броня тоньше. И она ещё не сталкивалась с людьми.

— Значит, не будет ждать подвоха? — спросил Дима.

— Должно быть так, — тот пожал плечами.

Лес встретил нас привычным гулом. Я был взволнован, как и остальные ребята — всем хотелось закончить вылазку успешно.

Мы остановились за полкилометра до места. Вездеход спрятали в овраге, дальше пошли пешком, веером, выискивая укрытия на случай провала.

Звуки обрыва веток на высоте я услышал заранее. Виталий сделал жест готовности и мы пригнулись, постепенно приближаясь к намеченному укрытию.

Я выглянул. Новая Глыба стояла на поляне, обгладывая верхушки молодых деревьев. Она действительно была меньше — метра на два, но я этого не замечал визуально. Внешне один в один тот зверь, которого мы встретили вчера.

— По плану, — тихо сказал Яровой. — Андрей — вода. Олег — иллюзия. Дима — касание. Матвей, Алексей — добивание. Все готовы?

Мы кивнули.

Олег вышел вперёд. Я видел, как он сосредоточился — улыбка исчезла, лицо стало жёстким. Над головой монстра поплыла дымка, спускаясь к морде.

— Дима, — скомандовал Яровой.

Фролов рванул, держа наготове тот самый диск. Вчера вечером он отрабатывал работу с ним — как бросать, как запрыгивать. Бежал не пригибаясь — иллюзия скрывала его полностью. Я затаил дыхание, как и все, наверное.

Он добрался до нужной точки и сработал идеально, словно акробат запрыгнул на этот диск, висевший в воздухе, оттолкнулся и подпрыгнул.

Коснулся.

Разряд — синий, трескучий — влился в тушу. Глыба дёрнулась, её ноги подогнулись. Броня замерцала, но монстр уже не мог сопротивляться — он рухнул на бок с тихим рёвом, поднимая тучу пыли и листьев.

— Матвей, Алексей! — крикнул Яровой.

Мы бросились вперёд. Матвей тут же создал нечто вроде кандалов, зафиксировав голову. Взмахнул руками и вверх поднялся осколок скалы, который тут же с силой опустился на череп — броня треснула, пошла паутиной.

Несмотря на шок и фиксацию, зверь покрылся щитом по всему телу. Я вонзил белое пламя прямо в трещину, выжигая открывшийся глаз. Использовал телескопическую палку, не раскладывая, с которой словно белый лазер вонзился в плоть. Монстр взревел, но не смог пошевелиться из-за креплений. Вероятно, дело было так же и в шоке после электричества.

— Ещё! — заорал Матвей.

Второй удар — и череп раскололся, пролилась кровь. Я ударил пламенем в открывшуюся полость, выжигая мозг — через глаз проникнуть внутрь не смог. Глыба вздрогнула в предсмертной агонии и затихла.

— Есть! — выдохнул я.

— Устанавливаем уловители! — скомандовал Яровой. — Быстро!

Мы расставили пирамидки по периметру. Они замерцали, создавая невидимый купол. Андрей, наш врач, достал ножи — длинные, изогнутые.

— Режем, — сказал он без эмоций и приступил к делу.

Он чиркнул по брюху уверенным жестом, я даже инстинктивно вздрогнул. Всё же его безэмоциональное лицо и пустой взгляд вместе с этим движением выглядели устрашающе. Внутренности вывалились наружу — тёплые, скользкие, дымящиеся. Вонь ударила сразу, даже сквозь респиратор. Я задержал дыхание, но это не помогло — запах проникал всюду. Казалось, даже через глаза, которые тут же заслезились.

— Печень — в первый контейнер, — монотонно диктовал Андрей. — Желудок — во второй. Кишки — в третий, но аккуратно, не повредите.

Контейнеры принёс кто-то из команды, пока мы добивали Глыбу. Внутреннее строение разбирали на занятиях, но одно дело картинки, а другое — всё делать вживую. Где и что понять было невозможно.

Я натянул специальные перчатки по самые подмышки и сунул руки по локоть в тушу. Мясо было рыхлым, тёплым, пальцы утопали в чём-то жирном. Матвей вытаскивал желудок — тот лопнул, и зелёная жижа хлынула на землю.

— Твою ж, — выругался он, еле успев отскочить, чтобы не заляпать обувь.

Я понял, что его чуть не стошнило. Выглядело всё это крайне мерзко. Такой плотный снаружи и какое-то подобие медузы внутри, ещё и вонь.

— Ничего, — сказал Николай. — Промоем после. Главное — сам орган.

Дима находился рядом со мной, бледный. Прищурившись, он отворачивался, но пытался что-то выудить из брюха.

— Живее, живее, — ворчал Андрей.

Легко говорить, когда всё такое водянистое и склизкое, в придачу ещё и вонючее до рези в глазах, что никакой респиратор не помогает. Да тут противогаз полноценный нужен! В гробу я видел такое боевое крещение, но помалкивал.

Мы собрали внутренности почти за час. Но затем Андрей брал ещё какие-то анализы с разных мест туши. Его безэмоциональное лицо начинало раздражать, глаза же даже не слезились, как у других.

Я снял перчатки, посмотрел на руки — крови не было, но ощущение осталось. Будто я всё ещё измазан этой дрянью и сам провонялся до костей.

Мы собрали все пирамидки и дышать стало заметнее легче. Схватили контейнеры и потащили с собой в вездеход — хватило на всех. Старшие были на веселе, поздравляли с первым успешным делом, но вот мы трое совсем не ощущали радости. Бравые воины империи, собирающие вонючие кишки. Я надеялся, что подобное всё же редкость.

Вездеход въехал в гараж. Мы выгрузили контейнеры, сдали местному персоналу. Хорошо, что груз запечатан и запаха не имел.

— Молодцы, — сказал Яровой на прощание. — Первая удачная охота, завтра разбор полётов. А сегодня — помыться и отдыхать.

Да уж, как-то не так я себе ожидал старт военной карьеры. С другой стороны, «грязное» крещение не новость для меня, о чём-то подобном слышал. Дальше всё должно быть иначе.

Через несколько часов, когда нервы успокоились, а навязчивое ощущение слизи на коже пропало, Яровой собрал нас в тактической комнате. Но не для обсуждения Глыбы. На стенах всё те же карты, схемы, а на доске мелом набросано новое чудовище — корявое, шестилапое, с пастью, полной острых зубов. Но главная опасность — это их так называемая шерсть, она же тонкие иглы, которые те могли отбрасывать, смазанные ядом. Ничего смертельного, но эффект неприятный, да и к иглам прилагались зубастые хищники.

Я сидел между Матвеем и притихшим Димой, который после удачной охоты вроде бы обрёл уверенность, но сейчас снова побледнел. Потому что то было травоядное животное, а это стая кого-то пострашнее. Как я понял по учебным материалам, игольные псы, или просто игольники, сбивались в стаи до пятнадцати особей.

— Вы молодцы, справились с первым заданием, — Артемий стоял у доски, скрестив руки. Он кивнул нам, а затем его обычная лёгкая полуулыбка исчезла, сменившись сосредоточенностью. — Но служба продолжается. Получен экстренный вызов от зелёного отряда.

Я удивился. Ребята там не слабаки, хоть по сути это лекари и носильщики. Если у них проблемы, значит, всё серьёзно.

— Час назад отряд Петра прибыл вывести десять пострадавших после обрушения в шахте, — продолжал Яровой. — На отходе они столкнулись с чумными тварями и были вынуждены вернуться. Шестеро специалистов и пятьдесят рабочих, из них двенадцать раненых. Зелёные держат оборону в старом штреке, но патроны и мана на исходе. Наша задача — пробиться к ним и эвакуировать всех. Вопросы?

Виталий нахмурился и по обыкновению отхлебнул из фляжки.

— В разломах ведь только одни маги, верно? — поинтересовался я и Яровой кивнул. — Пятьдесят голов и не смогли отбиться? Что там за стая такая, известно?

Яровой тяжело вздохнул.

— Все они по сути обычные гражданские. Маги-неофиты, первая-вторая звёзды, никогда в бою не были. Их работа — вырабатывать полезные ископаемые, а не воевать с чумными псами. Тем более игольниками. Размер стаи неизвестен, сами понимаете, если те заражены, то логики здесь нет никакой. Можно ожидать что угодно. Да и, судя по вопросу, вы так и не поняли, чем является чума. По сути, она выводит новый вид тварей, бесстрашных и неубиваемых. Первая задача — лишить конечностей, вторая — взорвать всё тело. Даже оставшись без головы, тварь может рвать когтями наощупь.