— Хорошо. Я поняла вас, — сказала оперативница. — Вы же понимаете, что чем бы все не закончилось, к вам будет очень много вопросов?

Лориэль развела руками:

— Разве я собираюсь куда-то бежать? Слово мастера.

Десант не очень обрадовался приказу не трогать оперативниц. Где-то в тихих кабинетах подальше от глаз начальства кое-кому все равно досталось. Разбитые морды, сломанные пальцы, кое-кого запугали и часть данных с допросных комнат пошла гулять по рукам десанта. Лориэль отозвала старших в сторонку и сказала:

— Еще одна выходка — и все пойдут под трибунал по первому пункту. Повторять не буду.

Старшие десанта, особенно черненькая, только усмехнулись. Зазвонил «купол» и внутри все опустилось. Звонила матушка и Лориэль приготовилась к самому худшему. Выпроводив всех, Лориэль заперлась в пустом кабинете и приняла вызов.

— Ужасно связь работает, еле дозвонилась, — пожаловалась матушка. — Я решила в больнице остаться. Пока ничего не ясно, ни хорошего, ни плохого.

— А врачи чего говорят?

— Руками разводят. Все, мол, сделали.

— Мам, она сильная.

— Знаю, — матушка вздохнула. — Ваши приезжали, вещи мне тут привезли, рассказали, чего на заводе было. Тетушка Каранэль приезжала, тоже все рассказала. В голове не укладывается.

— Прости, мам. Я иначе не могла…

— Да я про всю эту мерзость! Девочки уже дома, там и присматривают за ними, и военные на улицах для порядка.

— Ревут?

— Вроде нет. Понимают все. Переживают сильно. Ты бы позвонила им…

— Не могу.

Матушка вздохнула и просто кивнула.

— Понимаю. Береги себя. Я пока с Маираной побуду рядом.

— Если чего-то будет нужно — звони сразу.

— Конечно.

С минуту Лориэль просидела в тишине кабинета. Опять в голове заплясали мысли что ей сказать дочерям. Она их предала, и не важно, какая цена лежала на другой чаще весов. Она мать, и она предала своих дочерей. Сейчас Лориэль не представляла, сможет ли посмотреть девочкам в глаза, когда вернется домой. А если еще и с Мири случится самое худшее…

Лориэль открыла дверь. Десантницы никуда не ушли и ждали ее полным составом.

— А что у вас случилось дома, мастер? — спросила черненькая.

— К делу это не относится, — ответила Лориэль.

— Ну как знаете, — десантница усмехнулась. — Одна из тех сучек, что вашу подругу избила, здесь находится, кстати.

— Даже так? — Лориэль сделала вид, что задумалась на секунду. — Приведите ее.

Оперетка оказалась обычной такой дурой, которую держат рядом для поручений, над которыми не надо думать. Взгляд растерянный, сама перепугана, прекрасно понимает, что на волоске от расправы. Лориэль даже стало немного жаль эту невзрачную идиотку, но лишь на мгновение. Такие твари обычно расцветают в нечто более мерзкое, если им удается избежать наказания.

Увидев улыбку на лице Лориэль, девка сжалась вся.

— Не бойся, убивать тебя никто не станет, — Лориэль хмыкнула. — Для тебя это слишком простое наказание.

— Мне приказали… — пробормотала оперативница и сжалась еще больше.

Лориэль схватила ее за ворот мундира и чуть тряхнула:

— Приказали избить боевого кандара? Почетную гражданку Галаданы? — Лориэль отпихнула опершу от себя. — Ничего. Просто свернуть тебе шею мало. Твои подвиги покажут на всю империю. Я прослежу, чтобы твои родные это увидели первыми. Соседки, подружки, все твое управление. Посажу их перед монитором и заставлю смотреть все до последней секунды. Чтобы они знали, какая ты мразь. По всем новостям ваши рожи будут показывать. Каждый день. Чтобы все знали. Твоя настоящая Бездна начнется при жизни.

Десантницы, не особо церемонясь, увели опершу. Лориэль вернулась в кабинет к старшей. Та, под присмотром двух бойцов, уже работала. В соседнем зале, тоже под присмотром, сидели за терминалами две девчонки и искали нужные данные.

Лориэль связалась с Буми.

— Зара за старшую, гоняет всех, — доложила навигатор.

— Я сейчас подойду.

Из «ласточки» связались с Зарой.

— Лори! Хорошо, что сама нашлась. Слетай в больницу, проверь девок. Примарилы доложили, что четыре экипажа в реанимации.

— Тучу нашли?

— Нет. Вывезли куда-то. Ищем!

Удивило, что госпиталь гражданский, но десант сразу понял в чем дело.

— В военном спрятать сложнее, видимо не все так просто с вашими девками.

«Ласточку» посадили в соседнем квартале, а дальше прошли пешком неполным составом. Одна из бойцов, безоружная, побежала в больницу первой. Ее дождались у входа.

— Третий этаж, палата три-семнадцать. Две дуры с оружием у входа. В палату никого не пускают.

План был составлен быстро.

— Мастер, мы тихо пойдем вперед, а вы следом. Две минуты ровно и выходите. На входе чуть задержитесь, поднимайтесь по центральной лестнице, а мы зайдем с другой стороны. Только идете неспешно и на этаже внимание к себе привлеките.

Лориэль так и поступила. На третьем этаже больницы, куда ее пропустили не сразу, она старательно изучала таблички, план эвакуации, расписание процедур и номера на дверях. У входа в палату № 17 дежурили две военных при полном вооружении. Когда они заметили Лориэль, она неспешно направилась к ним.

Бойцы спецназа появились как тени из толпы белых халатов. Одна из военных сползла без чувств по стене, вторую чуть-чуть придушили.

— Что же ты, паскуда, в больницу с оружием притащилась, а? Уши тебе надрать некому! — поучала десантница свою жертву, слегка придавливая той горло ремнем ее же автомата.

Еще через минуту в коридоре появились остальные десантницы. Они скрутили военных и потащили их прочь из здания.

— Секунду, мастер, — сказала боец и первой зашла в палату. Осмотрела все, вышла и кивнула.

Лориэль вошла в палату и вздохнула. Видок у девок поганый. Одна хоть встать смогла, левую ногу поджимала, правая рука до самого плеча в стяжках и направляющих, на шее фиксатор, лицо оплывшее. Остальные похуже, даже встать не могли. У двух обе ноги в гипсе и растяжках, у дальнего окна девка с повязкой на голове до самого носа.

— Что с глазами? — спросила у нее Лориэль.

Та вскочила и заметалась.

— Да сядь ты! — Лориэль подошла и усадила девчонку. — С глазами чего?

— Били сильно, — шмыгнула та носом.

— Ясно. Приказ отказались выполнить, так?

Все курсанты опустили головы.

— И почему отказались? Я пока просто так спрашиваю.

— Они не имели права нам приказ такой отдавать, — сказала девка с замотанной головой. — Мы сказали, что приказать должна наша старшая, а они бить начали.

— Сами не спровоцировали?

— Никак нет…

— И кто приказывал?

— Старшая бригады, младший коготь Сумгера.

— Ясно. Рты пока на замок и молчать, ясно? Из палаты без приказа никуда!

— Так точно! — замотанная шмыгнула носом. — А чего теперь делать? Нас, вон, переломали всех. Служить-то теперь как…

— Выздоравливайте, там посмотрим. Кстати, куда должны были лететь?

— К зданию Совета.

— Все четыре машины?

— Так точно.

— Вы все правильно сделали. Если придут какие-то тетки непонятные — орите в голосину, что вас мастер Лориэль запугала и грозилась под трибунал отдать. Все допросы только со мной или в присутствии старшего когтя Лионнэль, ясно?

— Так точно.

Из палаты Лориэль направилась искать главного врача. Пришлось честно просидеть в приемной полчаса, пока старшая не вернулась с обхода.

— По поводу своих экипажей? — спросила доктор, усаживаясь за стол.

— Так точно.

Старшая указала Лориэль на ближайший стул возле длинной приставки к столу. Сложила руки и с улыбкой сказала:

— Да в порядке все с вашими девками, мастер. Я велела больше их в гипс укатать да диагнозы пострашнее поставить, чтобы никто из больницы без моего ведома не забрал.

— Фух, обрадовали! — выдохнула Лориэль. — И что, все поправятся?

— Вполне. Там переломы да ушибы, девки молодые, срастется все.