Все это Ольга оценила в один миг, как и то, что Головин не отпустил её ладонь. Она вопросительно посмотрела на него. Без укора, без возмущения или недовольства, но с любопытством.

— Вам лучше держаться за меня, — глухо посоветовал он и повернулся боком, укладывая её руку себе на локоть.

— Вы, как всегда, правы, — с улыбкой ответила и, делая вид, что не замечает его смущения, начала перечислять полезные для здоровья завтраки.

Уже в гостиной он спросил:

— Так чем же вы меня кормить будете?

— У нас сегодня бутерброды с солёной рыбой и чай с лимоном. Но можно сварить кашу.

— Не знаю, что такое «бутерброды», но солёную рыбу я люблю.

Поздний завтрак удался. Ольга жалела только об одном: нельзя было переодеться в домашнее и вытянуть ноги на сидение напротив стоящего стула, чтобы не затекали. А так даже солнышко посветило в окно, создавая сквозь листья комнатных цветов ажурный рисунок.

— Всеволод Аристархович, вы уж дайте знать, что там с Орловым, — прощаясь, попросила Ольга. — Жалко его. Что там с ним случилось? И что его ждёт здесь?

Советник кивнул, хотя уже сейчас мог сказать, что ничего хорошего Орлова не ждёт, и пока для него спасение в том, что он не в себе.

Васильчиков посмотрел вслед Головину и ответил барыньке за него:

— Сожрут Орлова аристократы. Он хоть и свой для них, но не простят ему, что вернулся без группы.

Ольга готова была согласиться, но не считала, что вся вина лежит на Орлове. Тот, кто поспешил отправить неподготовленную группу в неизученный мир, виноват не меньше. Орлову надо было отказаться, но, видно, не смог.

— Демьян, а не сходить ли нам в храм, не проверить ли вашу теорию насчёт энергии? Быть может, я тоже что-то почувствую?

— Чего ж не сходить. Давно собирались. На обед вы рыбу заказали, её готовить быстро. Скоро у нас жабры вырастут из-за вашей любви к рыбе.

— Не ворчи. Надо же как-то компенсировать тяжёлую пищу, которую мы себе позволяем.

— Я в словаре смотрел, что означает это ваше мудрёное слово, и скажу так: я достаточно бегаю, чтобы каждый день есть шаверму!

— Демьян, это что же, бунт? Я-то не бегаю! Мне что, из-за тебя толстеть?

— Ольга Дмитриевна, а мне пирожки с мясом уже снятся! — высказал наболевшее унтер.

— Не думала, что ты такой привереда в еде. Неужели в армии вас балуют разносолами?

— Там два фунта мяса давали каждый день, — обиженно воскликнул унтер.

— Да ну? — не поверила Ольга.

— А рыба не мясо, — продолжал ворчать Васильчиков. — Вкусно, — сдался он под возмущённым взглядом барыньки, — но не мясо.

— Ладно, давай завтра буженинку запечём. Её горячую и холодную можно есть. А сейчас идём в храм.

Демьян не стал говорить, что у него уже подготовлено мясо для запекания и он хотел получить разрешение.

Они собрались, но не успели выйти за порог, как к ним пожаловала гостья.

— Здравствуйте! Чем обязаны? — вежливо спросила Ольга у гостьи.

Та стояла, обхватив посох обеими руками и словно бы ограждая себя от хозяйки квартиры. Напряжения или какой-либо тревоги в её лице не угадывалось, но взгляд незнакомки впился в Ольгу с жадным любопытством.

Образцова нахмурилась и отступила, готовясь в любой момент захлопнуть дверь. Тем более что женщина была одета довольно странно. Её платье было щедро украшено вышивкой, но наряд был подчеркнуто старославянским. И посох! Он был внушителен.

— Госпожа Образцова? Процветания вашему дому, — пожелала незнакомка и склонила чуть голову, зазвенев височными подвесками.

— Благодарю, — осторожно ответила Ольга.

— Нам надо поговорить, — прямо сказала женщина и видя, что хозяйка не торопится приглашать, с насмешкой спросила: — Неужто не поняли, кто я?

— Из модельного дома? — сыронизировала она. — Тема — наши предки славяне?

— Ах-ха-ха, — хохотнула гостья и неожиданно пристально посмотрела в глаза Ольги.

У той сбилось дыхание и не задумываясь, она инстинктивно всё же захлопнула дверь. Её до чертиков напугали почерневшие глаза незнакомки и проникающий до сердца жар.

Демьян выскочил в коридор, мгновенно оценив состояние барыньки, схватился за оружие и осторожно поглядел в замочную скважину.

— Вроде жрица Матери-сыры-земли, — прошептал он.

— Она меня загипнотизировать хотела, — нажаловалась Ольга, сообразив, что произошло.

— Не понял, — Демьян оглянулся.

— Ну, посмотрела так, что внутри меня всё перевернулось и… в общем, я с испугу дверь захлопнула.

— А-а, это взгляд ранговой жрицы богини, — понятливо кивнул унтер. — Я открою, негоже мудрейшую держать на пороге.

— Нет! А если она нас обоих возьмет под контроль?

— Двоих не удержит, да и нельзя им пленить душу человека.

— Демьян, а может, я для неё не человек?

— Человек! — ответила ей женщина за дверью. — Открывайте, надо поговорить.

Ольга приосанилась и с вызовом распахнула дверь, широким жестом приглашая войти.

Гостья вошла с достоинством, негромко постукивая посохом. Неторопливо огляделась, чему-то кивнула, и пройдя в гостиную, подошла к заставленному цветами подоконнику.

— Ишь ты, — хмыкнула она и поводила рукой над зелёными листками. — Любит тебя наша Матушка Земля.

Унтер скрылся на кухне и зазвенел посудой, собирая поднос с угощениями. Ольга остановилась у входа в гостиную, готовая в любую минуту сбежать в спальню и забаррикадироваться.

— Я без злого умысла пришла, — повернувшись к ней, произнесла женщина. — Поговорить, узнать о твоём мире и о том мире, откуда твари к нам попадают.

— Вы не сказали, кто вы, — ещё больше разнервничалась Оля.

Гостья усмехнулась, кивнула сама себе и немного изменила тон общения:

— Обращаться ко мне можно по имени отчеству, раз вы не поклоняетесь Матери Богине. Верой Ростиславовной меня звать.

Оля благосклонно кивнула, услышав, что ей перестали тыкать, и пригласила сесть за стол.

— Хорошо, Вера Ростиславовна. Меня вы знаете и знаете, откуда я. Спрашивайте.

Мудрейшая выбрала себе место напротив Ольги и с умеренным любопытством поинтересовалась альтернативной Землей. Короткий рассказ её ничем не впечатлил, и она принялась расспрашивать про Мёртвый мир.

— Вы словно бы проверяете имеющиеся у вас сведения! — догадалась Ольга. — Вы знаете обо мне и вас ничто не удивляет в моём рассказе.

— То так, — хмыкнув, согласилась гостья.

— Унтер Кабанов?

Жрица кивнула и улыбнулась входящему с подносом Васильчикову.

— Я не решался прервать вашу беседу, — пояснил он свою задержку.

— Ничего, как раз вовремя, чтобы смочить горло, — отозвалась Оля, удивленная осведомленностью Кабанова. Он оказался внимательным наблюдателем, а она обманулась его внешней простотой, хотя должна была понять, что унтерами просто так не становятся.

— Ольга Дмитриевна, — мудрейшая благосклонно кивнула Демьяну, принимая угощение, и продолжила беседу с иномирянкой, — а что вам известно насчет способностей унтера Кабанова?

— Ничего. Я знаю только то, что они у него появились, — как можно равнодушнее ответила она.

— Появились, — многозначительно повторила мудрейшая. — Значит, вы не отрицаете, что появились они у него в другом мире, который вы называете Мёртвым?

— Не отрицаю.

— А у вас какие способности? — гостья понимающе посмотрела на тяжело задышавшую Ольгу, а потом чуть развернулась к подоконнику и вновь похвалила цветы: — Ни у кого не видела, чтобы растения так пышно цвели! У нас при храме есть сад. Он считается лучшим во всей столице, но вы добились больших успехов, причем за весьма короткое время.

Ольга не собиралась отвечать и молча ждала продолжения. Она рассказала всё, о чём её спрашивала жрица, но так и не поняла, насколько высок статус этой женщины. Возможно, её можно было не пускать на порог, но могло быть и так, что, согласившись на разговор Ольга избежала крупных неприятностей.