— Ну что ж, Всеволод Аристархович. Я доволен нашей беседой и предлагаю вам для начала ознакомиться с отчётами всех тех групп, что побывали в Мёртвом мире и вернулись.

— Всех?

— Да-а-а, — расплылся в улыбке Император. — Мои ребятки всех путешественников встретили с распростертыми объятиями и подробно расспросили. Кое-кого пришлось отправить к предкам. К сожалению, не все понимают, что дар — это прежде всего большая ответственность, — Вадим Храбрый сжал руку в кулак и взгляд его заледенел.

Головин кивнул, понимая, что Император воспользовался ситуацией и выносил приговор на месте. Это было беспрецедентное решение, но обстоятельства вынуждали реагировать быстро и жёстко. Головин это понимал. Единственное, что беспокоило его — каков был критерий отбора на жизнь и смерть, но об этом советник не осмелился спросить: взгляд Вадима Храброго давил, словно испытывал его.

— Раз уж вы, Всеволод Аристархович, занимались Мёртвым миром раньше, то прошу вас продолжить свои изыскания.

Головин ожил, почувствовав, что давление исчезло.

— Слушаюсь, — выдохнул он. — Вас что-то конкретно интересует?

— Да, — губы императора чуть дрогнули в улыбке. Ему понравился энтузиазм советника. — Основной опасностью для нас в том мире являются не твари, а наша собственная бездумная агрессия. Мои ребята справились с ней благодаря строжайшей дисциплине, но я с трудом удерживал их от того, чтобы они не порубили друг друга. Чем дольше мы там находились, тем сложнее мне было гасить внутренние конфликты.

Головин потрясённо смотрел на Императора, не сомневаясь в его словах, но всё же не веря.

— Что вы так на меня смотрите? Или… погодите-ка, вы не столкнулись с подобным?

— Нет, Ваше Императорское Величество! И напомню, что моя первая группа под руководством тогда ещё капитана Орлова тоже не испытывала подобных затруднений.

— Зато потом с лихвой испытала… — Император осёкся и изумленно посмотрел на советника: — Но два случая — это уже не случайность. Найдите мне закономерность! Как можно скорее.

— Найду.

— И проанализируйте материал, связанный со жрецами и их Великим Проводником. Ваш доклад я оценил высоко, но полагаю, что сейчас вы знаете чуть больше, чем тогда, когда отправляли ко мне свои записки. Пора ставить точку в этом деле. И так уж затянули!..

— Сделаю.

— Это хорошо. Очень хорошо. И вот ещё что, Всеволод Аристархович, насчёт вашей невесты.

Головин вскинул голову и упрямо посмотрел на Императора.

— Ха, вижу, зацепила она вас! Ну что ж, не возражаю. Она ценное приобретение для нашего государства. Носитель новых знаний и вас добрым молодцем сделала.

— Вы совершенно правы. Моё преображение — это заслуга Ольги Дмитриевны.

— Надеюсь, что ваша невеста и мне поможет. Мой дар, как вы заметили, сделал меня крепче, но это не идёт в сравнение с вашими изменениями.

Император сделал паузу, предлагая Головину заполнить её, но он промолчал. Тогда Вадим Храбрый прямо сказал:

— Я тоже так хочу! Это же возможно?

— Возможно, — подтвердил Головин, — но хочу заметить, что ресурсы того мира не безграничны.

— Вот как? — неприятно удивился хозяин кабинета. — Но на Императора-то хватит?

— И на ваших близких, — поспешил добавить Всеволод, однако уточнил: — но в любой момент мы можем потерять эту возможность.

Император задумался, и от него вновь повеяло тяжёлой силой. Головин уж не рад был, что проявил осторожность, но мысленно приготовился объяснить свою позицию по использованию ресурсов Мёртвого мира. Не потребовалось. Император холодно произнес:

— Я вас понял. Не задерживаю больше.

Головин поднялся, прижимая папку локтем к себе, склонил голову и сделал уже несколько шагов к выходу, как Его Величество остановил:

— Ах да, чуть не забыл. Вы теперь куратор Мёртвого мира и всего того, что его касается. Вам в помощь выделен тринадцатый Перунов полк и неограниченные права. Но! Не злоупотребляйте.

Головин опешил и схватился за воротник, пытаясь ослабить, а Вадим Храбрый продолжал:

— Денег дам столько, сколько нужно, а вы немедленно отправляйте и посылайте в другие города контролёров, инспекторов по отлову тварей. Называйте их, как хотите, но эти люди должны быстро и умело задействовать на местах все ресурсы, чтобы навести порядок, а я разберусь со жрецами. Бесконтрольное открытие порталов необходимо пресечь! Нам нужно навести порядок и как можно скорее сосредоточиться на Мёртвом мире и его технологиях. Отличным примером будет, если вы поможете вернуть здоровье и молодость нужным Империи людям, а то многие из них собрались уходить на покой.

Головин слушал — и не мог поверить.

— Что? Не ожидали? — хмыкнул Вадим Храбрый.

— Не ожидал, Ваше Императорское Величество.

— Нас ждут перемены, господин Куратор.

— Позвольте спросить?

— Спрашивайте.

— Тринадцатым полком командует генерал Белов, а мой чин Куратор.

— Вас интересует, подчиниться ли вам генерал?

— Да. Я не военный, а они принципиальны в этом вопросе.

— Белов — ваш силовой ресурс, но не единственный. Пока не будет прекращено открытие порталов, я вас ставлю вровень с главой «Ока Империи». Более того, при нужде можете задействовать их резервы. Я попрошу о содействии Павла Григорьевича. По окончании охоты на тварей на нашей Земле ваши полномочия уменьшатся, но я уверен, что вы сохраните свою значимость благодаря принесённым сюда технологическим возможностям.

— Благодарю за доверие, Ваше Императорское Величество.

Всеволод хотел было сказать, что держит в руках технологическое будущее Империи, но замешкался. Надо было сразу показывать папку, а не в дверях.

— Но бойтесь не оправдать его, господин Куратор!

Головин пошатнулся, почувствовав энергетическое давление.

— Не подведу, Ваше Императорское Величество!

— Идите уж, — Вадим Храбрый махнул рукой, окончательно отпуская бывшего советника.

Император был доволен встречей. Он давно приметил талантливого аналитика. Все прогнозы Головина со временем подтверждались. А если он не был уверен в развитии будущих событий, то подробно расписывал наиболее вероятные линии и с этим было удобно работать. Но князь держал этот талант при себе, не давая ему развернуться.

Вадим Храбрый открыл ящик стола и посмотрел длинный список людей, которые долгие годы служили Империи, но им не давали дороги из-за неподобающего происхождения, неуживчивости или даже козней знатных бездельниц, возомнивших себя вершительницами судеб.

— Теперь все будет по-другому, — проведя ладонью по листу, пообещал он. — Пора избавиться от паразитов, освежить привилегии и дать обществу обновление.

Убрав лист, он подошёл к окну и, усмехнувшись, пробормотал:

— Ох, и вони будет! — поморщившись, как будто уже чует дурной запах возмущений, открыл окно. — Но я всё вычищу!

Ольга буквально порхала от одного подоконника к другому, расставляя горшочки с посаженными семенами. Пока семья Васильчиковых обживала флигель, она провела ревизию семян из Мёртвого мира и часть из них посадила в горшочки.

— И чего вы будете делать, когда всё это разрастётся? Придумали же сажать в неурочное время, — скептически оглядывая беспорядок, спросила Настасья.

— Через месяц всё вынесем на улицу, — отмахнулась Ольга. — Зима здесь тёплая.

— Да какая это зима? Не пойми что, — буркнула женщина. — Мои сорванцы всю обувь уже промочили. Если так дальше пойдёт, то будут дома сидеть.

— Гришенька больше не кашляет? — Оля повернулась к Насте.

— Ночью ещё дохает, а так ничего… обошлось.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Ольга и добавила в каждый горшочек с семенами ещё по капельке энергии.

Настасья осуждающе покачала головой. Ей казалась причудой ранняя посадка растений и дальнейшие хлопоты с ними.

— Пойду опару поставлю. Чего-то пирожков захотелось, — разглаживая передник, мечтательно протянула она.