– Студентки часто бывают… пропадают, не переживай, деточка. – немножко скабрёзно (видимо в силу возраста ему многое прощали) высказался кругленький старичок, которого я ещё не знала. – А потом замуж выходят.

– Я всех опросила: никто её не видел. И судя по всему, она не с женихом.

– Ну бывает, что жених девушке не нравится. – пожала плечами молодая преподавательница (по крайней мере, выглядела она молодо).

– Её жених – Джеймс Ферфакс, – сказала я и поняла, что это заявление оказалось аргументом для многих дам. Красоту юноши они явно ценили.

– Тогда она точно не сбежала с другим… – протянул кто-то.

– Анна? Дочь князя Мяженова? – кругленький старичок нахмурился, явно до него дошло, что пропала не просто студентка, а та самая аристократка, которую к ним в академию сам император пристроил.

– Так, господа, – неожиданно трубным голосом взревел старичок – немедленно все активизируем заклинания поиска! Мы не можем допустить пропажи студентки из стен академии!

Все немедленно засуетились и начали творить заклинания. Кто-то посылал тут же сотворённых волшебных сущностей на поиски (аналог ведьминских фамильяров, но только сотканных из магии, без живых существ и, как следствие, недолговечных). Кто-то просто сигнальные маячки, кто-то, как я заметила, активизировал ментальные чары.

Я немного успокоилась: если княжна ещё здесь, её обязательно найдут. Должны найти.

Круглый румяный старичок беспокоился больше всех. Удостоверившись, что все заняты поиском, он начал меня подробно расспрашивать о вчерашнем дне.

Я, краснея, под надзором мрачного Верлицкого рассказала о вчерашних событиях, упустив, правда, момент с распитием вина, о приворотном зелье тоже, естественно, не сказала.

Про вино ни одна нормальная студентка на моём месте не стала бы распространяться (а раз Верлицкий промолчал, то пусть это будет на его преподавательской совести).

О привороте, я тем более не сказала, какая ведьма будет признаваться в преступных намерениях? Тут даже костёр не поможет. Признаваться можно только в полностью сделанных и успешно завершённых делах, причём публично и эффектно. Да так, чтобы всем завидно и страшно стало.

Старичок покивал, поцокал и резюмировал:

– Значит, последний раз вы видели Анну в тренировочном зале, в окружении молодых людей со старшего курса, которые благородно пришли вам, как новенькой, помочь с дополнительными заданиями?

Я кивнула.

– Но профессор Верлицкий их усердия не оценил и отправил мыть колбы в лаборатории? – на этом моменте глаза старичка хитро блеснули (видимо, не очень-то мне удалось провести его).

– Что-то вроде того, – подтвердила я, слегка неуверенно. Откуда мне знать, что они там драили?

– И вы подозреваете, что ваша подруга ушла вместе со всеми, но точно не уверены, так как были увлечены… занятиями с профессором? – и так он невинно это спросил, что я кивнула. И только потом до меня дошла вся двусмысленность данной фразы.

Я невольно подняла глаза на Верлицкого и увидела, как тот буквально побагровел. Забавно, никогда раньше мне его до такого доводить не приходилось, а румяный тип сделал это одним словом.

Старичок почему-то повеселел и, радостно покивав, куда-то ушёл.

– А кто он? – спросила я… у Верлицкого.

В своё оправдание замечу, что больше не у кого было спросить, все разошлись. Кто-то искать пропажу, кто-то, видимо, преподавать. Занятия же не отменили.

– Ректор. – сухо бросил мне в ответ инквизитор.

Я удивлённо посмотрела вслед румяному старичку. Насколько мне известно, ректором и основателем Академии Тьмы и Света был сам Генрих Арундел, могущественный маг света, первым перешедшим на тёмную строну (в смысле, принявшим тёмных, как равных и даже неплохо освоивший тёмную сторону магического искусства). Становится понятно, почему Церковь Света отрядила сюда своего лучшего инквизитора, который поступил в точности до наоборот.

– Постойте, – не удержалась от вопроса я, – а почему он так… выглядит? На портретах он же совсем другой!

– Студентки одолели. – мрачно ответил Верлицкий и ТАК посмотрел на меня, что сделалось неуютно.

Дело в том, что в реальной жизни Генрих Арундел высокий, почти двухметровый мужчина атлетического телосложения. И весьма хорош собой. Я когда-то даже мечтала его заполучить себе в коллекцию любовников, но не срослось. Он был чем-то занят на другом крае материка, а я потом отвлеклась на других мужчин и занятия. Может, это судьба?

Правда, сейчас Генрих Арундел – это маленький кругленький старичок. Забавно.

– Я отведу вас на занятия, студентка Сафровски. – высказался инквизитор, и когда я попыталась отказаться от столь высокой чести, добавил, – во избежание.

Пока мы шли по коридору, меня так и подмывало спросить: «Во избежание чего именно он меня провожает?». Боится, что и меня похитят? Или подозревает в чём-то? Например, в том, что я прямо сейчас побегу ректора домогаться?

Но Тёмного инквизитора всю дорогу окружала такая мрачная аура, а когда он бросал на меня взгляд, от него веяло такой яростью, что я благоразумно решила промолчать и не дразнить, так сказать, дракона.

Видимо, зелье моё на него ни капли не подействовало. Он, наверное, и сам не заметил, как нейтрализовал его. Оно и к лучшему. Связываться сейчас со старым врагом совершенно не хотелось.

Зато хотелось найти Анну. Её пропажа не вписывалась в мои планы и была очень странной. Куда могла пропасть студентка отличница из аристократической семьи и девушка приличного поведения? Да, она попросила приворожить парня. Но этот парень был её же женихом, одобренным и назначенным обеими семьями.

А жених этот… тоже был странный. Нелюдимость и скука – это понятно, можно сказать, такое поведение даже в моде у молодёжи. И его реакцию на меня можно объяснить. Но что-то меня смущало. Красота его? Она была невероятной и нереалистичной. Может, я конечно уже старею, и не могу по достоинству оценить юных, но… что-то тут не так. Ведьминым сердцем чувствую.

И я вызвала Чера. Для этого пришлось отпроситься прямо посреди занятий в туалет.

– И куда ты меня вызвала? – презрительно посмотрел по сторонам кот, брезгливо перебирая лапками.

– Самое надёжное место для тайных сходок – это туалет! – гордо сказала я.

– Не слишком ли ты увлеклась студенческой жизнью? – прищурился котяра.

– Может и увлеклась, – пожала я плечами, – сейчас вся академия ищет Анну Мяженову. А ты, мой милый, проследи, пожалуйста, за её женихом, Джеймсом Ферфаксом. Есть у меня подозрения…

– Ты про того, кого нам опоить надо было?

– Да.

– Так, может, опоим и дело с концом? Слово своё ты сдержишь. А мы, наконец-то уберёмся отсюда.

– Анну нужно найти, – сурово ответила я, – и потом, как дело будет сделано, если мы этих возлюбленных даже не свели ещё?

– Уверена, что тебя тут только это удерживает? – и так зараза чёрная проникновенно посмотрел, что я даже сама в себе засомневалась. Но ненадолго.

– Уверена.

– Ну смотри! То за инквизитором следи, то за студентом! Одно беспокойство! – всё ещё не убеждённый мною и ворчащий кот, отправился на задание.

А я вернулась на занятия.

День пролетел быстро, сумбурно и без результатов. Анну так и не нашли.

Когда же я вернулась к себе в комнату, у меня на постели лежал Джеймс Ферфакс. Связанный.

Эта ведьма изводила его сегодня весь день! Она так и кидалась на молодых мужчин! Он только и успевал, что оттаскивать её от студентов. И это её прикрытие, с пропажей подруги… было весьма сомнительным. Если девушка действительно пропала, логичнее спрашивать о ней других студенток, а не парней. Ведьма явно нацелилась не только на юного Айндервуда, но и на Ферфакса.

Он вчера перехватил напиток, которым она пыталась опоить студента и обнаружил в нём приворот. Стареет ведьма и уже своим чарам не доверяет? А сегодня она вообще набросилась на беднягу Ферфакса, еле спасли.