– Ещё как посмею! – усмехнулся Верлицкий, и в одно мгновение оказался рядом. Ещё миг, и он перекинул визжащую ведьму через плечо и вышел на заполненную народом улицу.

Горожанам предстало потрясающее зрелище: Тёмный инквизитор несёт рыжую ведьму в зелёном пышном платье аристократки, небрежно перекинув её через плечо.

Почему все сразу понимали, что эта женщина ведьма? А по её многоречивому лексикону и обещаниям неприличных совокуплений в сторону инквизитора.

При особо резких словах и визгах, ведьма получала хлопок по мягкому (и как все надеялись, привлекательному) месту, под одобрительный хохот толпы.

Всегда так бывает, зрелища и унижения привлекают внимание, а если они ещё и приправлены некой перчинкой, то нет отбоя от желающих хоть как-то посмотреть, услышать, рассказать. И вот уже весь город обсуждает событие, произошедшее на одной маленькой улочке в тихом квартале.

Конечно, Верлицкому пришлось скрутить ведьму заклинанием, иначе бедовая девица вмиг бы исчезла из его рук. А так, при любой попытке колдовать, она получала укол тёмным пламенем и ей оставалось только ругаться.

Пронеся рыжую ведьму через часть города, он всё тем же манером внёс её в Обитель Ордена. Остальные инквизиторы тоже смотрели на их путь, как заворожённые, всё-таки репутация ведьмы Каролины была общеизвестна.

Внеся её через главные ворота, он пронёс ведьму через Зал Света и спустился в подземелье, где держали самых злостных отступников.

Скинув ведьму на пол кельи, которая служила здесь наподобие тюремной камеры, Верлицкий с удовольствием посмотрел на растрёпанную и взбешённую ведьму. Наконец-то поступил так, как должен был с самого начала, ещё и удовлетворение получил.

– Я же предупреждал, – укоризненно сказал он. В ответ встретив оочень гневный взгляд. – А завтра, – Верлицкий пошёл на выход. – Готовьтесь к костру. И да, я его зажгу сам. Тёмным огнём.

Захлопнув дверь, он услышал, как в неё что-то с грохотом впечаталось, то ли сама ведьма, то ли её туфля.

«Забавно», – Верлицкий никогда не относился к тем, кто любит мучить других, но потешаться над рыжей ведьмой ему понравилось.

Тёмный инквизитор подошёл к капитану местной стражи.

– Вечером ослабьте запоры и расчистите выход из подземелья.

Тот вытаращил на него глаза:

– Но как же?..

– Это всё новая политика, друг мой. Не обращайте внимания, когда ведьма сбежит. Не надо поднимать шум.

Это была их последняя встреча – до момента появления Рыжей ведьмы в его Академии.

Порой забота друзей бывает хуже происков врагов.

Как потом выяснилось, Генриха Арундела пригласил Тар, а Дэниса Верлицкого сама Тёмная Владычица. И всё ради меня.

Вот удружили, так удружили. Вечер перестал быть интересным. Маскарад закончился, маски сняты. Зачем ещё оставаться в неудобной компании?

– Благодарю за чудесный танец, господа, – я присела в изящном реверансе. – Но боюсь, мне пора.

Развернулась и покинула своих кавалеров. Жаль, у меня были надежды на некроманта, пока он не оказался моим заклятым врагом.

А так всё хорошо с Верлицким закончилось в академии! Я отомстила за события почти двухсотлетней давности и уже почти успокоилась! Надо же ему было появиться на этом балу, да ещё и прямо передо мной! Очень неудачно вышло!

Я плавно скользила по бальному залу. После снятия образа мой восточный наряд уже не так уместно смотрелся, и мне хотелось переодеться во что-то более подходящее.

Сменить наряд решила в дамской комнате. И пока я была занята разглаживанием складок на вечернем платье, услышала перешёптывания двух магиан.

– А вы видели, дорогая Аннет, на балу присутствует сам Тёмный инквизитор! – с придыханием проворковала симпатичная блондинка.

– Этот затворник? – скучающе уточнила шатенка с пышным бюстом.

– Ну… его может и давно не было в столице, но, когда он там бывает… – блондинка наклонилась поближе к подруге и принялась рассказывать той, что-то явно пикантное.

Обе дамы захихикали.

– Значит, дамы были довольны… Тёмным инквизитором?

– О да… – томно проворковала блондинка.

Вот не люблю я блондинок, среди них много противных личностей попадается. Например, эта!

– А ещё он князь!

– Как интересно!

Обе сплетницы удалились.

Я почувствовала себя… нехорошо, как будто выпила что-то кислое, даже на языке привкус уксуса появился. Значит, этот гад развлекается по полной в своё удовольствие! И лишь моя персона не заслуживает его внимания. Ни тогда, ни сейчас! Ну, точнее, сейчас-то он, видимо, был бы рад, но потому как Верлицкий профессионально обхаживал пустынную ведьму, было понятно, что по мне он уже вовсе не тоскует.

Захотелось отомстить. Сама точно не была уверена, как и за что, но захотелось. А если ведьма хочет мести, то не сдерживает своих желаний!

Я подошла к зеркалу и ещё раз осмотрела себя: длинное в пол платье из любимого тёмно-зелёного шёлка, узкое по последней моде, но чуть расширяется внизу, чтобы было удобно двигаться, плечи обнажены, как и положено вечернему туалету, а на груди сверкает мой родовой медальон в форме листа османтуса. Волосы забраны в пышную высокую причёску, серьги и диадема в стиле медальона (орнамент османтуса фигурирует и в этом гарнитуре, хоть и был сделан намного позднее на заказ специально для меня принцем Октавианом).

Хороша. Я удовлетворённо кивнула сама себе.

– Нет! Ты только посмотри! – хохотал Арундел в полный голос, на него даже стали оборачиваться. – Это судьба, друг мой!

Маг положил свои могучие руки на плечи Верлицкому и серьёзно посмотрел тому в глаза.

– Судьба? – скривился Тёмный инквизитор.

– Ну я же не сказал, что твоя судьба. Может она моя? Судьба, то есть.

Глаза друга смеялись, но Верлицкому почему-то снова нестерпимо захотелось ему врезать.

Получилось действительно очень глупо. Он приехал на этот маскарад только потому, что приглашение исходило от Тёмной Владычицы, а несмотря на свою принадлежность к Ордену инквизиции, Верлицкий оставался тёмным магом и было бы неприлично отказаться. Тем более, на маскарад собрался и Генрих Арундел. Почему бы двум друзьям не развеяться?

Маскарад… нет, он предполагал, что Рыжая ведьма будет там, и где-то в глубине души надеялся её встретить. Зачем? Скорее «почему». Его неожиданный порыв предложить закончить то, что они начали двести лет назад, удивил его самого. В академии Каролина была другой, не распутной ведьмой, а… какой-то более настоящей. Люди всё-таки меняются. Или это её невинный образ так подействовал? Или то, что он ошибся в ней, предположив худшее? Всё вместе, наверное.

Однако приехав на бал, Верлицкий принял решение держаться подальше от злополучной ведьмы. Новые неудачи ему ни к чему. А с ней они его преследовали. Поэтому, осмотрев зал и увидев привлекательную пери, он решил немного расслабиться. И будь что будет. На таких маскарадах, чаще всего гости стремились быть кем-то другим, своими противоположностями. Светлые становились тёмными и наоборот. Даже его выбор некроманта исходил из этой логики: он же всё-таки инквизитор.

Но Каролина поступила немного иначе и теперь ему было… неловко?

– Забудь, – раздражённо бросил он другу.

Посмеиваясь, Арундел прошёл с ним к фуршетному столу, где оба мага выпили и закусили свою неудачу.

– Маскарад всегда срывает маски, не находишь? – Зейфиран с удовольствием осматривала зал и своих гостей.

– Так в этом и смысл, – Тар рядом с ней попыхивал трубкой.

– Да, но настоящий смысл намного глубже, милый. В тот момент, когда люди надевают свои маски, они сбрасывают те социальные цепи, что их сдерживают. Ты видел, как Каролина и Верлицкий смотрели друг на друга во время танцев?

Муж кивнул:

– А ещё я видел, как они отреагировали, когда фальшивые образы их покинули.