Перед отбоем Лориэль ухватила Петимарру за хвост и отвела в сторонку.

— Рассказывай.

— Ну… — девчонка смутилась. — Мы просто вам говорить не хотели.

— Мы?

— Угу, — Петимарра виновато опустила ушки. — Вы же говорили нам — учитесь слушать ваши машины, мы и слушали.

— И кто еще в этих «мы»?

— Ну… Нина еще. У нее вообще все отлично выходит. А с полгода назад у Ягодки начало получаться.

— У Ягодки?! — Лориэль потерла лоб. — И вы никому не рассказывали?

— Виновата, мастер. Все знают, кроме вас. Даже хозяйка Фондара.

— Охренеть… Молодцы, ничего не скажу.

— Виновата. Мастер Хирондель сказала, что лучше повременить. Вдруг это вас расстроит…

Лориэль от чувств сгребла девку в охапку и по-матерински поцеловала в лоб. Выдохнув, она сказала:

— Люблю всех. Но вернемся домой — взгрею. И мастера Хирондель тоже.

Отсутствие полетов сказывалось на настроении — экипажи скучали. Медиков с их запретами можно понять — пару рейсов на К-2 и можно загреметь на недельный карантин, а если с осложнениями, то недели на три. Работал только 302-й отряд, остальные занимались орбитальными перевозками.

На облет машины разрешение выдали сразу. Девчонки тянули жребий, кто пойдет на машине сопровождения. Буми еще не оправилась, и короткую палочку у навигаторов вытянула Шу. Белка придумала как обойтись без планетарных облетов, но мера, конечно, временная. Она вообще делала все с диким воодушевлением:

— Мастер! Я же техническую статью после этого напишу обязательно! Никто еще не собирал заново машину в космосе, а мы смогли!

Сидя в кабине и ожидая разрешения на вылет, Лориэль думала, что в этом и есть отличие остальных от нее. Петимарра сказала «мы». И Белка, хотя ее заслуги как старшей технической службы неоспоримы, тоже сказала «мы». Могли сказать иначе и поступить как-то по-другому, но раз за разом повторяли «мы». Лориэль с холодком в душе думала, что ее мысли чаще заканчивались на «я».

Из задумчивости ее вывел голос оператора службы контроля:

— Иволга, взлет разрешен.

Вылет через барьер, знакомые, но чужие звезды. По связи голос техника — полет проходил по уставленной программе и ни шага в сторону. Лориэль и не собиралась баловаться. Она пока не поняла, что с ней происходит. Машина вернулась, вот она, родная, обняла креслом и послушно выполняет все команды. Доверяет, как и прежде. Только для себя решить тяжело, заслужила ли это доверие.

Все заметили перемены в поведении мастера. Списали на переживания, все-таки Буми выжила чудом, даже семнадцатью чудами, именно столько осколков прошло рядом или прямо через навигатора и любой, отклонись на пару сантиметров, мог бы убить или серьезно покалечить. И «ласточка», которую спасали всем миром. Никто не осуждал, только догадывались, насколько сильно переживает мастер. В ангаре после облета царила спокойная обстановка, все экипажи собрались здесь, хотя делать многим было нечего. Только Буми пряталась — переживала из-за операции. Осколок обрубил хвост наискосок, огрызок кости не очень красиво выглядывал из-под меха. Буми шмыгнула носом и тайком попросила хирурга удалить поврежденный позвонок. Так ее хвост стал еще на два сантиметра короче.

Когда Лориэль заглянула в палату, Буми вышагивала на тренажере положенные километры, перекладывая с места на место два мячика весом по килограмму. Это не проверка на выносливость, так проверяли сколько она потеряла от привычного сильванского равновесия. Полная потеря хвоста в некоторых случаях является медицинским отводом от службы, да и частичная тоже. Ходить, сохраняя баланс, без хвоста могут далеко не все. Вернее, ходить-то смогут, а вот не терять координацию при перегрузках или резких движениях некоторым не дано.

Буми, в очередной раз по команде переложила мячики и пожала плечами. Она чувствовала себя нормально.

— Небольшие отклонения есть, до семи процентов. Вполне допустимо с учетом ранений, — отчиталась врач.

Сдавать летный допуск Буми потащили на «Акулу» с бортовым номером 22, где было все необходимое оборудование. Сдала она сразу, только вернулась такая же печальная и почти не разговаривала, а на месте сразу ушла к себе. Лориэль сдала машину техникам, переоделась и отправилась в каюту. Попросила Тессу покараулить в проходе, чтобы поговорить без лишних ушей.

Буми сидела на лежаке полубоком и задумчиво левой рукой поглаживала хвост. После ранения она ни разу не улыбнулась.

— Все в порядке? — Лориэль села напротив.

— Ну… — Буми вздохнула. — Вы подумали, что я теперь боюсь летать с вами, да? Нет, все в порядке.

— А чего тогда кислая такая? Из-за хвоста?

— Я же красивая была.

Лориэль пересела к Буми обняла ее за плечи.

— Не знаю, чего тебе сказать. Красивых девок много, а хороших навигаторов мало.

— Да не надо меня успокаивать, я все понимаю, — Буми потерла лоб.

— Великая Миранатэль говорила, что страшнее всего не падать, а вставать.

— Читала… — выдохнула навигатор.

— И внучек надо на руках носить. За хвост пусть мамок держать. Знаешь, почему на руках?

— Знаю. Любите внучек, они отомстят вашим дочкам.

— Верно.

— Только я раньше вас бабушкой стану. Мои, на конкурс поехали, а их там мужчины в Общество пригласили.

— Я бы не зарекалась, — Лориэль улыбнулась. — Бабушка Буми. Звучит?

— Не знаю… — Буми закрыла глаза ладошкой и грустно усмехнулась.

— Нам нужен навигатор! — Лориэль потрясла Буми за плечи.

— Знаю…

— Вот и славно. И еще подумай, скольких девчонок вы с Тессой воспитали. Может, это важнее всего, а? Сколько навигаторов как ты на весь флот?

— Да я понимаю, но… — Буми схватилась за лоб. — Стыдно теперь просто, вот чего.

— Это почему?

— Ну… — Буми смутилась. — Хвост…

— Какой хвост?

— Мастер! — Буми фыркнула.

Лориэль ткнула когтем в лоб своему навигатору:

— Все проблемы сейчас только вот тут! Ты нужна нам. Я без тебя глупостей наделаю. Много и разных. И, главное… Кто еще меня сможет вытерпеть в кресле пилота, а?

Буми заулыбалась и спрятала лицо в ладошки, чтобы не захихикать. Лориэль встала и потянула ее к выходу.

— Идем. Придумаем какой-нибудь облет. Сейчас с Искрой свяжусь.

— Да не нужно, мастер!

— Полетели, говорю! Или чего, одну меня оставишь?

Буми фыркнула и решительно встала.

Следующие четыре дня сделали по вылету. Два проверить оборудование и два по личной просьбе Белки. Она в самом деле взялась писать научную работу по сборке машин в корабельных условиях с ограниченными ресурсами и попросила два вылета сделать с измерительным оборудованием. Флот скучал на орбите, времени было много у всех, так что Белка взялась за работу со свойственной ей энергией.

Наконец, прибыли танкеры и флот пополнил запасы энергона. Колония на К-2 с огромной радостью передала на флот огромное количество припасов. Возник один очень спорный момент — долго не могли решить, что делать с учеными и лабораториями. И командование, и Галадана, и сами ученые разделились во мнениях, надо ли их вывозить вместе с оборудованием, либо всем вернуться на планету и продолжить работу. За неделю не пришли к единому выводу и тогда решение приняла командующая. Ученых вернули на планету. Флот начал готовиться к переходу в М-7.

Перешли на режим полной готовности. Боевые отряды отдыхали, четыре дня Лориэль с экипажами крутилась возле двух «акул», пока рабочие группы устраняли возникшие неполадки. Когда техники доложили, что проблемы устранены, флот двинулся к точке перехода.

Сразу после перехода по всем кораблям передали боевую готовность. Борт спасателей вышел в системе позже военных кораблей. Экипажи сидели в кабинах и ждали приказа на вылет, но в первые сутки было тихо.

Первыми в бой пошли перехватчики. Система в спутниках и наблюдательных дронах. Пилотам поставили задачу зачистить все, противник решил, что это неправильно и всеми силами пытался помешать. Появились первые потери. Айгиль в своем секторе перехватила спасательную капсулу с пилотом. Серьезное ранение, спасатели долго мучились, чтобы доставить пилота на борт «ласточки». Петимарра доложила, что тоже догнала капсулу, но, увы, пилот погибла мгновенно, еще до того, как аварийные системы отстрелили капсулу. Она же через сутки перехватила вражескую спасательную капсулу. Пилота в тяжелом состоянии перевезли на ближайшую «акулу» и сдали медикам и оперативницам. Возможно, у противника были спасательные группы, но за все дни, пока перехватчики мерились силами, ни одного вражеского транспорта Лориэль не видела. Уверенно работала только ее группа и иногда их сменяли группы Айрины или Зары.