Под вечер, когда старшие девочки решили погулять, Лориэль попросила Орси с Алей принести из дома коробку. Малышки вернулись очень быстро и побежали догонять остальных.

— Держи, — Лориэль протянула коробку.

— Чего это? — Искра взяла подарок и открыла.

У нее затряслись руки, сама чуть не прослезилась, помотала головой, чтобы прийти в себя. Несколько раз потерла лицо.

— Ох, ты, бля…

Искра, сдерживая слезы, достала из коробки фонарик из трофейной красной гранаты. Нажала кнопку, убедилась, что фонарик работает и сразу заулыбалась.

— Иви… Ты… Ты лучшая!

Искра вскочила, и они обнялись. Рыжая взяла посмотреть фонарь и сразу засмеялась.

— Да, узнаю игрушку!

Сколько они выпили вспомнить не могли, да это было и неважно. Пилось и было весело. Дети взрослые, приглядывать не надо. Разве что у одной из малышек заболел животик, но за день вылечили. Местная тетушка-врач опытная оказалась в этих делах.

За неделю всей гурьбой где только не были, а когда в очередной раз пошли в парк развлечений, досталось даже местным примарилам, которые согласились покатать малышню вокруг парка на своей служебной машине, лишь бы вели себя потише. Катали с мигалками, конечно же.

Пока сидели — пришел приказ на Искру. Его никто не ждал. Теперь она официально старшая навигаторской службой корпуса. Поехали отмечать в один шикарный ресторан, дети были в полном восторге от местной кухни. Такого вкусного мяса они никогда не ели, как заявила Орси.

— Ты только это тете Шази не говори! — предупредила Лориэль.

— Хорошо! — засмеялась девочка.

Детей отправили гулять, а сами остались за столом. Подумали и выкупили весь зал, чтобы никто больше им не мешал. Пока шустрые официанты убирали стол и готовили взрослое угощение, Лориэль пересела за детский столик. Перед ней на стоял стакан с соком аюты. С обычным желтым соком. Лориэль вдруг решительно потянулась, взяла напиток и пригубила. Никакого вкуса ила или тухлой воды, обычный такой сок. Она облизнула губы и сделала несколько больших глотков.

— И как? — Искра села рядом.

— Сок как сок.

Под утро, вооружившись настойкой и хорошим настроением утопали на пляж встречать рассвет, а потом вернулись в свой ресторан на берегу. Хозяйка ради них открылась сильно пораньше.

Вечером снова сдвинули столы, чтобы поместились все семьи. Уже стемнело, а они пили, ели и веселились. Малышня где спала, где в меру бесилась. Тесса воспитывала Шу, Буми наоборот, защищала. Айгиль старалась не смеяться. Рыжая подсела к Азе и нянчила одну из малышек. Делилась своим богатым материнским опытом, а девчонка радостно слушала. Фили с Жанни перемигивались со старшими девочками — снова надумали сбежать и погулять. Лориэль и Искра тайком показывали своим дочерям кулаки. Орси стащила у кого-то отбивную и уплетала с большим аппетитом, а Аля жалась к Лориэль и уже позевывала.

На все «купола» одновременно пришел вызов. За столом мгновенно стало тихо. Искра просмотрела сообщение и в полной тишине сказала:

— Ну, что, девочки. Доедаем и спать. У нас сутки на сборы.

«Мамочка, будь осторожнее!».

Дымка атмосферы таяла, уступая открытому космосу. «Ласточку» трясло, все системы орали тревогой, за плечом стонала от боли Буми. Руки не тряслись, это искалеченная машина из последних сил вырывалась из объятий гравитации планеты в системе К-2. Все плохо.

Просьба Али крутилась в голове, а перед глазами нервные красные графики на световых панелях. Лориэль не могла выпустить из рук управление, чтобы помочь Буми. Непонятно, что попало в «ласточку». Скорее всего мобильный зенитный комплект стоял в засаде и выпустил весь боекомплект. Машину тряхнуло только раз, прямое попадание через щиты было только одно. Впервые «ласточка» не послушалась хозяйку. После попадания Лориэль собиралась повернуть машину к планете. Падать пришлось бы на территорию занятую врагом, но машина, а может быть подсознание, приняла другое решение и «ласточка», собрав всю мощь в уцелевшие части двигателя рванула прочь из атмосферы.

Кабину прошило осколками, Буми серьезно зацепило, но посмотреть, что с ней возможности нет. Вырубило педали тяги, разворотило часть панелей. В лобовом стекле три дыры и хорошо видно плавающую дымку поверхностного щита. Можно целовать руки инженерам за новые бронестекла, дополнительная изоляция и спасла, иначе бы конец. Летный комплект Буми поврежден, а значит если пропадет давление в кабине, она, скорее всего, погибнет.

«Мамочка, будь осторожнее!».

Линию возврата «ласточка» проползла и показания планетарной гравитации начали падать. Силовых щитов вокруг машины почти нет и влияние планеты ощущалось в полную меру. Еще несколько секунд, Лориэль убедилась, что машину не потянет обратно на планету, отстегнула ремни и выбралась из кресла. И опешила. Бронедвери в грузовой модуль не было, все внутри покорежено и пробито осколками. Самого же грузового модуля нет — через голубую пелену изоляционного щита Лориэль видела сине-зеленую планету.

Буми застонала. Правая рука пробита навылет, летный комплект ниже колен разорван на обеих ногах, из дыр медленно сочится синяя кровь. Но самым страшным был след на кресле, которые вел прямо к пояснице.

Повезло, что оба спас-пакета уцелели.

— Ноги чувствуешь? — спросила Лориэль.

— Не знаю… Больно, — прошептала Буми.

На импланте упали в ноль все показатели, работала только внутренняя связь между шлемами экипажей и аварийный маячок.

Количество крови у навигатора Лориэль не понравилось, по ногам прилетело знатно, да и с пробитой руки накапало на кресло. Раны она залила медицинской пеной, ущипнула навигатора чуть выше колена.

— Больно… — выдохнула Буми. — И морозит сильно.

— Это нормально. Температура в кабине падает. Потерпи, надо спину посмотреть.

Сканер показал, что осколок разодрал комплект на спине и прошел почти навылет. Лориэль уверенно владела сканером, но тут справилась не с первого раза. Было не по себе немного.

— Попробуй отклониться, — сказала Лориэль. — Будет больно, но это шкура распорота. Позвоночник не задет.

Буми со стоном подалась вперед. Лориэль подлезла с баллончиком и залила рану с избытком. Прицелиться точнее сложно, а еще сильнее двигать раненую было боязно. Аварийными одеялами Лориэль укутала Буми.

— Дыши, не теряй сознание. Разговаривай со мной хотя бы временами, — приказала Лориэль.

— Могу только стонать.

— Терпи.

Лориэль вернулась в кресло пилота и начала проверять системы. Судя по данным, уцелело одно «перо» на правом крыле, больше ничего не двигало «ласточку». Аварийный маяк работал исправно, объем энергона не уменьшается и топливо не греется, значит, баки уцелели. Уже хорошо. Зато кислородные преобразователи в решето. Остались только аварийные. Лориэль сразу их проверила — целы. Это суточный запас смеси для двоих. Поверхностные щиты еле работают, их достаточно, чтобы сохранять герметичность кабины. Системы кондиционирования работают слабо, но стабильно, их заклинило на охлаждение. Управлять тягой двигателей можно только вручную, осколок прошел через кресло, рикошетом от пола ушел в панель управления и разворотил всю систему, попутно разбив несколько блоков рефлекторных систем и блок дальней связи.

— Навигация работает, — тихо сказала Буми. — Панель только одна осталась.

Голос ее уже не дрожал, стало чуть-чуть полегче. Лориэль полезла в нишу над входом в грузовой модуль. Модуль оперативного управления цел, не зря его спрятали в бронекапсулу. Сумка с ремкомплектом и аварийной рацией жива. Рация обычная пехотная, не рассчитана на космические дали, но на носовой штанге уцелел ретранслятор. Идея не нова, возни только много. Лориэль, пока возилась, радовалась, что девчонки успели уйти минутой раньше. Как же она была против, но приказы не обсуждаются! Когда ей сообщили, что на флот призываются все, у кого есть допуск к полетам, чуть на хвост не села. У половины курсантов еще дочек нет, но приказ есть приказ. В списки попали и Айгиль с Шу. Вот уж за кого трясло. Выход был один — уйти со службы, но это не про «ласточек». Все, не без страха, но приняли решение участвовать в боевых действиях.