— Да? — Недоуменно переспросила ее брюнетка, чье лицо аж сочилось недоверием.

— Ну да… — Смущенно протянула ученая, начав закручивать распущенную косу, перекинутую через левое плечо, о чем-то задумавшись, а затем словно просияла, добавив: — Вспомнила, на прощание он сказал странную фразу. Как там было…

Вновь у нее перед глазами замелькали события того дня, будто все проходящее было не два года назад, а вчера. Настолько было сильным было впечатление, оказанное на нее одним старым и неординарным мужчиной.

— «Я рад, что у вас все хорошо сложилось, Мишель. Поверьте, мне доставляет невероятное удовольствие видеть как по настоящему талантливый человек Творит, не волнуясь о деньгах и прочих мирских мелочах. Если когда-нибудь у вас возникнут проблемы, то не стесняйтесь и обратитесь ко мне. Я помогу, чем смогу, ведь вряд ли это будет мне многого стоить. А до тех пор просто живите и наслаждайтесь жизнью. Поверьте, мисс Морбиус, вы этого заслуживаете».

Сказанное сильно запало в сердце молодой ученой. Настолько, что после небольшого отдыха с чипсами, пивом и парой мелодрам средней паршивости, она накрасилась, приоделась и поехала в один из клубов, где смогла познакомиться с одиноким парнем, которого волею судьбы закинуло в то место.

Теперь на ее пальце блестело едва заметное золотое колечко, а дома всегда дожидался вкусный, сытный ужин и теплая кровать.

— Удивительно. — Медленно, не скрывая собственного впечатления, проговорила ее напарница, во взгляде которой смешался такой коктейль эмоций, что разобрать его не смог даже самый опытный физиогномист. — Рада за тебя, Миша.

— Не волнуйся, Хоуп. — Ответила Морбиус, положив ладонь ей на плечо и улыбнувшись ей свой самой искренней и доброй улыбкой. — Когда-нибудь счастье придет и в твой дом.

Как раз в этот момент громко прозвенел писк прибора, датчики которого светились равномерным зеленым цветом, сообщающая, что все предварительные испытания недавнего прототипа были успешно пройдены.

— С такими успехами тем более. Поздравляю. — Добавила Мишель и крепко обняла не ожидавшую такого Ван Дайн, хоть и с запозданием, но обняв свою старшую коллегу.

Однако на ее лице не было радости. Наоборот, оно было сосредоточенным и холодным, а ее взгляд был направлен вверх, на верхние этажи главного здания Pym Corp. Места, которое когда-то принадлежало ее матери и которое она собиралась вернуть любой ценой.

***

Полтора часа спустя.

Кафе на территории комплекса Pym Corp, Сан-Франциско, Калифорния, Западное побережье, Северная Америка.

Сидя в кафе и задумчиво цедя крепкий ристретто, Хоуп Ван Дайн размышляла. Размышляла не о науке и грядущих экспериментах, а о ее положении в Pym Corp, которое ее сильно не устраивало.

Может для кого-то положение ведущего ученого, которому благоволили как глава компании, так и совет акционеров, в полном составе состоявший из совета директоров другой, более мощной и богатой корпорации, было пределом мечтаний, который они могли достигнуть лишь пожертвовав десятилетиями упорного труда и страданий на благо компании. Но Хоуп это было неинтересно. В чем смысл, что она всего за один год работы добилась максимального положении в компании, если сама компания изначально должна была принадлежать ей!

Да, да, несмотря на другую фамилию она являлась единственной дочерью и наследницей Хелены Пим, основательны и прошлой владелицы этой фирмы.

«Когда-то она называлась Pym Technologies, но новые хозяева словно в насмешку сохранили былое название, изменив лишь приставку» — Подумала девушка, устало вздыхая и делая небольшой глоток крепкого черного кофе. — «Когда-то мы были технологической и научно-исследовательской компанией, специализирующаяся на нанотехнологиях, генетике, молекулярных и атомных исследованиях. Делали все чтобы сделать жизнь простых людей лучше, а теперь… теперь занимаемся производством комплектующих для оружия»

Перед ее глазами как наяву предстал тот самый чип, который они недавно испытывали с Мишель Морбиус. Может ее напарница по проекту этого и не замечала, ослепленная блеском лабораторий, денег и семейной жизни, но Хоуп видела, что этот прототип нужен не для новой серии компьютеров, бытовой техники или автомобилей. Нет, по его функционалу, цене и также секретности, с которой им приходилось работать, было легко догадаться, что использовать его планировалось в продукции одной конкретной компании.

Abstergo Military Company.

Или, если еще проще, для производства оружия.

«Твари» — Подумала Ван Дайн, прикрыв глаза и глубоко вздохнув. — «Как они посмели превратить детище моей матери в такое. Особенно после того, как вынудили нас скрываться, спасая свои жизни»

Ей было всего два года, когда все это произошло, вот только воспоминания о случившемся были свежи до сих пор. Как в ее комнату вбегает растрепанная и напуганная мама, как хватает ее на ручки, как вбегает в лабораторию, как нажимает на какие мерцающие кнопочки и забирает пробирки с красной жидкостью, как бежит на улицу, где их в машине уже ждал папа.

В тот день они убежали, бросив большую часть нажитого. Убежали, ведь матери стал угрожать человек, обладавший такой силой и влиянием, что даже спокойная и храбрая Хелена Пим испытала реальный страх за свою жизнь.

Они ушли в подполье. Начали жить в маленьком доме в одной неприметной кладовке, воруя еду и все необходимое с помощью частиц матери, параллельно продолжая неоконченные исследования.

В первые годы все шло нормально. Мать и отец Хоуп, замотивированные произошедшим, трудились не покладая рук, стремясь еще сильнее развить свои технологии, дабы перестать бояться могучего врага. По крайней мере именно так думала младшая Ван Дайн.

Однако время шло, напряжение начало отходить, а ее папа, хранитель домашнего очага и сердце семьи, все чаще начал задумчиво посматривать в сторону дочери, в одиночестве играющей в гостиной. По его мнению ей нужна была нормальная социализация: друзья, школа, походы в гости.

Нормальное детство, которого заслуживал любой ребенок.

Но глава семейства была с этим категорически не согласна. По ее мнению нельзя было так сильно рисковать, особенно тогда, когда они находились на грани прорыва в своих исследованиях, а охота за ними шла полным ходом. Правильные аргументы, логичные, как считала сама Хоуп, однако ее отец в первую очередь заботился именно о ней и ее будущем, из-за чего впервые на памяти младшей Ван Дайн возразил своей супруге.

Началась ссора. Громкая и тяжелая, со взаимными обвинениями и оскорблениями, настолько грубыми, что Хоуп в первые же секунды выгнали за дверь.

А затем произошло событие, изменившее все.

В тот момент у них, как назло, завершилась одна из стадий важнейшего эксперимента, из-за чего родители, так и не помирившись, пошли в лабораторию.

Лаборатория не место для эмоций. Она не терпит ошибок или промашек. Работая в ней всегда нужно быть собранным и сосредоточенным. Превращаться из человека в машину, каждое движение которой выверено и не имеет отклонений.

Чета Пимов безукоризненной следовала этому правилу, но в тот день оно было нарушено. Хоуп не знала, что именно там произошло. Может от эмоций руки отца дрожали, может мама случайно толкнула его, может занимаясь переругиванием между собой они случайно задели один из флаконов с частицами.

В любом случае результат был плачевным — частицы попавшие на папу, не имея ингибиторов установленных в костюме, уменьшили его так сильно, что он бесследно пропал в квантовом мире. В месте, откуда самому не выбраться, а жизнь — невозможна.

В тот злосчастный день Джейк Ван Дайн, гениальный ученый, любящий отец, верный муж и просто хороший человек погиб по глупой случайности, произошедшей из-за банальной бытовой ссоры.

Не описать сколько Хоуп горевала. Сколько плакала. Сколько винила мать в произошедшем… Как-же она ее ненавидела. Как проклинала, а затем долго извинялась и прощала. Ведь кроме нее в жизни молодой девочки, тогда только ставшей подростком, никого не было. Вместо этого вся ее ненависть перешла на первопричину произошедшего.