Народ с воплями разбегался и хохотал, наблюдая бьющий из-под земли родник. Напор снизился. Остался фонтанчик высотой с ладонь.

— Расходитесь, а то заболеете, — улыбаясь, попросила Ольга, видя, что многих зацепило брызгами и одежда промокла.

— И ты, барынька, не заболей. А то давай мы тебя напоим, накормим, платье твоё как раз обсохнет.

— Благодарствую, но у меня есть тёплая накидка. Мне домой пора. Дел ещё невпроворот.

Оля лукавила. Дела могли подождать, а вот есть ей хотелось до спазма в желудке. Однако демонстрировать свой аппетит перед деревенскими и объедать их ей не хотелось.

— Едем домой, Порфирий Порфирьевич, — велела Ольга.

— Погодьте, Ольга Дмитриевна. Сейчас скажу мужикам вытащить нашу коляску из грязи и помчимся с ветерком. А пока вот яблочко похрумкайте. Пелагея Сидоровна, — Порфирий отчего-то стеснительно кивнул в сторону той молодухи, что назвала его красавчиком, — мастерица по хранению урожая.

— Навыки переняли? — насмешливо спросила Ольга

— А как же! Обижаете. Я и сам кое-чего знал, но лишний опыт всегда пригодится.

Порфирий вдруг округлил глаза и замолчал. До него дошло, что барынька посмеивается над ним и имела в виду совсем другой опыт. Он недовольно зыркнул в сторону посмеивающейся Пелагеи Сидоровны и напустил на себя неприступный вид, чтобы та не возомнила лишнего. Порфирий уж пожалел, что пару раз оставался наедине с этой жадной до ласки особой.

Ольга с удовольствием съела яблоко. Оно не было наливным и кожица чуть подвяла, но в охотку было самое то. Зато дома она отвела душу, выставив на стол угощения и изрядно проредив их в одно лицо. Вот только, когда Оля сыто отвалилась от стола, ввалился Всеволод и сразу же попросил накормить его.

— Олюшка, выложился без остатка! Сейчас быка съем!

Пришлось заказывать еду в трактире, а пока дожидались, Головин завершал Ольгино пиршество. Она рассказала ему о происшествии на поле и обратила внимание на девочку Ладу с почувствовавшими энергетический обмен женщин.

— С каждым днём наш воздух становится насыщеннее теми частицами, что отвечают за возможностью управлять энергиями. С одной стороны, это катастрофа, а с другой… мы возвращаемся к истокам. Всё это уже когда-то было, — пояснил Всеволод.

— Было? Возможно. В сказках пишется о чародеях, богатырях, о драконах, полозах, дивных птицах, волшебных котах. Сева, как ты думаешь, нам доведётся увидеть все эти чудеса? — с улыбкой спросила Оля.

— Сегодня из разных мест пришли уведомления об обнаружении гнезд иномирных тварей, — не приняв иронии, ответил он. — Существа теперь легче адаптируются у нас, и Перун знает, к чему это приведёт. Я поставил задачу определить степень их агрессивности, ареал их охоты и контактность. Есть шанс найти с некоторыми из них общий язык.

— Сева, они пришли из магических миров, но это не означает, что они достаточно разумны, чтобы существовать рядом с нами, соблюдая какие-то правила. Что общего с ними ты хочешь найти?

— Я не знаю, милая. Когда-то мы приручили многих зверей, так, может, и сейчас…

Ольга тяжело вздохнула, а Всеволод неуверенно продолжил:

— В детстве я мечтал быть дрессировщиком. Но не тем, кто бьёт зверей, а который учит. У меня щенок выполнял пять команд.

— У тебя был пёс?

— Недолго. Он описал маменьке туфли и… мне сказали, что он убежал. Но дворня смотрела на меня с жалостью. Мне хочется думать, что кто-то из слуг отнёс его на рынок, потому что щенок был породистым, а не утопил в пруду.

— Бедный мой! А знаешь, вполне возможно, что ты прав. Наверняка со временем появятся одомашниватели магических зверей. Почему бы и нет, нам нельзя бояться нового! Надо поспевать за изменениями, а не шарахаться от них.

Оля вспомнила, как вели себя твари в Мертвом мире, поэтому убеждала больше себя, чем кого-либо.

— Сева, мне кажется, что важно всем рассказывать о том, что у нас происходит. Надо обязательно написать очерк о том, что наблюдают охотники с егерями и как можно использовать перемены на благо.

— Завтра передам материал в газеты, — согласился муж.

Оля услышала, как щелкнула дверь и вошёл Порфирий с полной корзиной еды из трактира. Флигель наполнился вкусными запахами, и Ольга почувствовала, что готова ещё что-нибудь съесть.

На некоторое время супруги выпали из жизни, восстанавливая потраченные силы. Оля соблазнилась вкусно пахнущим грибным жюльеном, а потом сидела и кусочничала. Всеволод же изрядно проголодался и оставлял тарелки чистыми.

— Где ты потратил столько сил? — удивилась Ольга.

— Император сегодня провёл семью княгини Шаховской через обряд верности. Я подстраховывал жрецов, а потом проверял лояльность всех её людей.

— Многие не прошли проверку?

— Немало, — помрачнел Всеволод, вспомнив сколько грязи и ненависти увидел сегодня.

Всеволод попытался притушить агрессивные очаги в головах обозлённых людей и направить помыслы на созидание. Особенно много сил он вложил в княгиню, раскрывая в ней нереализованный потенциал и сожаление о потерянном времени на тянущуюся из детства зависть.

Ему показалось, что у него получилось, но потребуется время, чтобы убедиться в этом. Сам Всеволод понял, что его дар намного более многогранен, чем он предполагал. Ему бы остаться в Мёртвом мире и пройти курс обучения, как Настя. Иначе он обречён проверять семьи светлейший князей вкупе с другими важными лицами на лояльность, и в конце концов действительно получит прозвище цепного пса Императора, как боялась Оля. А мог бы помогать людям исцелять душевные болезни.

— Сева, твое лицо разгладилось. Ты подумал о чём-то хорошем?

Он не сказал, что подумал о возможности исцелять людей. Побоялся спугнуть эту мысль.

— Вспомнил лица придворных, когда они увидели Императора. Я думал, что они его разорвут на кусочки.

— В газетах пишут, что Вадим Храбрый готовит своего внука для трона.

— Мы поняли, что если начнем объяснять, что Император стал юношей, то дадим повод к затяжным спорам. Поэтому решили провести коронацию, когда Земля будет в безопасности и старый Император уйдёт в храм жрецов, а новый сядет править.

— Хм, с одной стороны, вы правы, но с другой стороны, если ты начнёшь переводить в Мёртвый мир полезных людей и омолаживать их там, то версия с внуком попадёт под подозрение.

— Ну и пусть! Нам сейчас важно выиграть время. Дураки всё равно не догадаются, а умные промолчат. Главное, чтобы у провокаторов сейчас не было повода кричать о подмене. С этим бороться в наших условиях невозможно.

Ольга пожала плечами, не зная, что сказать. Вроде бы всё выглядело предусмотрительно и разумно, но решение было принято в спешке, и кто знает, чего не додумали в этом плане.

— Сева, мы с тобой сегодня энергетически выложились. Идем спать?

— Идем, милая. Признаться, устал. Ополоснусь и сразу лягу.

Оля вяло кивнула, скрывая зевок. Она устала, объелась, и её тоже разморило. Хорошо, что после дороги она уже смыла дорожную грязь, а то сейчас было бы лень.

Поднимаясь и идя в спальню, она остановилась у шкатулки со странным семечком. Ей захотелось проверить, как оно поживает. Открыла, взяла в руки и не смогла расстаться. Ей показалось, что семечко соскучилось по ней.

— Эх ты, идём спать, — ласково прошептала она и положила его под подушку — и увидела удивительный сон: огромную Вселенную в виде закручивающейся спирали и ряд планет с символами в виде деревьев. И так хорошо было на этом уровне спирали, что от переполняющего счастья Оля расплакалась. Сквозь слезы радости она видела, что эти деревца поддерживают и оберегают свои планеты. А одна из планет связалась с яркой зелено-голубой планетой из другого ряда и по световому коридору перекинула семечко. Оле показалось это милым. Она не поняла, то ли это был подарок одной планете от другой, то ли своеобразный способ сохранения или укрытия поблекшего символа в соседнем ряду. Потому что планета даритель была на своем уровне спирали самой тусклой и явно не могла больше обеспечивать существование защитных деревьев, и уж точно не смогла бы вырастить новое дерево из семечка …