— Убил тварь… думал, будут искры, но не было.

— Большая тварь?

— Не, с кошку не более, но зубище у нее… — Васильчиков развёл руки во всю ширь своих плеч.

— Ты же мне сам рассказывал, что на Земле трупы убитых существ не исчезают и искр никто никогда не видел, — напомнила ему Оля.

Демьян выглядел растерянным.

— Я смотрю, ты уже отдышался, так что идём.

Пока Ольга помогала Васильчикову привести одежду в порядок, высшие чины начали разъезжаться, а солдаты, наоборот, занялись обустройством.

— Чего это они? — спросила Ольга.

— Дежурить будут на случай, если портал ещё раз в этом месте откроется.

— Придется нам искать новое место для тренировок. Жаль. Я тут вдоль обрыва понавтыкала веточки барбариса и укоренила их. Думала подрастить, чтобы колючая ограда была, и никто не ходил по краю. Заодно корни кустарника укрепили бы землю, но видно, не судьба.

Васильчиков тоже с сожалением оглядывался. Ему нравилось это место. Летом сюда наведывались отдыхающие, а сейчас было удивительно тихо, как будто край земли.

— Ольга Дмитриевна, советник нам машет, — унтер выпрямился и побежал к Головину.

— И мне что ли бегом? — ворчливо заметила она, но все же поспешила, бубня под нос про противный песок, попавший в туфли.

— Всеволод Аристархович, какими судьбами? — фальшиво-радостно воскликнула она, стоя на одной ноге и вытряхивая песок.

— Госпожа Образцова, что вы тут делаете?

— Как что? Изучаю место прорыва, жду вас, чтобы доложить.

— Хм, Ольга Дмитриевна, — Головин часто заморгал, поджал губы и больше ничего не сказал. Ольге показалось, что он растерян и она, уже без намёка на игривость, рассказала, что видела здесь утром подозрительного человека.

— Я одного не понимаю, — произнёс он, когда выслушал её. — Что вы тут делали?

— Так… купалась.

— Зимой?

— Сейчас осень.

— И вы купались?

— Ну да.

— А унтер охранял вас?

— Он тоже купался. Закалял организм. Это очень полезно.

Советник резко повернулся к Васильчикову и, пристально глядя на него, велел:

— Докажи. Иди и прямо сейчас окунись!

Демьян вытаращил глаза, с ужасом посмотрел на море и замотал головой.

— Что и требовалось доказать! — воскликнул Головин, с разочарованием глядя на Ольгу. — Так что вы тут делали?

— Вы так смотрите, как будто это мы открыли портал? Вы же сами не верили, что порталы появляются искусственно! А теперь, значит, нашли злодейку?

— Ольга Дмитриевна, эти вопросы вам могут задать в другом месте.

— А я ни в чём не виновата! Или вы таким образом избавляетесь от будущего компаньона?

Головин изумлённо распахнул глаза, а Ольга обиженно отвернулась.

— Ваше высокородие, — обратился Васильчиков к Головину. — Ольга Дмитриевна здесь собирала цветы, чтобы посадить их под окнами. Мы уж тут всё облазили в поисках уникальных.

Советник тяжко вздохнул и подошёл к Ольге.

— Прошу прощения, был несправедлив к вам.

— Да ладно, чего уж, — Ольга повернулась, — вы правы, подозревая, что я что-то не договариваю.

Головин поджал губы и пристально уставился на нее.

— Совсем чуть-чуть, — пояснила она, — но это оттого, что я не чувствую себя в безопасности. Я тут чужая, — выпалила Ольга.

Она не собиралась жаловаться, но прохладный взгляд Головина словно подстегнул её:

— Я не понимаю, как вы и другие мыслите, чем живете и чего от вас ожидать. Всеволод Аристархович, вы мне симпатичны, но моя симпатия к вам не гарантирует, что я не попаду в жернова власти и, может так статься, что именно вы вежливо подведёте меня к пропасти.

— Ольга Дмитриевна, вы… — холода в глазах советника больше не было. Он был взволнован.

— Вы подневольный человек, Всеволод Аристархович — не дала ему сказать она, — и не вольны над собой. Но я клянусь, что мы с Демьяном не имеем никакого отношения к порталам.

— Благодарю за откровенность, — чиновник склонил голову.

— Ответьте мне тем же, — попросила Ольга и, показывая в сторону ограждения, спросила: — Почему этот небольшой прорыв вызвал такой переполох? Я ведь правильно оценила ситуацию?

— Генерал-воевода воспользовался случаем и отправил группу полковника в Мёртвый мир.

— Ах, вот оно что! То есть они успели обнаружить прорыв, обезопасить его и запустить туда Орлова?

— Да.

— Большая группа?

— Достаточная.

— Тайна, да?

— Ольга Дмитриевна, большой тайны в этом нет. По возвращении во всех газетах будет подана информация, чтобы славить героев. Но сейчас вам лишнего лучше не знать.

— Васильчикова, Кабанова, Ежова и Полозова что-то не славили в газетах. А семьям погибших даже рубля не дали.

— Потому что они исполняли свой долг, а сейчас в Мёртвый мир пошли добровольцы, цвет нации, сыновья лучших семей.

— Неужто княжеские отпрыски?

— Не так высоко, но близко.

— Всеволод Аристархович, а стоило ли рисковать лучшими сынами?

— Генерал Лисицын уверен… и этого оказалось достаточно, — горечи, смешанной с недовольством, он не скрывал.

— Ясно. Вас слушать не стали и это может очень дорого им обойтись.

— Ольга Дмитриевна, я надеюсь, что всё будет хорошо и все вернутся. Неважно, чьими руками будет принесена победа, главное, чтобы группа смогла освоиться там и вернуться к нам не с пустыми руками.

— Да, конечно. Но почему генерал ждал открытия портала здесь, а не в Нижнем? Мне кажется, что оттуда больше шансов попасть в тот же самый город, где мы с Орловым встретились.

— Участники группы были против ехать в Нижний Новгород.

— Вот как? А генерал не мог приказать?

— Не счёл нужным настаивать. По мнению Лисицына портить отношения с высокородными семьями из-за пустяков не лучшая идея. Задачи попасть в тот же город перед группой не стоит, к тому же нет никаких доказательств, что можно как-то корректировать точку попадания в Мёртвом мире.

Ольга открыла рот, чтобы поспорить, но пожалела советника. Он всё понимал и наверняка обо всем доложил князю, генералу и всем заинтересованным лицам, но вряд ли его слушали.

— Едемте в город, — мягко произнесла она. — Нам теперь остается ждать. Или, быть может, вы соберете свою группу, и она стартует в Нижнем Новгороде?

— Князь хочет дождаться результата группы Орлова.

— И вы послушались? Непохоже на вас. Его сиятельное сиятельство потом встрепенётся, захочет перебить успех Лисицына, начнет вас торопить со сбором группы…

Советник загадочно улыбнулся.

— А-а, — протянула Ольга, — значит, я права. Вы продолжаете работать. Ну и правильно! Тот мир огромен, и я не удивлюсь, что вскоре каждый князь захочет послать туда своих людей. Всеволод Аристархович, а мы будем умнее, да? Мы всё предусмотрим и пойдем более подготовленными.

— Мы?

— А почему бы и нет? Я была счастлива вырваться оттуда, но потом у меня появилось время все спокойно обдумать. Сейчас я сожалею, что не воспользовалась шансом пребывания в Мёртвом мире, точнее, в мире, ушедшем далёко вперёд по развитию. Теперь, зная, что оттуда есть выход, я всё сделала бы по-другому.

— Вы сами говорили об опасности и ваши страхи...

— Всеволод Аристархович, у вас тут приличным людям под ноги кидают бомбы! Это не опасно? А как лечатся болезни? Это же тихий ужас! Вы живёте и не замечаете, что ежедневно подвергаетесь опасностям. И раз уж я здесь остаюсь, то попробую хоть что-то поменять.

Головин нахохлился, бросая недовольные взгляды на Ольгу, но не мог не увидеть резона в её словах. Его душу брала досада на высшую знать, упорно занятую дележом влияния на императора, распределением власти на местах, соревнованием по годовому доходу и влиянию среди знати соседних государств. Империя тонет, а они любое дело рассматривают через призму своих интересов. И даже Ошкин в первую очередь думает о своём престиже, а не государственной необходимости.

— Что-то вы загрустили, — заглядывая ему в глаза, тепло произнесла Ольга.

А у него сжало горло из-за всколыхнувшейся мути на душе. Он так долго ждал настоящего дела, что успел состариться, но вот оно, дело! Ещё есть силы, чтобы вложить их ради процветания страны, но влиятельный, умный, пробивной Ошкин боится ошибиться.