— Значит, они заодно с Птолемеями?
— Там есть люди, которые могли поддаться соблазну воспользоваться ситуацией, чтобы свести старые счёты.
— Кто бы сомневался...
— Работа идёт, — заговорил Тарас Андреевич, сделав долгую паузу. — Она невидна глазу простого обывателя, но если бы не ряд предпринятых нами действий, могло бы быть значительно хуже. Вы, Константин Дмитриевич, и сами отчасти оказались причастны к этому. Главные победы ведь одерживаются не поле боя. Чем раньше вы это поймёте, тем проще будет делать то, что вам предначертано вам свыше. Даже управлять небольшим родом — это искусство. Уверен, вы станете достойным предводителем. Государству нужны те, на кого можно положиться, кто будет опорой порядка и не допустит в дальнейшем того, что происходит сейчас.
— Это да. Нужны, — задумчиво ответил я, и снова воцарилось молчание.
* * *
Ночь. Большая пустая квартира на окраине не самого престижного района. Тарас Андреевич привёз сюда нас с Настей и уехал. Мы остались вдвоём.
Длинный восьмиэтажный дом находился на территории, которую контролировал клан Палеологов. Здесь не властвовали ни Мономахи, ни Птолемеи, на улицах не торчали военные блокпосты, да и стрельбы не было слышно. Лишь полиции по ощущениям стало больше обычного. Но здесь форма мономаховской дружины не вызывала вопросы, здесь войны не было — этот клан пока сохранял нейтралитет, и в его владениях царило спокойствие. Сюда мы доехали без происшествий.
Настя сидела в кресле в углу, я расхаживал взад-вперёд по скрипучему полу, на котором лежал потёртый ковёр. У стен стояли пустые шкафы. Настя рассказал то, что не рассказал сотрудник ГСЭБ, и слова её меня крепко озадачили. Эта девчонка прекрасно знала, кого собирается убрать служба эфоров. Нашей целью был не кто иной, как сам архонт клана — Амвросий Птолемей.
–Серьёзно? — я не мог поверить собственным ушам. — ГСЭБ хочет устранить архонта?
–Да. Только так можно остановить войну в кратчайшие сроки. Смерть архонта заставит Птолемеев прекратить боевые действия.
–А если нет? Он же не один всем управляет, — размышлял я вслух. — У него есть наследники, куча других родственников. Убьём его, а на его место сядет какой-нибудь сынок и продолжит дело папаши. Я уж не говорю о том, что убить архонта клана — это не тоже самое, что обычного бандита зарезать.
–Да, будет трудно, — согласилась Настя. — Но план уже есть. Осталось сделать то, что должно. Благодаря твоей силе у нас всё получится. Если архонт будет убит в своём же логове, Птолемеи испугаются и отведут войска.
–Испугаются? — хмыкнул я. — А мне помнится, кто-то говорил, будто у них внутри клана железный порядок и фанатичная преданность.
–Смерть архонта внесёт разлад. В ГСЭБ уверены, что должно сработать. Они лучше знают реальное положение вещей. А ещё это послужит предостережением другим кланам.
–И всё равно мне кажется, что это какая-то безумная авантюра, — покачал я головой. — Но зато хотя бы понятно, почему ГСЭБ сама на хочет этим заниматься. Всё на нас свалили, чтобы руки не запачкать.
–ГСЭБ — государственная организация. Она не должна быть замешана в таких вещах.
–Да понимаю я, — махнул я рукой. — Думаешь, не знаю, как это обычно происходит? Когда правительству нужно делать свои грязные делишки, всегда привлекают людей со стороны. Наёмников каких-нибудь… кого не жалко, в общем. А сами вроде как ни при чём. Чистенькие. Типа, это не они, это — кто-то другой, два мстителя, жаждущие поквитаться за своих папаш. И ведь не подкопаешься. Басилевс ведь должен лицо сохранить, а мы руки запачкать… — я подумал и добавил. — Или подохнуть.
–Это важно для всех нас, — Настя смотрела на меня своими большими карими глазами, в которых, казалось, не было ни капли сомнений. — Мы сделаем это, чтобы зла в мире стало меньше.
Она сама походила на фанатичку. Да по большому счёту, и мне жаловаться было грех — в прошлой жизни занимался примерно тем же самым, но только в другом формате. А суть одна.
Я встал у окна, отодвинул штору и окинул взглядом тёмную улицу внизу, едва освещённую редкими фонарями. Пришла мысль, что безопаснее бегать под пулями на фронте, чем сделать то, что нам велела служба эфоров. Можно было лишь предполагать, сколько охраны вокруг Амвросия Птолемея. Наверное, и тагмы не хватит, чтобы пробиться к нему.
–Зло, добро… — проговорил я, глядя в ночь. — Давай без этого. Просто у нас есть свой интерес. У меня так он точно есть, иначе на хрен бы мне это сдалось. Не хочу жить в бегах до конца дней.
–И я тоже не хочу.
Мы замолчали, но Настя скоро опять заговорил, словно до сих пор пыталась меня в чём-то убедить:
–СмертьАмвросияокончательно переломит ход войны. У него и так плохи дела.
–Да неужели? — я обернулся и удивлённо уставился на девушку. — А я слышал, что у него пятидесяти тысячное войско, с которым даже агема не справляется.
–Это не так, — покачала головой Настя. — Точнее сказать, войско действительно большое, но Птолемеи уже проигрывают. Они не смогли устроить переворот даже за три седмицы, и чем дольше они воюют, тем меньше у них шансов. Ты знаешь, что сейчас идут переговоры с Палеологами, чтобы те запретили Птолемеям перевозить по их территории военные грузы? Представляешь, какой удар будет?
–Первый раз слышу. Ты откуда такое узнала?
–В газетах пишут и… с разными людьми общаться приходится. И не думай, что правительственные войска полностью задействованы в городе. Несколько фаланг отправились в Колхиду. Это старая вотчина Птолемеев, они там тоже подготовили восстание, но теперь оттуда никто не придёт на помощь Амвросию.
–И об этом не слышал, — покачал я головой. — Значит междоусобицатеперь по всей ВКП?
–Пока ещё нет. Не если ситуация выйдет из-под контроля, все кланы вспомнят старые претензии друг к другу. А сейчас все ждут. Даже те, кому Птолемеи заплатили и от кого требуют поддержки, и те, кто когда-то противился нынешней кандидатуре басилевса. Даже они ждут. Потому что сомневаются, что Птолемеи победят. Если бы не сомневались, многие восстали. Но этого не происходит. И если погибнет Амвросий, то и не произойдёт, потому что все поймут, насколько опасно идти против верховной власти.
Я слушал Настю и думал о том, как много вещей я ещё не знаю. Всю информацию, которая у меня была, я черпал из невнятных сводок, передаваемых по радио, да из слухов, распространяемых внутри нашего рода. Мне казалось, все события ограничены несколькими районами метрополии, но это было далеко от истины.
–Хорошо. Пусть так. Сколько человек будет задействовано в операции? — я отошёл от окна и плюхнулся в старое кресло, которое заскрипело подо мной. — Только не говори, что мы втроём с Корнем пойдём. Это было бы просто нелепо.
–Нет. Не втроём. Я не знаю, сколько. Руководить операцией будет один из бывших князей Птолемеев — Фотий. Он знает. Этот человек когда-то давно тоже бежал из клана. Он жил на юге, а теперь приехал сюда, чтобы мстить. Он придёт сегодня утром или днём и расскажет план более подробно.
–Ещё один мститель? Ему Амвросий тоже на мозоль наступил?
–Да. У них с кланом тоже были разногласия Его брата убили, а Фотий лишился всего имущества и был вынужден бежать. Расправиться с Амвросием Птолемеев должны те, кто имеет к нему счёты. Это справедливо.
–Так у меня счёты вроде бы к Никанору.
–Они все замешаны. Приказы ведь отдаёт архонт. Никанор тоже получит своё, но позже.
–Значит, будем мстить, — я зевнул. Шёл второй час ночи, и меня буквально вырубало. — А сейчас я бы, конечно, вздремнул.
–Да, разумеется, — Настя поспешно вскочила с кресла. — Пойдём, я покажу тебе твою комнату.
Квартира оказалась большой, пятикомнатной. Мне была отведена одна из спален. Тут имелись кровать и кое-какая мебель. Настя принесла мне пакет с вещами.
–Возьми, пригодится, — сказала она. — Там кое-какая одежда и деньги. Тебе не стоит показываться на улице в таком виде. На днях сходим на рынок, купим кое-что из вещей. Мне тоже нужно, поедем вместе. А вообще, лучше не выходи из дома без крайней необходимости. Особенно не стоит ездить на птолемеевские территории, они начинаются буквально через два квартала отсюда. Там много блокпостов и патрулей, они всех останавливают и проверяют. Что ещё… Еда в холодильнике. Телефоном пользоваться нельзя, никто не должен знать, где ты. И с соседями не разговаривай. Так, вроде бы всё сказала. Ладно спокойной ночи, — поспешно распрощалась Настя. — Если что-то понадобится, стучись.