Незнакомец оказался как раз рядом с Руссо-Балтом Лизиных охранников, и огненный сгусток сбил его с ног — Лиза быстро сориентировалась. Остальные стражники выхватили пистолеты, револьверы и автоматы и принялись шпиговать свинцом незадачливого убийцу.
Поднялся дикий треск пальбы, пули зачиркали по асфальту, вскрикнул раненый прохожий, остальные бросились в рассыпную, кто-то упал. Перед нами затормозило авто и водитель, пригнувшись, побежал прятаться.
— Прекратить огонь! — крикнул я и тремя рывкам оказался рядом с незнакомцем.
Убийца же поднялся и переместился дальше. Его совершенно не волновал град пуль. Я направил в ладони побольше эфира и швырнул концентрированный огненный шар. Он попал в противника, и тот снова рухнул на дорогу. За последние месяцы я натренировал неплохую меткость, да и пламя стало значительно сильнее, чем раньше.
Двумя рывками нагнал противника, который даже не собирался отлёживаться, и направив в кулак побольше сил, двинул ему в физиономию. Незнакомец покачнулся. Я стал теснить его, работая руками и ногами, не давая времени сосредоточиться.
Убийца оказался ещё и неплохим рукопашником. Его кулаки так и мелькали возле моего лица. Я защищался блоками и то и дело пробивал ногой то в корпус, то в коленный сгиб. Изредка получалось пробить хук, два раза удалось провести огненный удар, но незнакомец не падал и не ослаблял напор.
Рядом оказался тёмный дух с множеством отростков. Он схватил убийцу за шею и голову, но тот одним ударом отшвырнул его. Существо стало растворяться. Технику аннигиляции духов знал мало кто, но этот господин, очевидно, освоил её на высоком уровне.
Заминка дала мне возможность создать мощный шар с небольшим взрывным импульсом. Пламя попало в грудь незнакомцу. Тот попятился, но на ногах устоял, однако пальто оказалось прожжено — значит огнеупорная аура дала слабину.
На ещё один шар времени не было, иначе убийца снова совершит рывок — и потом гоняйся за ним. Чтобы не дать ему опомниться, я стал атаковать «стрелами». А противник зарылся руками и… переместился, правда, на этот раз недалеко. Огненная плеть обвила его ногу, и он шлёпнулся мордой в асфальт.
Подоспели стражники. Сиволапов принялся расстреливать незнакомца из автомата. Лиза кинула пламя. Убийца поднялся, не обращая внимания на пули. Я переместился к нему и основанием ладони нанёс удар с огненным импульсом, сбив противник с ног. Тот вскочил, держась за живот.
— Сдавайся! — велел я.
Убийца сунул руку в карман пальто, и в его ладони появился небольшой стальной шар с кольцом. Я слышал о подобных приспособлениях. Эфирная бомба. Эта штука могла оказаться очень мощной. Если её как следует напитать эфиром, жахнет так, что мало не покажется. Противник дёрнул кольцо, желая подорвать нас обоих. Я сориентировался быстро. Рывок, удар ногой, и шар отлетел к ближайшей машине.
— Ложись! — крикнул я своим.
Я ощутил удар чудовищной силы, перед глазами всё завертелось.
Обнаружил себя лежащим на дороге. Поднялся. На проезжей части дымились раскуроченные останки нескольких автомобилей, с краю зияла воронка. Витрины ближайших магазинов были разбиты, внутри что-то горело.
Лиза, Ника и ещё два стражника устояли, поскольку Лиза успела создать полукруглый огненный щит, сдержавший взрывную волну. Остальные валялись по всей дороге.
Неподалёку лежал убийца в разодранной взрывом одежде. Он очнулся и начал вставать. У меня уже руки опускались. Этого ублюдка ничто не брало!
Он поднялся на ноги, но тут же оказался сбит моим кулаком.
— Сдавай, чёрт возьми! — процедил я.
Убийца опять встал и попытался продолжить драку. Я перехватил его руку так, что она оказалась зафиксирована на моём плече, сделал скручивающее движение. Противник согнулся, но тут же вывернулся и треснул мне кулаком в подбородок. Мой удар пришёлся ему в голову. Убийца пошатнулся и рухнул, словно подкошенный. Из его ноздрей и глаз потекли красные струйки.
— Вот же сволочь, — выругался я себе под нос.
Огляделся по сторонам. Мои стражники, которых взрывом разбросало по всей проезжей части, поднимались и отряхивались. Пальто у многих порвались, но парни удар выдержали. А вот улица выглядела так, словно её из пушек обстреляли. В ближайших домах не осталось ни одного целого окна, повсюду валялись осколки стекла, куски металла и асфальта, горели смятые взрывом машины.
— Все целы? — я пересчитал глазами своих спутников. Семь, восемь… Вон, девятый поднимается. Вроде бы все держатся бодрячком.
— Фу-ух, если успела, — проговорил Лиза. — Такой мощный взрыв!
— Да что же это за скотина такая? Думал, он бессмертный, — вопрос был риторическим, но Ника на него ответил.
— Скорее всего, голем.
— Похоже на то.
Големами в Российской империи того времени называли не только существ, созданных с помощью магии земли, но и очень сильных «теневых», или проще говоря, незарегистрированных эфирников. Это была целая каста. Как правило, они не состояли в страже, но при этом работали на аристократов, выполняя опасные поручения.
— Неплохой револьвер, — Сиволапов поднял оружие убийцы.
— Это артефакт, — отметила Ника.
— Верно. Дорогая вещица. Подготовился этот упырь хорошо.
Я взял у Кузьмы револьвер. Это оказался массивный капсюльный Кольт середины прошлого столетия. Внешне он ничем не отличался от обычного оружия, однако эфирное зрение показало исходящее от него неяркое свечение — детали были напитаны энергией. Револьвер предназначался для стрельбы укреплёнными пулями с особым эфирным порохом.
Подобное оружие никогда не было широко распространено. Оно само, пули и порох стоили огромных денег, а эффективность его ограничивалась близкой дистанцией. Метров с пяти укреплённая пуля могла пробить защиту довольно сильного мага, но на большем расстоянии даже простому эфирнику вреда не причинит.
Добавлялась к этому и низкая надёжность. Такой револьвер во время выстрела мог просто разорваться на куски. Поэтому обычному человеку подобное оружие в заряженном виде даже в руки брать не рекомендовалось. После использования же, как и любой артефакт, его требовалось подпитывать, а из-за обилия деталей стоило это в разы дороже, чем подпитка какого-нибудь медальона.
Из-за этих нюансов пистолеты-артефакты чаще всего являлись коллекционной диковинкой, нежели боевым оружием. И тем не менее, их всё же применяли в деле. В тридцатые годы всё пускалось в ход. Голем, вооружённый пистолетом-артефактом не раз использовались для убийства высокопоставленных аристократов. Исполнителям иногда даже удавалось уйти с места преступления благодаря своим выдающимся способностям. Этому не повезло.
— Сейчас полиция приедет. Надо уходить, — сказал я. — А то мне ещё в академию ехать.
— Да ты не волнуйся, я разберусь, — заверила Лиза. — Если что, Петру Петровичу позвоню. Уж он-то всё уладит.
Я нахмурился. Слишком уж часто приходилось прибегать к помощи Оболенских. Как бы однажды не спросили за это. Но делать было нечего. Пришлось довериться Лизе.
— Хорошо, — сказал я. — Занимайся. Ника, Кузьма — по машинам и поехали отсюда. Кузьма, отдай оружие артефактору, пусть напитает. Хороший трофей.
На улице я не заметил убитых, однако несколько прохожих и посетителей кафе и ближайших магазинов получили ранения в основном от осколков разбитого стекла. Кафе, конечно, было жалко. Перестрелки и драки совсем не улучшают репутацию заведения, да и восстанавливать теперь придётся. Не меньше месяца потребуется. И как назло, именно в праздники. Страховка-то ремонт покроет, но кто убытки компенсирует?
* * *
Я прекрасно знал, где проживает Комаровский. Его квартира находилась в шестиэтажном угловом здании с башенкой. Первые два этажа занимала библиотека, остальные были отданы под служебные квартиры для преподавательского состава.
По приезде я отправился прямиком к нашему надзирателю. Теперь я был на девяносто девять процентов уверен, что эта сволочь продалась Шереметевым и докладываем им о каждом моём шаге. Шанс, что сегодня случилось простое совпадение, был смехотворно низок. Слежки по пути мы не заметили, значит, убийца точно знал место и время. А рассказать ему об этом мог только один человек.