На улице тем временем рассвело. Внизу под нами простирались равнины, поросшие жухлой травой и деревьями в разноцветных осенних нарядах, а вскоре началась пустыня. Как ни старался, я не мог понять, где нахожусь. Впереди сверкали вспышки, а значит, база, с которой мы вылетели, располагалась не слишком далеко от Москвы.
Вскоре наш Х-10 пошёл на посадку. Шасси жёстко соприкоснулись с землёй. Все восемь человек один за другим выскочили наружу.
Здесь оказался небольшой оазис. Впереди желтел лес, а справа виднелось болото, поросшее камышом. Над местностью стелилась лёгкая дымка тумана.
Я думал, что работать будем так же, как и в боевой группе, по четыре человек, но мои догадки не подтвердили. Отряд сразу же стал рассеялся. Бойцы в современной броне отправились вперёд и скрылись за деревьями, Ясмин и ещё двое побежали налево. Я остался один.
— Группа два, идём вперёд. Направление северо-запад, — раздался в эфире голос Агента 877. — Об уничтоженных объектах докладываем. В общем, как обычно. Работаем.
На правом запястье силового костюма имелся компас, на левом — небольшой прямоугольный радар, на котором отмечались ближайшие энергетические объекты. Локаторы у нас отсутствовали, значит, данные передавались с какого-то устройства. У «школьных» доспехов не было ничего похожего.
Я определил по компасу направление движения и зашагал к лесу, ступая по высокой густой траве…
С самого утра чувствовал себя паршиво. Похоже, сказывалось отсутствие нормального сна. Вчера спал часов шесть, сегодня — и того меньше. Казалось бы, вялость уже должна пройти, но мало того, что она продолжала меня одолевать, так ещё, как назло, начало подташнивать. Я старался больше думать о задании и не обращать внимания на хреновое самочувствие, и иногда это даже получалось.
Когда вошёл в лес, впереди захлопали выстрелы. Я шагал по ковру из опавших листьев и сучьев, временами огибая заросли кустарника, и во все глаза таращился вокруг. Не замечал ничего, кроме деревьев, обступивших меня со всех сторон, даже впереди идущего бойца не видел. Но стрельба не смолкала, а значит, иные были рядом. То и дело в эфире раздавались голоса агентов, докладывающих об уничтожении существ.
Послышался треск сучьев. Я остановился, вглядываясь туда, откуда доносился звук. Вскоре показалась синяя светящаяся фигура.
Это была довольно крупная тварь. Она незамеченной пробралась между бойцами первой линии, и теперь направлялась ко мне, видимо, посчитав меня лёгкой добычей.
Я стал стрелять, но попадал только в деревья, и лишь когда иной оказался совсем близко, успел дважды всадить волновой импульс в ярко-синюю тушу. Это его не остановило. Существо накинулось на меня, я схватил его обеими руками, оно меня — тоже. Иной был высоким, но большой силой не отличался. Его энергия почти моментально начала перетекать ко мне.
Когда он исчез, я открыл интерфейс ИК. Добавилось 43 единицы энергии.
— Докладывает Восьмой, ликвидирован объект… э… третьего уровня, — сказал я по рации.
— Говорит Агент 640, ликвидированы два объекта: третьего и второго уровней, — прозвучал в эфире голос ещё одного бойца.
Следом вышел на связь сам 877-й и отчитался об уничтожении двух объектов четвёртого и четырех объектов второго уровня. Выстрелы не смолкали ни на минуту, как и сообщения в эфире. Истребление иных шло полным ходом.
Я продолжил путь в северо-западном направлении. Очень скоро лес закончился, и я вышел в поле. На пригорке, что находился левее, сверкнули две вспышки.
— Говорит Агент 895, — послышался в наушнике голос. — У меня выбросы. Занимаюсь.
Далеко впереди, метрах в двухстах от меня шёл боец из первой линии. К нему сбегались несколько мелких и одно крупное существо яркого сине-фиолетового цвета. Агент палил из ружья, не прекращая, а когда здоровенный иной оказался совсем близко, они сцепились врукопашную. Очень скоро фиолетовая тварь стала исчезать.
— Говорит Агент 701, ликвидированы шесть объектов второго, два объекта третьего и объект седьмого уровней, — сообщил кто-то по рации, и я сразу понял, что это был парень, идущий передо мной.
Мне не раз доводилось слышать о существах седьмого уровня. Они считались крайне опасными тварями. О них ходили легенды. Говорили, будто с иным седьмого уровня мало кто справится один на один, но идущий впереди агент поглотил это существо за полминуты, словно какого-нибудь «светлячка».
Неподалёку я заметил двух мелких иных. Прицелился в ближайшего, который пасся метрах в пятидесяти от меня, подкрутил регулятор, настроив волну помощнее, нажал спуск. Цель оказалась поражена одним выстрелом. Второй иной побежал прочь, и в него я уже не попал.
Не было смысла его преследовать, и я двинулся дальше, слушая, как агенты один за другим отчитываются об уничтожении иных. Складывалось впечатление, что в округе обитают только сильные твари, поскольку бойцы докладывали, в основном, о ликвидации существ третьего-пятого уровней, но на самом деле, мелочь тоже присутствовала — то там, то здесь мелькали синие точки. Кажется, «светлячки» не слишком-то интересовали нашу группу.
Я добрался до края оазиса, когда ко мне направились четыре мелких иных. Я даже стрелять по ним не стал, схватил того, который подбежал первым, а когда поглотил его, подоспели следующие трое.
Хватаю второго, третьего и вытягиваю их силу. Четвёртый разворачивается и бежит прочь. Вдруг чувствую, как мышцы сковывает неведомая сила. Ощущаю напряжение во всём теле, особенно, в голове. Значит, опять уровень поднялся.
Сажусь на колени и жду, когда станет возможно идти дальше. На этот раз самочувствие особенно паршивое. Срываю маску, меня тошнит. Потом долго не могу придти в себя. Тело деревянное, не слушается, мышцы вот-вот судорогой сведёт, в глазах рябит. Вроде бы энергии поглотил немного, а плющит так, как никогда прежде.
Наконец пересиливаю себя, поднимаюсь на ноги. Вроде бы полегче становится, идти можно.
— Говорит Восьмой. Ликвидированы три объекта второго уровня, — докладываю я по рации, выждав, когда в эфире наступит тишина.
Бреду по траве, чувствуя, как с каждым шагом мне становится всё хуже и хуже. Ноги подкашиваются. «Да когда же вся эта хрень пройдёт, — думаю, — задолбало уже». Совсем не хотелось ехать домой из-за того что плоховато стало. Как это будет выглядеть? И ладно бы я с какой-то сильной тварью сразился, но нет же, после трёх «светлячков» подыхаю. Позор. Подумают ещё, что зассал…
ИК стал барахлить сильнее. У него и раньше помехи часто наблюдались, особенно в красной зоне — я привык уже, но тут начался полный звездец, так и рябит перед левым глазом.
Прихватило дыхание, ноги начали заплетаться, я споткнулся и упал на четвереньки. Перед глазами всё поплыло и резко потемнело.
* * *
Когда я разлепил глаза, первое, что увидел — белый потолок. Повертел головой по сторонам: помещение напоминало больничную палату. Хотя почему напоминало? Это и была самая настоящая больничная палата с белыми, идеально чистыми стенами и окном, закрытыми жалюзи.
На стене напротив кровати висела картина с морским пейзажем, по правую руку находилась стойка с капельницей, по левую — прибор на тумбочек, подключённый проводами к моей голове, замотанной бинтами.
Сам я был облачён в длинную больничную сорочку и накрыт одеялом. Чувствовал себя до сих пор паршиво: в голове — туман, перед глазами всё расплывается. Попытался вызывать интерфейс — буквы смазывались, и на них никак не получалось сосредоточиться.
Закрыл глаза и вскоре снова потерял сознание или уснул.
Когда очнулся во второй раз, рядом стоял человек во врачебном халате и что-то записывал в блокноте, глядя на прибор у кровати. Мужчина кинул на меня взгляд и проговорил невозмутимым тоном, словно речь шла о какой-то бытовой мелочи:
— Очнулись, Кирилл? Очень хорошо. Можете ещё немного поспать. Вам нужен отдых.
— Что… случилось… — выдавил я. Ворочать языком оказалось проблематично.