— Ага. Слушай, пойдём посидим, поболтаем, — Якут мотнул головой, приглашая следовать за собой, и я отправился за ним.
Одна из дверей в коридоре вела в небольшую комнатушку, стены которого были увешаны грамотами, а полки уставлены кубками. Типичный такой тренерский кабинет.
— Ну, присаживайся, — Якут развалился в рабочем кресле.
Я приземлил пятую точку на старый облезлый диванчик:
— Ты тут главный, что ли?
— Ага, а что? — оскалился Якут.
— Просто спросил. Это твои награды?
— Не только. Но мои тоже есть. Вон тот здоровый золотой кубок на полке. В прошлом году я победил в губернских состязаниях среди защитников.
— Во как. Солидно.
— Ага. Но мы сейчас не про это. Давай расскажу кое-что. На самом деле, я сразу увидел, что ты — правильный малый, хоть и не аристократ. И поступил ты благородно, что за девчонку заступился. Но те ребята, с которыми ты поцапался, очень опасные. Точнее, не они сами, а их банда. Я поговорил с ними и предупредил, чтобы они не рыскали здесь вечерами. Поэтому они сюда не придут. Но будь осторожен: могут подловить в другом месте.
— Да это понятно…
— Но ты с ними не дерись. Те, кто посильнее, тринадцатый-пятнадцатый уровень, и убить могут. Имей ввиду.
— Просто так взять и убить в спецшколе? И им ничего за это не будет?
— Из-за безродного первокурсника им ничего не будет. Никто даже не заметит, если ты однажды исчезнешь. Знаешь ведь, некоторые новобранцы случает и сбегают. Одним больше, одним меньше. Вы же — шурупы, желторотики, батраки. Кому вы нужны? Поэтому моё дело — предупредить.
— Спасибо. Буду осторожен. А у вас тоже банда? — я подумал, раз уж Якут половину правды поведал, так пусть и вторую половину рассказывает.
— Э! С чего ты взял?
— Будь ты сам по себе, не полез бы к этой компании. Значит, за тобой тоже кто-то стоит.
— А ты смышлёный, — хмыкнул Якут. — Но нет, ты не прав. У нас не банда. Просто компания по интересам. Называемся клан Дракон. Занимаемся тренировками и самосовершенствованием на пути силы. А они — клан Филина. И дела они делаю нехорошие.
— У них какой-то нелегальный заработок? — сообразил я, вспомнив новенький бордовый Тофаз, на котором рассекали мои «приятели». На жалование такой не купишь.
— Много будешь знать — скоро состаришься. Просто держись от них подальше, и ничего с тобой не случится.
Всё то, что я слышал о спецшколах, пока только подтверждалось. Рукоприкладство, убийства, беззаконие, какие-то махинации… Тут творилось чёрт знает что.
— И почему никто за порядком не следит? — удивился я.
— Ну ты… наивный столичный юноша, блин. Это у вас, у царя под боком, все за всем следят. А здесь тебе не столица. Сюда если раз в год проверку присылают — уже хорошо. Точнее, плохо, потому что с этой проверкой такая хреномуть начинается — не приведи великий дух. А толку от неё, как от козла молока. По отчётам у них всегда всё хорошо. А на деле видишь, как выходит? Но хватит о грустном. Расскажи лучше о себе.
— Так моя история тоже не из весёлых.
— Давай-давай, рассказывай. Откуда ты? Чем раньше занимался? Как попал сюда?
Я рассказал Якуту то же, что прежде говорил другим своим знакомым, в том числе, про ситуацию в семье, в которой мне приходилось жить.
— Так ты реально бастард? Или я что-то не понял? — уточнил Якут.
— Если честно, сам не знаю, но думаю, что это — ложь. Отец за что-то ненавидел мою мать, а вместе с ней и меня.
— Так ты сделай ДНК-тест — узнаешь.
— А что толку? Скуратов — богатый и влиятельный князь. Я этим ДНК-тестом только подтереться смогу. Меня всё равно и обратно не примут, и наследство не дадут.
— Зато правду узнаешь.
— Это точно, — я задумался над словами Якута. А ведь, действительно, можно сделать анализ. Тогда-то уж всё узнаю, и либо подтвержу свои догадки, либо… удостоверюсь, что я — обычный ублюдок, которому нет места среди благородных.
— Ну? Чего нос повесил? Всё нормально будет, — подбодрил меня Якут. — Поболтал бы я ещё, да ты на построение опоздаешь. Поэтому чапай давай, пока начальство лещей не надавало.
Якут верно говорил: настенные часы показывали уже без пятнадцати десять, пора было возвращаться на «базу».
На обратном пути я обдумал наш разговор. Оказывается, здесь не одна, а минимум, две банды. Якут, конечно, уверял, что его группировка ничем незаконным не промышляет, но кто знает, как на самом деле обстоят дела?
В пятницу строевая подготовка по расписанию была перед обедом. Марширование по плацу меня раздражало, особенно когда его ставили вместо реально полезных занятий. Но зато на перерыве я снова встретил Соню. Она стояла рядом с толпой первокурсниц и общалась с подругами. Я поспешил к ней.
Девчонки одарили меня улыбками и поздоровались. Мы с Соней отошли подальше.
— Ты всё ходишь в зал, да? — произнесла Соня. — А у меня не получается. Позавчера было дежурство, вчера пришлось приглядывать за моим отделением. Надеюсь, сегодня удастся вырваться.
— А сегодня у меня не получится. Тоже дежурство.
— Ну значит, в другой раз. У вас, кстати, завтра будет марш-бросок?
— Да без понятия. Не слышал ничего про это.
— Говорят, будет у всего первого курса.
— Ну раз так, то завтра и увидимся где-нибудь на привале. Хорошо?
— Ладно. Договорились.
Свистки унтеров возвестили об окончании перерыва, и мне пришлось идти в свою роту.
Про завтрашний марш-бросок я действительно ничего не слышал до разговора с Соней. Но на вечернем построении старшина всем об этом сообщил.
— Завтра особенный день, господа курсанты, — сказал он. — Вам предстоит пеший марш-бросок. Расстояние — сущие пустяки, всего пятьдесят километров. Поэтому готовьтесь. Что? Не привыкли ножками топать? Это поправимо. Завтра чтоб были все в полевой форме на построении. Как обычно, полвосьмого. Старший унтер-офицер Репнин отвечает за подготовку вещей и провизии. На этом всё. Рота — разойдись!
Репнин выцепил пятёрку бедолаг, чтобы собирать снаряжение, а все остальные отправились готовиться ко сну. Я ещё никогда не проходил за день пятьдесят километров. Наверное, не такое уж простое занятие. С другой стороны, если энергии много, любые физические нагрузки становятся в разы легче.
Утром, сразу после построения, нам выдали ранцы, подсумки и боевое оружие, и вывели из общежития. Полевая форма отличалась тем, что она была полностью покрашена в цвет хаки, в том числе ботинки с высокими берцами. Китель же казался посвободнее и не имел дурацкого стоячего воротничка.
Снаряжение было стандартным за исключением того, что нам не выдали патроны. Оружие — обычные автоматы Калачова. Нас пока научили только разбирать и собирать их. Стрелять ещё не давали. У офицеров при себе имелись модуляционные винтовки, но нам такие не доверили.
Перед общежитием собрались все: капитан, поручик, старшина и унтер-офицеры. Были и офицеры из других рот. Возглавлял марш-бросок какой-то подполковник.
Наконец, все построились, унтер-офицеры проверили наше снаряжение, затем прозвучала команда «налево», роты повернулись и одна за другой двинулись с места. Через главные ворота стройные ряды курсантов покинули территорию спецшколы.
— Вперёд, живее, не проснулись, что ли, салаги дохлые? — подбадривал нас старший унтер-офицер.
А я шагал и думал: ну вот, целый день придётся тратить на то, чтобы пилить по пустыне в никуда, а потом — обратно. Очередное бесполезное занятие. С другой стороны, прогуляться — не такая уж и проблема. В прошлые выходные я сутки по Солнечному бегал — хоть бы хрен. А сейчас — автомат на груди и ранец за спиной, но они меня ни капли не обременяли.
Подразделение добралось до перекрёстка, но не свернуло на автомобильную дорогу, а потопало дальше по грунтовке, что вела к самому горизонту.
— Ну, сейчас прямо к иным припрёмся, — шутил Серёга.
— Не гони, мы в другом направлении идём, — проворчал Никита.
— Зачем вообще нам ходить пешком, если есть машины? — поинтересовался Миха.