— У тебя хорошо поставлен удар, — сказал азиат, когда я обернулся.
— Знаю, — ответил я. — Давно занимаюсь.
— Как давно?
— С десяти лет.
— О! Наверное, хорошо дерёшься?
— Неплохо.
— Ты из какой рот?
— Седьмая.
— Так и думал, что ты — первокурсник. Не видел здесь тебя раньше.
— Да, я первый раз.
— Уровень какой?
— А может, тебе ещё анкету заполнить? — мне надоел этот допрос.
— Да ты успокойся. Чего такой нервный? Меня Николай зовут. Фельдфебель из роты обеспечения. Теперь твоя очередь.
— Алексей, — представился его спутник.
— Кирилл, — ответил я. — Седьмая рота.
— Гаврюшина знаешь? Он унтер у вас.
— Да, он наставник нашего класса.
— О, значит, я о тебе слышал. Ты — э… Князев, кажется. Говорят, ты третьекурсников бьёшь иногда для профилактики, — Николай оскалил большие зубы, и его узкие глаза стали ещё уже.
Я сразу отметил про себя, что парень ведёт себя не заносчиво. Хоть и фельдфебель, но разговаривает со мной, первокурсником, на равных.
— Да, был случай, — подтвердил я. — Пришлось.
— Ну если кулаками работать умеешь, тут тебе — самое место, — проговорил Николай. — У нас всё просто: приходишь, когда хочешь, тренируешься, сколько хочешь. Драки приветствуются, но только на ринге и по правилам. Если нужен человек для спарринга, можешь обратиться к кому-то из завсегдатаев: ко мне или Алексею, например. Если будет ваш унтер, можешь к нему обращаться. Ты, кстати, так и не ответил, какой у тебя уровень?
— Двенадцатый.
— О! Это большой уровень для первого курса. А у меня пятнадцатый. Кстати, не хочешь тренировочный бой устроить? Размяться, так сказать.
— Прямо сейчас?
— Ну да, а что? Вон, ринг один свободен. Да ты не бойся, сильно бить не буду, — Николай снова оскалился. — Просто учебный бой. Один раунд. Ну, что скажешь?
— Хорошо, — пожал я плечами. — Пошли драться.
Мне самому стало интересно испытать себя. Николай был довольно силён — достойный соперник. Конечно, мой новый знакомый имел более высокий уровень, но такой разрыв не считался критическим. Недостаток энергии мог компенсироваться навыками. Не зря во всех бойцовских состязаниях каждая категория включала три уровня: первый-третий, четвёртый-шестой и так далее.
Мы с Николаем находились в пятой категории, но если он хорошо дерётся, я мог и не вывезти поединка. Давно не спаринговался.
Мы направились к рингу.
— Ты откуда сам? — спросил Николай.
— Из Екатеринбурга.
— О! Из самой столицы. А я — из Якутска. Третий сын князя Сосновского. А третьих сыновей у нас испокон веков отправляют в защитники. Обычно меня так и зовут — Якут. Позывной такой. А ты — тоже сын князя?
— Да, — коротко ответил я.
— Лёша, засеки семь минут, — велел Якут своему приятелю. — Одного раунда пока хватит. Выматываться не будем.
Мы с Якутом залезли на ринг и встали в боевую стойку. Лёха достал из кармана секундомер.
— Бокс! — кричит он.
Поединок начинается.
Ни я, ни Якут нападать не торопимся. Кружим друг напротив друга, выбирая момент для атаки. Пристальный взгляд раскосых глаз, не отрываясь, следит за мной. Я тоже не спускаю взор с соперника.
Якут держит кулаки близко к лицу, моя стойка отличается, и руки выставлены вперёд. Похоже, мы изучали разные стили.
Противник резко сокращает дистанцию и делает выпад. Отклоняю корпус назад и перемещаюсь влево. Якут пытается достать меня прямым. Я опять отскакиваю влево и провожу лоукик. Хуком атакую в голову, Якут блокирует, бьёт, я пригибаюсь с одновременным ударом по рёбрам и тут же бью апперкот, но Якут делает шаг назад. Промахиваюсь и сразу же разрываю дистанцию.
— Молодец! Хорошо дерёшься, — подбадривает меня Якут, оскалив зубы. А в следующий миг снова делает грозную гримасу.
Я ничего не отвечаю, морально готовлюсь к следующему контакту.
Противник опять теснит меня. Атакует джебами. Я отклоняю голову, двигаюсь по кругу. После четвёртого тычка левой Якут проводит двоечку, промахивается и бьёт боковой удар ногой в голову. Блокирую, закрывшись предплечьем, и с разворота пробиваю ногой в грудь, заставив противника отступить.
Он пятится, но тут же вновь бросается в бой. Я такого не ожидал, однако благодаря реакции улавливаю момент. Блокирую руку противника и бью с разворота локтем назад, блокирую вторую руку, хуком попадаю в челюсть. Пригибаюсь с одновременным ударом локтем в живот. Обеими предплечьями отбиваю ногу противника. Делаю подшаг и луплю коленом в солнечное сплетение, отклонив корпус.
Якут отскакивает на несколько шагов и встаёт в стойку. Он силён — это сразу видно. Тело крепко и почти не чувствует ударов, как и моё. А вот с реакцией у него дела обстоят хуже, что даёт мне преимущество.
Реакцию развивать крайне сложно даже светоносному с сильной энергетикой. Насколько мне известно, самые высокий в мире показатель реакции — пять с чем-то. Обычно у тренированных бойцов — в районе двух-трёх.
— Отлично! — восклицает Якут. — А теперь давай по-серьёзному.
Ну что ж, по-серьёзному, так по-серьёзному. Интересно, что это значит?
Вскоре я понял, что имел ввиду Якут.
Он делает резкое круговое движение руками и снова сжимает кулаки, напрягая изо всех сил мышцы — направляет энергию.
Я ничего подобного не делаю. Я пока не освоился с этой техникой и не научился длительное время работать в таком режиме. Могу быстро устать. Пусть уж мой противник выдыхается, а не я.
Якут прёт напролом, как танк. Он атакует меня кулаками в корпус. Пытаюсь блокировать, но удары слишком сильны — не получается. Мои внутренности сотрясаются от каждого удара, ещё немного, и содержимое брюха превратится в фарш.
Противник бьёт ногой, я ухожу в сторону. Снова наступает, но на этот раз я сам бью ногой с разворота. Это вынуждает его остановиться. Улучив момент, повторяю приём и попадаю точно в челюсть. Перехватываю инициативу, пробиваю двоечку в голову и боковой удар ногой.
Противник чуть не падает, но ему удаётся удержаться на ногах и разорвать дистанцию.
— Раунд! — крикнул Лёха.
Пришлось остановиться, хотя победа была близка: ещё один контакт — и мне точно удалось бы нокаутировать Якута. Не успел.
— Очень хорошо дерёшься, — Якут протянул мне ладонь, и мы обменялись рукопожатиями. — У тебя талант.
— Просто много занимался.
— Оно видно. Спасибо за разминку.
— Тебе тоже.
— Время уже много. После построения приходи.
— Не, сегодня я уже — всё.
— Как знаешь. Приходи в другой раз.
Якут пролез между канатами и спрыгнул на пол.
Пока мы дрались, к рингу стянулись несколько курсантов. Они стояли и глазели на поединок, а когда мы закончили, тоже стали расходиться.
И тут мой взгляд упал на двух девушек, что толклись в сторонке. Я сразу узнал Соню. Она была одета в военные штаны и безрукавную майку, которая ещё сильнее подчёркивала её фигуру.
Я тоже слез с ринга, но к Соне подходить не стал. До сих пор меня мучила досада из-за того случая, хоть я и сомневался в вине девушек.
— Кирилл, — Соня окликнула меня.
— Да? — я обернулся и сделал вид, будто только что увидел. — Привет. Что ты тут делаешь?
— Да вот, решила заняться тренировками, — Соня подошла ко мне, и мой взгляд невольно упал на две дыньки, обтянутые майкой. — А ты, смотрю, тоже боксом увлекаешься?
— Да, я, кажется, уже говорил.
— Извини, что так вышло прошлый раз. Наш план раскрыли, мы ничего не смогли сделать. Унтер-офицерша очень злая была. Нас всех наказала, — Соня опустила взгляд и поправила выбившуюся на лоб тёмную прядь волос. — Не думала, что так получится.
Кажется, она не врала, и я был этому чертовски рад.
— Да, унтеры совсем продохнуть не дают, — согласился я. — Так и думал, что вас поймали. Аккуратнее надо быть. Ты сейчас в общагу?
— Конечно. Скоро построение.
— Пошли.
Я взял олимпийку, Соня накинула китель, и мы вышли на улицу. Надо было поторапливаться к построению.