С трудом встал на ноги. В ушах звенело. В глазах плыло. Ноги дрожали. Где мой меч? Начал судорожно искать его взглядом. Он вонзился в пятнадцати метрах от меня среди трупов упырей и живых. Сделал шаг и тут же упал на одно колено. Зверски хотелось пить. В горле пересохло, как в одной известной пустыне. Враги быстро догадались о моём душевном и физическом состоянии. Скопом ринулись, перепрыгивая мёртвых сотоварищей. Да так рьяно, что казалось, будто они сами себя задавят насмерть. С тяжёлым трудом вытащил винтовку из кобуры. Не целясь, нажал на спусковой крючок. Щелчок. В предыдущий раз я её не перезарядил. Печально. Мои руки были все в крови, и ловко перезарядить винтовку у меня точно не получится. Да и времени не хватит.
Собрался с последними силами. Первого упыря встретил точным ударом приклада в челюсть так, что челюсть вылетела с места. Второму молниеносно вонзил нож в черепушку. Третий же кровосос снёс меня и начал пытаться загрызть, но всё было безуспешно, так как я выставил руку. Вонь изо рта меня выводила из себя, но из-за моего состояния я не мог дать отпор. Приходилось только сдерживать напор. Бешеные маленькие чёрные глаза смотрели на меня, а клыки только царапали наручи. Почувствовал ещё больше веса на себе. Только сейчас обратил внимание на ещё пятерых вампиров.
Закрыл глаза. Не хотелось бы видеть свою смерть. Причём от низших одичалых вампиров, которые больше похожи на озверевших Голумов из одной трилогии. Всё, я сдался. Не было больше сил сдерживать массу в несколько десятков килограмм. Хотел только расслабить руку, как вдруг почувствовал небывалую лёгкость. Открыл глаза и увидел рассветающее небо. Жаль, до рассвета минимум полчаса. Повернул голову и увидел черного оборотня, который разрывал на части одичалых вампиров. С трудом встал на ноги. Нашёл в кармане одну ягоду чёрной смородины. Кинул в рот. Проглотил. После боя мне точно будет хреново. Главное, сейчас не помереть смертью храбрых и тупых.
— Отступаем, — крикнул я Костнеру.
Тот на моё удивление меня понял и ринулся к временному лагерю. Я же ринулся к мечу. Вытащил последний разрывной болт. Активировал его и бросил в самую гущу кровососов. В подкате спрятался за горкой трупов. Взрыв. Верхушку трупов снесло ударной волной. Вскочил на ноги и ринулся к мечу. В кувырке настиг меч. Схватил за рукоять. В развороте вытащил его из земли и нанёс размашистый удар. Шесть частей тел упали возле моих ног. Не обращая внимания на приближающихся с трёх сторон низших одичалых вампиров, побежал со всей прыти к лагерю. Почти сотня метров. Не знаю, какой рекорд на сотку, но, кажется, я его побил. В последний момент залетел за импровизированный забор, как над моей головой пролетела ёмкость с жиром.
В кувырке встал на одно колено. Развернулся и увидел расползание языков пламени по площади с чёрным густым дымом. Пару вампиров попытались пройти через огненный барьер, но моментально вспыхнули и с воплями побежали назад. Жир долго гореть с такой силой не сможет, до рассвета тем более. Надо выиграть двадцать минут. Думаю, смогу, сорок минут же выиграл ценой своей жизни. Надо думать.
— Талиса, садись на коня и скачи прочь. Огонь вот-вот потеряет силу, и они точно прорвутся сюда. Мы не сможем тебя защитить, — только эта гениальная мысль пришла в мою голову.
— Зачем? — озадаченно спросил Костнер, который только что трансформировался в человека и как всегда остался голым.
— Мы сможем за себя постоять. Рассвет вот-вот начнётся. Они же боятся солнечного света…
— Нет, — резко ответила Талиса. — Он их ослабляет и режет глаза, но точно не убивает.
— Всё дело в том, что низшие одичалые вампиры питаются чем попало и из-за этого солнечный свет их не так сильно выжигает, нежели обычных кровососов, — сразу ответил Костнер на мой следующий вопрос. — Рассвет нас не спасёт. Их слишком много, — сделал неутешительный вывод.
— Почему низших одичалых вампиров назвали именно так? У них нет прописки или паспорт потеряли? — что-то меня потянуло на юмор в столь хреновой и патовой ситуации.
— Странный юмор у тебя, Арднер, — подметила Талиса. — Их так называют люди. Одичалые означает дикие. Хотя ты должен это знать.
— А сами вампиры?
— Низший сорт, — ответил Костнер.
— Интересно, высший вампир бы справился с ними? — я сел на траву, и мне оставалось только наблюдать за ослабевающим пламенем. — Он же бессмертный. Даже мы не смогли с ним практически ничего сделать. Эти придурки точно не смогут причинить ему вред.
— Если верить слухам, то даже стражи смерти боятся заходить на приграничные территории. Много было стычек, и все они были не в пользу чистокровных вампиров. Возможно, высший вампир смог бы всех тут убить, но сделал бы это с большим трудом. Укус одичалых вызывает множество болезней не только в человеческом организме, — Талиса села рядом со мной. Обняла меня, несмотря на то, что я был весь в чёрной крови упырей и вонял, не пойми, чем. — Нам никто не поможет. Мы сами решили идти на такую глупую смерть, — хихикнула она.
— Озёрные монстры питаются ими? — спросил я, так как увидел пару следов от ударов хвостов недалеко от берега.
— Разве что озёрные драконы и змеи. Им без разницы кого жрать. Хотя они на берег редко выходят, — устало ответил здоровяк и сел рядом со мной. Достал вторую ёмкость и кинул в огонь. Пламя резко увеличилось в размерах, вследствие чего подожгло ещё несколько упырей. — Чтобы заставить этих тварей выйти на сушу нужно предложить лакомый кусочек…
— Например? — оживлённо спросил я.
— Странно, но они резко реагируют на человеческую кровь, хотя людей целенаправленно не жрут, — просто ответил здоровяк. — Так, стоп! Ты что удумал?
— Хочу пригласить третью сторону за стол. Негоже соседей обижать в самый разгар вечеринки, — я вскочил на ноги. — Нужно Санту обложить всеми возможными вещами, чтобы избежать укусов одичалых, — я принялся сам стягивать покрывало с временного стола и укрыл заднюю часть тела коня.
Талиса и Костнер решили не переубеждать меня, а помочь. Через пару минут конь был готов штурмовать крепость. Картонную крепость, но всё же крепость. Костнер зарядил всё моё оружие и расположил так, чтобы можно было легко достать и воспользоваться им. Я же вымыл руки водой из фляги. Осушил всю флягу и несколько капель накапал в глаза. С этим сумасшествием забываешь про собственный организм.
— Санта, — обратился я к коню. Талиса и Костнер странно как-то на меня посмотрели, но решили промолчать. Знаю, выглядит нелепо, но Санта мой друг, и не раз рисковал своею жизнью ради меня. — Сейчас мы с тобой будем прорываться к воде. Путь будет максимально сложный, и твоя помощь и отвага будет мне кстати. Я понимаю, что огонь не твоя стихия и ты боишься его, как ог… — не стал продолжать. — Если ты откажешься, то я всё пойму, — Санта склонился передо мною, давая знать, что готов к моему безумному плану.
— Значит, всё-таки твоему плану сбыться? — обеспокоено спросил Костнер. — Только точно выживи на этот раз. Не хотелось бы твои останки закапывать в землю.
— Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Лучше что-то предпринять и умереть, зная, что ты сделал всё возможное, нежели ждать смерти просто сложа руки, — я рассмеялся. — Прежде чем закапывать, подождите денёк. Может я живой, и просто притворяюсь?
— Замётано, — похлопал меня по плечу здоровяк.
— Удачи, — обняла меня Талиса, когда Костнер ушёл готовить холодное оружие. — Обязательно вернись.
— Обещать не буду, — улыбнулся я, как всегда неуместно.
— Тогда соври, — она провела рукой по моему лицу.
— Обещаю вернуться.
Запрыгнул на коня. Быстро проверил своё вооружение. С кобуры снял защитную петельку для быстрого изъятия. Арбалет решил не брать, так как нам прыгать в воду, и не хотелось бы ломать такой капризный механизм. Хоть арбалет не ломался, но я знаю его механизмы, и будет печально, если что-то начнёт ржаветь или разбухнет не вовремя. Взял в руки два разрывных болта. Нужно прикрыть свой уход героически, как делают все нормальные герои. Жаль, город разрушить не получится. С этой мыслью я усмехнулся. Кивнул головой Костнеру и Талисе. «Вперёд, Санта» — шепнул коню и тот со всей своей прыти помчался к озеру.