На эту тему я Чайку строго-настрого проинструктировал:
- Слушайте сюда, госпожа младший лейтенант! Зарубите на своём конопатом носике: на дронах не должно быть ни грамма взрывчатки! Вообще! Только краска! Вы лично за это отвечаете.
- Слушаюсь, господин майор! – она вскочила на кровати, отдавая честь; одеяло при этом сползло с её плеч, обнажая сами знаете, что.
- Вот только не надо дурачиться… если кто-то получит ранение, я Вас застрелю сам лично. И потом сам застрелюсь. Ей-Богу, так и будет!
- Вы лучше меня по-другому накажите. Можете даже отшлёпать…
- М-м-м-м,.. – призадумался я. – Рукоприкладство – это не ко мне… а вот насчёт наказания у меня одна идея уже есть. Пожалуй, я накажу Вас заранее, а то потом мало ли как получится…
И я жадно набросился на это маленькое хохочущее чудо… Так что в тот день я мог надеяться, что взрывчатки на дронах и правда не будет.
Атакующие получали преимущество: они могли пользоваться «глазами» БПЛА и даже сами атаковать: как это делается – я читателям уже объяснил. Целью учений была отработка взаимодействия командиров и дроноводов: командиры могли просить «посмотреть вон за тем углом», а дроноводы – сообщать местоположение врагов, которых не удалось запятнать, или, наоборот, удалось: мы при этом получали представление о том, какой участок «зачищен».
«Пираты» разошлись по «домам»: мы дождались от них сигнала «Готовы!».
- С Богом! – перекрестился я, и все командиры повторили мой жест. И даже дроноводы.
Вскоре дроны, зажужжав, словно луговые шмели, поднялись с земли и полетели к «посёлку». Девчата, нацепившие FPV-очки [First Person View] для наблюдения за дронами, с напряжёнными лицами принялись выискивать цели.
Я через шлем попросил Чайку поделиться картинкой. Ух, ты! – её дрон влетел в оконный проём и принялся летать по комнатам, как муха; я невольно ёжился от ощущений, что на такой высокой скорости могу больно задеть плечом дверной косяк.
- Чайка, приём! Слетай на кухню.
- А где тут кухня?
- …!!! Я не понял: меня баба спрашивает, где в доме располагается кухня?!
- А я жила в другом доме, очень большом, и у нас была своя кухарка,… - обиделась девушка.
Ах, да! Как я мог забыть, что в том пейнтбольном клубе играли детишки из богатых семей? Неловко получилось…
- Хм… тогда так: посмотри в других помещениях, а я сам скажу, которое из них – кухня…
- Бренд, есть поражение! – радостно завопила Мышка.
- Дай картинку… молодец! – я не мог удержаться, чтобы не позлорадствовать от вида испачканного. – О, привет, Майк! Да кто бы сомневался… Ты это нарочно, да? Тебе и правда не хочется на учениях много бегать?
- Обижаешь, Бренд, - ответил тот. – С чего ты так решил?
- Если бы ты хотел воевать, то попытался бы сбежать, а так у тебя клякса прямо на забрале! Ты что, по стойке смирно стоял, что ли?
Майк стянул с головы шлем и спросил, прижимая его к губам, чтобы микрофон был недалеко:
- Бренд, а как ты меня узнал в этом мешке?
Все «пираты» натянули на себя просторные костюмы химической защиты, скрывающие контуры их тел, чтобы защититься от краски с дронов, а на них нашивок с именами не имелось. Но на костюме Майка красовалось давнишнее замытое зелёное пятно, которое разоблачало его с потрохами. Разумеется, я об этом ему не сказал:
- Интуиция, Майк, интуиция… Я же говорил тебе, что насквозь тебя вижу!
- Чур-чур меня! – он снова истово перекрестился.
- Бренд, я кухню нашла, - похвасталась Чайка. – Тут холодильник стоит: у моей подруги детства точно такой же на их кухне стоял, а они жили в бедняцком районе… Какая-то древняя модель: они, представь себе, покрывались внутри льдом!
- Молодец, Чайка! – похвалил я. – Ведь можешь, когда хочешь!
- Когда я хочу, я всё могу! – похвасталась эта засранка на весь эфир.
- Бренд, Вы должны сами это увидеть, - позвала меня Зубрилка по личному каналу. – Даю картинку…
Я принял её предложение. Так, что тут у нас? Вроде бы пустая комната…
- Под кроватью ноги торчат, - уточнила девушка-оператор.
Ага, точно! Причём, две пары ног, и все голые…
Я приказал дрону атаковать – он брызнул по обнаруженным ступням струёй краски. Прятавшиеся под кроватью панически рванулись прочь, едва не опрокинув её: я увидел двух голых молодых людей разного пола. Девушка сразу кинулась напяливать платье, показывая мне лишь ягодицы, а парень, решив выяснить, кто обрызгал их непонятной фигнёй, воинственно уставился в объектив дрона, но, поняв, что это – дрон, сразу съёжился и тоже метнулся одеваться, отвернувшись.
У пойманной с поличным развратницы фигурка, как я успел заметить, была очень даже аппетитная. Но это и понятно: бойцу, которого мы застукали, фуфло не втюхаешь. Гурман, блин! Если кому-то из нас требовалось достать нечто эксклюзивное, то шли к нему. Поэтому мне и не хотелось «валить» очень удобного человека…
Я злобно сорвал шлем и позвонил по сотовому. Адресат на звонок всё-таки ответил.
- Авнер, что за хрень?! – крикнул я. – У тебя что, совсем кукушка поехала?! Ты же в увольнение сегодня должен быть и тусить в столице!
- Я в увольнении, Бренд, - подтвердил мрачно тот. – И могу сегодня делать всё, что хочу. И не обязательно в столице…
- Но, б****, не на учебном же полигоне! – заорал я, взбесившись. – Это же территория части!
Тот не ответил.
- Давай так: одевайтесь и снова прячьтесь. Но получше! Никуда из этой комнаты не выходить до окончания учений! Понял?
- Так точно, лэр!
Я сунул телефон в карман и снова напялил шлем:
- Мэри, - приказал я Зубрилке. – Сообщите всем, что в том доме – чисто. Как поняла, приём?
- Поняла, лэр, - ответила она с явной ноткой насмешки.
Вскоре я и правда услышал на общей волне её сухой отчёт, что «там всё чисто».
«Ведь говорил же я Полковнику, что вся дисциплина пойдёт под откос к чёртовой матери,- мрачно подумал я. – И я – самый первый же на этом и попался…»
На общей волне неслись азартные крики:
- Ещё один убит! 3 – 2 очищен, приём! – это радостно пискнула Мышка.
- Понял: 3 – 2 – чисто. Фрэнк, беги на 3 – 2, как понял?
- Понял, Бренд: 3-я линия, 2-й дом.
- 3 – 1: не смогла поразить! Дрон потерян. Прошу помощи!
- Мэри, иду на 3 – 1, - отозвалась Чайка.
Девушки устроили настоящее аэрошоу: дроны под управлением искина нарезали круги вокруг «городка», пытаясь уловить малейшее движение, а, обнаружив таковое, подавали хозяйкам сигнал – те, взяв управление, атаковали цели уже «вручную». Конечно, дроны это могли бы делать и сами, но тогда для «оборонявшихся» настал бы лютый трэш. К тому же, в населённых пунктах давать искину полную волю нельзя ни в коем случае: ему абсолютно всё равно, кого крошить: хоть бандита, хоть старушку – всё, что движется и не подаёт сигнал «я – свой», для него – достойная цель для поражения.
- Ой, мой дрон одеялом сбили! – расстроилась Чайка.
- Батькина!!!
- Виновата, лэр! Пираты сбили мою птичку, суки грязные! – выругалась Леночка.
- Вот так и докладывайте! Чётко и по-военному, безо всяких «ой!»
- Слушаюсь, лэр!
«Моя школа! – самодовольно подумал я. – А вы думали, что пираты до такой ерунды не догадаются? Однако, кто ж там ловкий такой?- две птички посадил, гад…»
- Фрэнк! Иди на 3 – 1, но осторожно: посмотри, кто там? Коха! Ты же на 2 – 1? Иди тоже на 3 – 1, помоги Фрэнку.
- Слушаюсь, лэр!
- Слушаюсь, лэр!
По общему каналу продолжали звучать сообщения и ругательства – обычная музыка боя. Так-то всё шло нормально: мы, имея техническое превосходство, выносили «пиратов» безо всяких для них шансов.
- Бренд, - позвал меня Фрэнк по личному каналу. – Мы с Кохой взяли 3 – 1. Только… хм… об этом нам лучше молчать…
- Что у вас там за хрень? Говори по существу!
- Тут Авнер, Бренд… и не один! С бл*ю какой-то…
- Я тебе покажу «б*дь»! – до меня донёсся девичий крик, а потом – приглушенный удар.