Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

И только Ганс с самого начала обращался ко мне «лэр»… такие вещи надо ценить!

Дойч погнал милостиво подаренную нам самоходную телегу по одной из улиц, и я имел возможность насладиться ещё некоторыми кадрами, подаренными лично им: на одной из улочек он столкнулся с колонной противника, которая, пригибаясь, бежала вдоль забора в сторону центра. Похоже, они измучались лазить по кустам и решили хотя бы немножко пробежаться по открытой местности,- пока дроны не засекут, а тут такое…

Пулемётчиком я поставил парня из третьего отделения, который на учениях просто обожал палить из пулемётов. И вот тут ему выпал такой козырной подарок!- больше десятка целей на расстоянии меньше 10 метров, почти вплотную друг к другу, расставленных в одну линию, вдоль которой они проезжали… и спаренный пулемёт в его руках на турельной установке.

Какого чёрта эти придурки не бросились прятаться, услышав шум двигателя? Наверное, решили, что это их «танки», или у них от усталости и страха перед дронами мозги совсем соображать перестали. По монитору этого не понять, а объяснять по связи мне никто докладывать не соизволил. И вот вам кино: изумлённые бойцы, смотревшие, разинув рот, на шайтан-арбу, обшитую кое-как досками, не успели даже понять, что за чудо им явилось, как были мигом расстреляны, словно в тире – в лучшем случае некоторые из них лишь успели вскинуть своё оружие и пальнуть пару раз почти наугад, от пояса. Джип покатил себе дальше, пулемётчик помахал им рукой, а они, растерянно опустив руки, провожали взглядом наше чудо техники, перепачканные оранжевым от макушки до пяток.

Надо сказать, что Ганс в тот день поработал на славу, гоняя джип туда-сюда по моим указаниям. «Убитые», конечно же, докладывали по связи своим товарищам координаты нашего «бронетранспортёра», но остановить его так и не смогли. Кто-то от отчаяния выбегал на дорогу, замахиваясь гранатой с краской, но сидевшие в кузове и кабине наши бойцы таких камикадзе расстреливали ещё на подходе. Один из врагов, уже «убитый», швырнул-таки гранату в наш автомобиль, но комиссия не признала такой подвиг: наоборот, его взвод получил штрафные очки.

И вот, наконец-то, преодолевая препятствия и сопротивление, попадая в ловушки и засады, остатки «охотников» вышли-таки к зданию мэрии и засели в близлежащих домах: точь-в-точь, как мы когда-то в прошлый раз! Но имелось отличие: в тот раз джип с пулемётом в последнем бою воевал за «охотников», а сейчас – за «пиратов», и поэтом красовался невдалеке от входа в мэрию, вызывающе целясь пулемётами на площадь перед ней. А ещё «охотников» со всех сторон плотно опекали «пираты», уклонявшиеся от прямого боя и быстро убегавшие через просеки, закрытые для других.

- Эй, Бренд! - крикнул Коршун на командной волне. - Всё, война окончена! Ты окружён! Давай, сдавайся и поехали домой!

- Коршун, ты какой шмали накурился? - удивился я, поперхнувшись. - Мне вот кажется, что окружены как раз вы!

- Даю тебе 15 минут!

- Да хоть сейчас начинай!

Я повернулся к парнишке, отиравшемуся возле меня под видом техника-консультанта. Эх, ведь школьник ещё сопливый, а такой проныра! Сразу чувствуется, что его родители не картошку по полям окучивают: у него одежонка даже на первый взгляд ого-го какой стоимости! И вот этот салага сейчас держит в своих руках исход нынешних учений, мой успех или… не очень большой успех: всё-таки мы славно потерзали наступавших.

- Ну, как, сработает?

- Да не в первый раз!

- Отцу потом спасибо скажи.

- Скажу, - пообещал он с таким видом, что стало понятно: забудет сразу.

«Охотники» пошли в атаку. Сразу со всех сторон: и через площадь, и через одичавший парк позади здания мэрии. Изо всех зданий, до каких смогли добраться.

Дроны роем комаров порхали вокруг мэрии, пикируя на бегущие цели. Весь наш второй этаж огрызался «огнём» из каждого окна. Джип с пулемётом рванул прочь, спасаясь от атакующих, укрывавшихся за деревцами и подбиравшихся всё ближе без оглядки на потери. А я наблюдал за всей этой бойней из бинокля, бегая от одной стороны второго этажа на другую.

Обозлённые «охотники» вломились в здание мэрии, но первый этаж встретил их пустотой. Они пометались по комнатам и вышли на лестницу, но она оказалась завалена хламом наглухо: я использовал опыт с пострадавшего горного курорта.

- Бренд, что за ***! – взбесился Коршун. - **** ты это сделал?! Давай, разбирай сам теперь!

- Ещё чего! – засмеялся я. – Заложники кому нужны: мне или тебе? Гут арбайтен – филь ессен, как Ганс выражается.

Целый день джип в своём кузове возил разный хлам и обломки, собранные по всему городку, - и перед последней фазой боя мы сами себя закупорили на втором этаже. «Охотникам» не оставалось ничего другого, кроме как, злобно матерясь, начать растаскивать то, чем мы завалили лестничный пролёт.

- Сколько «охотников» в здании? Майк, Коха, Пауль, Виктор: рядом с вами много осталось?

- Никого не вижу: все как тараканы кинулись в атаку, передо мной – тишина! – ответил Майк.

- То же самое, - отозвался Виктор. – О, вижу: ещё несколько человек бегут к вам в мэрию. И ещё трое. Кажись, последние.

- Вижу, что осталось несколько человек: то ли охранение, то ли что, не пойму, - добавил Пауль.

- Никого не вижу, - сказал Коха без уточнений.

Я подбежал к окну на стороне Виктора: точно, ещё десяток добежал до мэрии, и все бойцы один за другим залезли в окно первого этажа.

Всё, ждать больше нет смысла.

- Давай! – кивнул я приданому мальчишке-технику.

Тот достал пульт и нажал на кнопку. На первом этаже послышались хлопки.

- Б*****, Бренд, что за ****?! Ты что творишь?!

- Коршун, ты труп. Посмотри на себя…

- ****!!!! Я тебя достану и ****!!!

- Господин Коршунов, Вам – штраф за засорение эфира. Прошу покинуть здание мэрии.

- Генерал-полковник, но Брендюрёв же воюет нечестно! Так нельзя!!!

- А пираты разве воюют честно? Или Вам кто-то из них обещал, что будет с Вами честно воевать?

Матерщина между тем заполнила весь первый этаж, и тому имелась веская причина: взорвались бумажные стаканчики с краской, забрызгавшие каждый кабинет. Их подарили мне члены пейнтбольного клуба, жаждавшие реванша за прошлый позор. Такие стаканчики взрывались не при выдирании чеки-предохранителя, а по радиосигналу: пацан нажал на одну кнопку – и все они хлопнули одним разом. Мы, используя наши самодельные лестницы, заранее закрепили их по всем стенам с помощью ветонита: мне подогнали целый мешок такой гипсовой смеси. Вот поэтому мы первый этаж и не обороняли: он превратился в одну огромную ловушку, и нападавших забрызгало с ног до головы.

Перепачканные, злые, недовольные «охотники» пошли на выход, нестройной толпой топая на окраину города – в место сбора «убитых». И больше штурмовать мэрию оказалось некому…

Я смотрел на монитор: «покойники» понуро брели по улице, и по ним никто не стрелял, а дроны лишь равнодушно смотрели на их шествие, не пытаясь атаковать. То и дело из-за забора выходил то один, то другой вполне себе «живой» боец и безвольно вливался в этот «парад мертвецов», забросив оружие за спину. Судя по всему, никто ни с кем не разговаривал: все были морально подавлены, и могли только молчать.

Когда последний «убитый» покидал площадь перед мэрией, то из ближайших зданий за уходящими поспешили последние из «выживших» «охотников». Хм, а ведь их оказалось не так и мало: в общем и целом, пожалуй, больше взвода уцелело, да только учения превращались в бессмысленную бойню: бойцы прятались, а за ними гонялись вездесущие дроны. Никаких шансов «спасти» хотя бы одного заложника у «живых» не оставалось.

- Как страшно,.. – подал голос мой юный техник, смотревший «парад мертвецов» с округлившимися от ужаса глазами. – Они как будто зомби… как в ужастике…

- Война, пацан,- это всегда страшно. Поверь мне, - вздохнул я и хлопнул его по плечу. – Скоро обед. Хочешь, я отдам тебе свой сухпай?

- Настоящий? Солдатский?

824
{"b":"982732","o":1}