Далее в лес закатилось два колёсных пазика. Оттуда выскочили хмурые люди при полной амуниции. «Забрала» на сферах были опущены, оружие опасно покачивалось в руках стволами вверх. Командир СОБРа - боевой майор, повидавший не один локальный конфликт, чемпион области в своем весе, скупо и быстро разобрался в ситуации, выписал фееричного поджопника ёлковору, матюкнулся, загадочно ухмыляясь, посмотрел вверх, где сидел более удачливый товарищ и в ожидании своего мвдешного начальства ушел к своим. От «своих» раздался хохот.
Спустя какое-то время, на совсем уже светло-черных машинах приехала верхушка ГУВД. Эти друзья наделали шума больше, чем все вместе взятые до этого. Разжаловали пепесов на месте, оторвали оставшийся погон, устроили какое-то непотребное разбирательство с прокурорскими, ну, а про жопу прикованного к «кенгурятнику» типа упоминать, я думаю, не стоит… опять что-то в горле запершило…
- Хлопни, дядя Боря!
- Ух-кгм… хорошо пошла! Закусить есть?
- Так вот же…
- Благодарю… В третей части я поведую о проблематике снятия человека с сосны силами специального отряда быстрого реагирования.
Как писала с свое время Семенова… ну, вы её не знаете: она – с нашей планеты,- небо было таким, что хотелось молиться. Есть такой краткий миг в зимнем дне, когда стерильная белесая голубизна небосвода откуда-то изнутри наливается чернотой. Короткие сумерки еще не наступили, а нежная синева наверху начинает приобретать ни с чем несравнимый смысл неотвратимой зимней ночи. В такое небо хорошо курить долгими пышными затяжками и думать о чем-нибудь красивом.
В тот раз думать о чем-нибудь красивом было некому. Полицейское начальство бесновалось, метаясь между прокурорскими, СОБРом и прикованным к кенгурятнику. Первые два коллектива сдержанно, а порой и не очень, отвечали в стиле «анеебет», а у последнего, как было сказано выше, болела жопа.
Все это могло продолжаться долго, но небо вновь напомнило о себе. Первым обратил внимание и напрягся опытный майор. Поскучнел, посерьезнел и что-то сказал своим.
Затем начали поглядывать вверх менее пьяные люди из прокуратуры. И только тогда, когда шум вертолетных лопастей приблизился чуть ли не вплотную, замолчали полицейские чины. Вертолет завис над опушкой ельника, и спустя пару минут, почти беззвучно, из-за раскидистых ёлок на место событий прибыло 12 человек. В отличии от бойцов СОБРа, они все были среднего роста, среднего телосложения, одеты легко, без выпирающей брони. Черные маски и изящное по сравнению с нашим автоматическое оружие дополняли мистический образ прибывших.
- Кто руководит операцией?- обратился один из «черных» к майору.
Майор посерьезнел и молча кивнул на одного из генералов.
- Обстановка?- уже у генерала спросил командир вновь прибывших.
- Человек на сосне,- мертвым голосом выдал генерал и показал наверх в сторону.
Черный обернулся, куда показали.
- Пацаны, ну его на фиг, пристрелите меня прям тут, сжальтесь, б***, уже, ну не полезу я к вам - убейте меня быстро: не заслужил я мучений,- наконец-то подал голос второй ёлкопил.
Все это время он наблюдал происходящее сверху. События, которые разворачивались внизу, почему-то не вдохновили его на добровольную сдачу в плен врагу.
На анализ ситуации у командира элитного спецподразделения ушло ровно 12 секунд. Развернувшись к генералу, он снял маску, зло посмотрел стальными серыми глазами на онемевшего полицейского командира и, сплюнув под ноги, выдал загадочное:
- ****, ****** ****** *********** *********!!!!!!!
После чего вернулся к своим, что-то сказал в рацию, и 12 человек в масках легкой трусцой припустили в ту же сторону, откуда прибыли. Там вновь нарастал звук приближающегося вертолета. Человек на сосне перекрестился, но этого никто не заметил.
Чукотская народная мудрость гласит: «Если злой олень насрал твоя шапка, подложи ее чукче-другу: в двоих вонять веселее.» Лев Пучков утверждает: "Стоять по горло в говне гораздо приятнее в хорошей компании, чем в одиночку» (цитата неточная). Современные специалисты кооперативной психологии дебильными словами предлагают разделять ответственность: так, мол, проще оставаться в зоне комфорта.
Наши генералы не были ни чукчами, ни писателями-беллетристами, ни современными психологами, но звериное чутье и житейская смекалка срочно требовали поделиться последствиями неожиданного западла, кое им устроили нерадивые пепесы.
-Майор,- один из генералов вспомнил, что он, хоть и пьяненький, но все таки генерал,-как тама оно выйдет - бабушкин пенис тебе не дедушка: второго дятла снимать надо.
- Э-э-э-м-м-м-м, господин Генерал,.. - начал было возмущаться майор.
- Майор, тебе погоны жмут? Тебе напомнить, сколько выезд СОБРа государству приходится? Ты на задании, приказ ясен?
Генерал не стал бы генералом, если б не смог в душе, по сути, простого воина найти нужную струнку. Тем более, какая, нафиг, струнка-то: был барабан субординации. Одно дело, когда полупьяный чинуша бесится перед тобой в бессильной ярости, а другое дело - приказ. Приказы, как известно, надо исполнять.
Аккуратно развернувшись через левое плечо, майор вернулся к своим. На этот раз помощи ждать было неоткуда, и консилиум на тему «как снять дятла с ёлки» затянулся.
Спустя несколько минут, когда все разумные варианты были отметены, и в ход пошли предложения типа «а давайте ему колыбельную петь: он заснет и свалится», майор закаменел лицом, обозвал подчиненных бл**скими х**выми шутниками, грязно выругался и отправил самого легкого вверх. То есть, ручками-ножками на вершину ёлки.
Самым легким оказалось тело всего 90 кг весом. Скинув броню, но оставшись в сфере (на улице прохладно, а сфера нагрета), тело полезло наверх.
Наш ёлочный охотник грустно наблюдал, как этакий металлический мячик, прикрепленный к большому собровскому телу, неумолимо увеличивается в размерах, иногда мутно бликуя пластиком забрала.
Нам остается только догадываться, какие мысли плавали в голове у будущей жертвы полицейского беспредела, но когда «легкий» соборовец приблизился на должное расстояние, несостоявшийся Бэтмен легонько лягнул его прямо в сферу. Сук хрустнул - тело низверглось.
Я не раз замечал: подниматься к вершинам сложно и медленно, а спускаться же оттуда - быстро и легко. Но неприятно. На вершинах, знаете ли, как-то комфортней, что ли....
«Легкий» собровец не посрамил вышеизложенного наблюдения и с криком «ой, *ля!» быстренько упанул вниз. Тут стоит поделиться еще одним наблюдением: чем больше мужик, тем он любопытней. Среди СОБРа мелких нет вообще. «Легкий» собровец приземлился на двух боевых товарищей....... таким образом, у командира образовалось три трехсотых. По той самой таблице «груз 300» - раненные. «Груз 200».... ну, я думаю, вы и без меня знаете.
Шутки шутками, а надо докладывать, благо начальство недалеко. Но вот так, из-за одного маромоя, на ровном месте не уберечь людей..... профессиональная гордость не позволяла.
Хз, чем бы закончилось дело, и выдержали ли бы нервы у злых, уставших, вооруженных мужиков, но тут опять вмешалось небо. Третий раз. Неудачливый поставщик VIP-ёлок в момент отражения атаки на высоту выронил ножовку. Ножовка была добротная, правильно разведенная и хорошо заточенная.
- Молись? сука,- зло пообещал майор вверх и принялся сам пилить дерево. Он командир, и за своих бойцов обязан отомстить лично.
Перепилив большую часть, майор дал команду, и бойцы начали раскачивать ствол. Сам же он отошел подальше, чтобы оперативно среагировать, в какую сторону будет падать ель и первым оказать теплую встречу на родной земле возвращенцу с неба. Для этих целей он даже отстегнул приклад.
Если бы я снимал кино, это было бы так. В кадре - черное небо с россыпью пронзительных ярких звезд. Далее кадр опускается вниз, вдалеке видны огни города. Еще чуть ниже и на фоне мутно-желтого светового пятна цивилизации видны верхушки елок. Они стоят ровно и неподвижно. И тут одна из острых верхушек елей начинает дергаться. Наезд камеры, дерганье усиливается, амплитуда возрастает. Еще ближе, ёлка впадает в панику и начинает мотаться как сумасшедшая.... раздается треск, и ёлка, сдавшись, заваливается в бок. Вот как-то так.