- Но можно засрать все, ничего не очистив.
- Отличный тост!
- Твое здоровье! Эй, Бренд, ты с нами?
- Конечно!!!
************
- Хотя… я сам, пожалуй, совершил.
- Белобрысый, у тебя после какой мания величия? Так, для справки: знаешь, где у тебя бекрень?
- Я, Боря, плохо представляю, где бекрень находится, но хорошо в курсе, где у меня рожон.
- Ты прям тостами говоришь! Нарежемся ж!
- На том стоим и не могем иначе.
************
- Эххх… Дело было под самый занавес,- рассказывал наш сосед.- Я там сплошь и рядом на "дембельских аккордах" играл. Начальство каждый раз обещало: мол, вон то сделаешь - и домой. А потом хохотали, как дети, что они меня обманули. И - по новой.
- А ты?
- А я был так рад их рожи не видеть, что изображал каждый раз африканские страсти. Отеллу давал в третьем акте. Типа, рвал на жопе волосы и размазывал ими фальшивые слезы по немытой харе. А потом по новой на объект и ляпота. Раз пять так…
- А потом?
- А потом они мне поручили забор разобрать. Метра три высотой, длиной метров двадцать. В два кирпича. И кирпичи сохранить для чего-то. У командира виды на них были: дом, вроде бы, достраивать решил.
- Одному поручили?
- Не. Семеро было. Но забор доисторический.
- Беда.
- Не то слово. Тогда ж цемент не тырили. Кажись, даже яйца в него добавляли. Куриные.
- И что?
- А там какие-то морячки неподалеку были…
- Хорош заливать, какие морячки? Ты ж где-то на юге служил…
- Меня на Клеону выслали за полгода до. Недостоин Алькубарчиды оказался.
- И причем тут моряки?
- А вот это – та самая Военная Тайна, которую Мальчиш-Кибальчиш буржуинам не рассказал… Ах, да, ты же с другой планеты… До моря - три тыщи верст, а часть ВМФ стоит. За каким хером - только Мальчиш и знал, наверное. Но его буржуины замучили. Сейчас спросить не у кого.
- За Мальчиша, упокой, Господь, его душу!
- Прозит! Эй, Бренд, ты с нами?
- Конечно!!!
************
- Так и чего?
- О чем мы?
- Обо всем. О заборе, моряках и твоем дембеле.
- А! Вспомнил. У морячков там установка по сжижению кислорода работала. Вот я у них ведро за пузырь и сменял.
- И что?
- Я ж физхимик, а не *** собачий. Мне ль не знать, чего бывает, когда в жидкий кислород масло попадает.
- Ты его сам лил?
- Сдурел? Там какая-то сложная система из веревок, палочек и кусмана солидола была. Не помню. Типа, ты из укрытия – дерг, а кусман этот в ведро – плюх.
- И?
- Чуть не оглохли все. *нуло так, что я сам не ожидал.
- Тебя оценили за находчивость?
- А как же. Помнишь рассказ про солдатскую смекалку?
- Угу. Заметка в "Боевом листке". Как-то на учениях в окоп к рядовому Сидорову закатилась граната Ф1 на боевом взводе. «П*ц!»-смекнул рядовой Сидоров. И, как всегда, солдатская смекалка его не подвела!
- За смекалистого Сидорова?
- Поехали. Эй, Бренд, ты с нами?
- Конечно!!!
************
- Так что построил командир?
- Ну, из того, что осталось,- возможно, конуру. И то для болонки, наверное.
- А у него кто был?
- Болонка и была.
- За новоселье болонки?
- Погодь. Гоним. Зато уволили меня сразу. Командир как услышал - 5 километров к нам бежал. Волновался очень.
- Как услышал? Позвонили?
- Не. Там и без телефона хорошо слышно было.
- Аааа… Прям прибежал и сразу дембель?
- Не. Прибежал, а мы уже то, что осталось, кучкой сложили и подметаем. Ну он за мной еще немного побегал с лопатой…
- «Немного» - это сколько?
- Два дня я от него прятался. Он, как меня видел, волновался очень.
- Аааа… Его понять можно.
- Ну, да. А потом так и говорит. Мол, не хочу, говорит, этого находчивого солдата больше видеть. Пусть, говорит, плывет он на катере к любимой матери… И меня уволили.
- За ДМБ?
- За ДМБ!
************
- А потом я на воле почудил малость, и мне местный Самый Главный Полисмен так и сказал: «Не хочу, мол, чтобы такой талант, как ты, в нашей глуши пропадал зря.» И вот я с вами!.. Эй, Бренд, ты тоже с нами?
- Конечно!!!
************
- А у тебя, Борь?
- А у меня… Пожалуй, тоже… Я ж в главном штабе Космических сил художником служил. Такие 3Д-визуализации делал – Рафаэль от зависти удавился бы!
- Рафаэль – это тот, который с 3-го батальона?
- Нет, который с Возрождения.
- Не знаю такого корабля…
- Тебе и не надо, поверь мне. Так вот: там было тепло и не дуло.
- Малина!
- Не говори.
- Гужевались мы там с фельдфебелем Петровым.
- Чего так официально?
- Из уважения к герою.
- А это он?
- Ну, да. Нам часто всякие генералы-маршалы открытки заказывали: друг дружку поздравлять. В тот раз Командор забежал свою забрать.
- Тот самый, который…?
- Ага.
- И как он?
- Клевый дед. Всё «сынки да сынки»… и без начальственного рыка. Он простых солдат любит, если они без залётов…
- И?
- Ну, у нас там на столах планшеты сушились после струйной распечатки, и, чтоб не повело, их сверху гирями прижимали. 24 кило. Ну, Командор живчик такой - ни секунды на месте не стоит. Бегает, улыбается, руками размахивает. И локтем эту гирьку возьми и столкни. Прям Петрову на ногу. У него ж дурной силы – вагон, ему эту гирю смахнуть – как мне стакан.
- Нехило. И что?
- И ничего.
- Как ничего?
- А вот так.
- Прилетела, значит, гиря рядовому Петрову на ногу, А ТОТ СТОИТ, НА КОМАНДОРА СМОТРИТ И УЛЫБАЕТСЯ. Тот аж вспотел. Говорит: «Ты как, сынок?»
А тот все улыбается - и спокойно так: мол, все хорошо, господин Командор.
Командор уж чего только не видел, а тут испугался явно. Может, грит, врача тебе, сынок? А тот: да не надо, мол, господин Командор. И улыбается. Ну, тот бочком, бочком и в дверь-шмыг.
Как его шаги затихли, Петров как завоет:
- ПИ-ДА-РАСССССУКАЖМАМУТВОЮЧЕРЕЗЗЗЗКОРОМЫСЛООООО!
И давай скакать на здоровой ножке, да больную нянчить.
Я чуть со смеху не сдох. Грю: быть, тебе, Петров, фельдфебелем, за героизм твой стойкий. И напророчил.
- За героизм?
- За героизм! Эй, Бренд, ты с нами?
- Конечно!!!
************
Как-то так я его и встретил, этот Новый год. Помнится, думал тогда: я в таком кругу быстрей сопьюсь, чем подвиг совершу.
Жизнь текла своим чередом. На полигоне мы старательно расстреливали горы автоматных патронов, на учебных штурмах «бумажных» мишеней становилось всё меньше, а дроидов – всё больше. Майку удалось в один день парочку из них «завалить», да мы ещё и в норматив времени уложились, да только этот «подвиг» никто не отметил: это же был не самый первый учебный штурм, когда мы вообще ничего не знали, что нас ждёт.
Иногда нам для учений давали боевое оружие, но только дроидов не ставили: техника – она дорогая, а дурная молодёжь покалечит её на раз-два. Целью таких учений было не столько посмотреть, как мы мишени расстреливаем, сколько отработать слаженность, чтобы мы по дури друг друга не перестреляли.
Однажды нас снова удивили: отвезли на другой полигон, где нас ни разу не было. Это оказался заброшенный городок: моё сердце сжала щемящая тоска от узнавания.
Грустно обвисшие уличные провода слегка покачивались на ветру. Так-то силовые кабели лучше всего укладывать в траншеи, но кабель – это гораздо дороже, т.к. изоляция – это и большие деньги, и лишний вес для звездолёта. Уложить кабель – это отвлекать мужиков рыть и закапывать траншеи: сплошные лишние расходы сил, денег и времени! Проще и дешевле протянуть провода на столбах… вот они сейчас и болтаются сиротливо, кого не сорвали.
Дорогу почти не видно: сквозь искрошившееся бетонное покрытие с торчавшими тут и там ржавыми проволоками повсюду пробилась наглая трава, кустики и даже кустарниковые деревья. Низенькие заборчики подгнили, покосились; повсюду видны места их обрушения. У домов нет ни дверей, ни окон: никто не оставит дефицитные стройматериалы гнить просто так – вот и чернеют они теперь провалами в стенах.