Генерал крякнул, ещё раз покачал головой. Затем придвинул к себе папку, лежавшую на столе, постучал пальцем по её заголовку, привлекая моё внимание, затем умелым выверенным толчком направил в мою сторону: она, проскользив по полированному столу, остановилась поближе ко мне.
- Читай вслух!
Я подошёл поближе, наклонился, начал читать:
- «Звёздная Конфедерация. Военно-командное училище…»
Что за чертовщина?! Померещилось, что ли?! Я перечитал заголовок ещё два раза, про себя. Потом глянул основную часть: «Учебные планы на … год».
- Что заглох, рядовой?- в голосе генерала зазвучал сарказм.
- Я ничего не понимаю, господин генерал-полковник!- лихо гаркнул я по формуле «отвечать старшим по званию только по делу, коротко и по существу».
- Тут каждый год встречаются не понимающие,- усмехнулся тот.- Вы попали в наше училище потому, что у Вас не хватило баллов поступить в более престижное. А у нас тут звёзд с неба не хватают: мы тут гораздо ближе к земле.
Он улыбнулся, обнажив жёлтые зубы и выпрямив усики в одну линию, и продолжил:
- Мы готовим не офицеров, а бойцов. Разумеется, наши выпускники могут получить и офицерское звание: и во время учёбы, и по окончании,- во время службы – и никто не будет от вас требовать диплома другого учебного заведения. Ибо вы все будете служить под контролем нашего же училища и… хм… ещё кое-кого… потом узнаете! Вот поэтому у нас тут нет ни вывесок, ни курсантов. Ещё вопросы есть?
- Никак нет, господин генерал-полковник!
- Свободны! И, да, не имейте привычку вламываться в кабинеты по личной прихоти. На первый раз прощаю, но потом – пеняйте на себя… У вас ведь сержантом – Белобрысый?
- Так точно!- я, хотя и смутился от такого неслужебного поминания нашего наставника, но, тем не менее, ответил быстро и без запинки. Втягиваюсь, блин.
- Я могу сделать так, что он Вам покажется лучше родной матери…
- Я всё понял, господин генерал-полковник! Больше не повторится!
Он милостиво кивнул мне на выход.
Само собой: вечером мы всей комнатой обсуждали полученный факт, что офицерских погон по окончании обучения у нас может и не оказаться.
- Жопа – она и есть жопа,- Майк впал в мрачное уныние.
- То-то я смотрю: что-то здесь не так!
- Я же сразу сказал: валить надо отсюда!- горячился Серый.
- А куда?- спросил я.
Ребята из далёких деревень стояли поодаль и лишь тупо слушали, не понимая разницы. Им, похоже, было вообще всё равно, куда они попали: лишь бы от крестьянского труда подальше.
- Может, куда на «гражданку» поступить успеем?- подал кто-то голос.
- А у тебя баллов хватит?
- Ну, если на что попроще, то хватит… наверное.
Между тем, мне мой вариант казался очевидным: если я вернусь, то моя дорога – на рыбоконсервный завод. Или ещё куда похуже. Я слишком понадеялся на «военный» путь, на блестящее офицерское будущее: я усиленно занимался спортом и, поелику возможно, изучал только то, что касалось военного дела – и сделал себя отсталым для других возможностей. И почему-то мне очень не хотелось возвращаться в городок, в котором такие до боли знакомые улочки, но на которых я уже не встречу Айку – аж сердце сжималось, едва об этом пытался подумать!
Ребята пошумели, поспорили, но, так как качать права местному начальству было бесполезно, а запасных вариантов ни у кого не оказалось, то почти все решили остаться – все, кроме того, который глупо попался на понтовом требовании пожрать и вдруг решил, что ему в этом училище уже не светит вообще ничего и ни фига. Что его целенаправленно задолбят, и выше солдата хода не дадут. Ну, Бог ему в помощь и скатертью льняной дорога!
И покатилась жизнь казарменными буднями…
Побудка, построение, гимнастика, столовая, учёба, обед, «личный час», изнурительные тренировки, чистка личного оружия, ужин, «кино», представляющее из себя набор пропагандистских роликов, зачастую повторяющихся, а иногда – развлекательные передачи и настоящее кино: как правило, «про войнушку», а в конце дня – отбой.
Это всё, вроде бы, само-собой разумеющиеся вещи, но при этом что-то было не так…
Во-первых, мы изучали образцы пехотного вооружения ХХ века, которые в те приснопамятные времена использовались на нашей Матери-Земле. Такая, мягко говоря, отсталость от жизни не могла не удивлять. Ведь в том же ХХ веке в военных училищах, уверен, курсантов не учили обращаться с аркебузами и мушкетами!
Во-вторых, современная война – это война дронов. Дроны-разведчики собирают информацию, боевые дроны атакуют противника: по одному или «роем», управляемым искусственным интеллектом (искином). Значит, современного солдата надо учить, как взаимодействовать со всей этой летающей техникой, а также с андроидами пехотной поддержки. И с дроидами-доставщиками-эвакуаторами. У нас должны были быть шлемы с широким интерфейсом, способные принимать и передавать информацию, а также давать солдату команды или советы. Это училище, конечно же, имело невысокий рейтинг, но ведь бойца в любом случае надо учить воевать не вилами и косами, а по-современному!- а иначе какая вообще будет ценность такого вояки, и кому он окажется нужен?! Хоть даже и с офицерскими погонами…
Это понимание у меня имелось лишь потому, что я, как уже говорил, собирал информацию про армию везде, где только мог. Мои же товарищи, похоже, вообще понятия не имели, кого из нас готовят: они просто послушно отбывали номер.
День принятия присяги для нас отличался лишь тем, что были отменены и учёба, и тренировки – это само по себе дало парням шокирующее разнообразие и блаженную расслабуху. Да только ради этого иные готовы были поклясться чему угодно: хоть костьми лечь за Звёздную Конфедерацию, хоть поцеловать чёрта лысого, а не только знамя училища! И, да, нам в этот день вручали боевое оружие: короткоствольные автоматы, идеальные для разгона любой толпы, но абсолютно бесполезные на современном поле боя. Но, раз уж мы изучали именно такое оружие, то нам и вручили такое…
На другой день Белобрысый, прохаживаясь вдоль нашего вымушрованного строя, толкал очередную пламенную речь:
- Слушаем сюда, бойцы! Вам вчера вручили боевое оружие. Вы, наверное, сейчас думаете, что уже не биомусор, а настоящие солдаты. Мне плевать, что вы там думаете: вы сначала должны доказать, что вам действительно можно давать в руки автоматы с патронами. Сегодня у вас будут учения со стрельбами, в ходе которых вам нужно будет штурмовать и захватывать здания. Ваша задача: как можно быстрее уничтожить условного противника и самим дерьмом не обляпаться. Задача ясна?
- Так точно, лэр!- выдохнули мы в едином страстном порыве.
По прибытию на полигон стало понятно, про какое такое дерьмо говорил наш сержант: нам раздали пукалки для пейнтбола! Из которых мы не стреляли ни разу, и у которых вес и форма оказались нам совершенно непривычными. Это была натуральная подстава!!!- но кому жаловаться? Мы, получая в руки эти детские игрушки, лишь хмыкали или просто делали большие глаза: нас уже научили, что любое неудовольствие, высказанное словами, немедленно каралось жестокими пинками или избиениями.
- Запомните, салаги: мишень считается поражённой только в том случае, если у неё будут попадания в область сердца или головы! В каждом здании поражёнными должны быть все мишени до единой! Если у вас для этого не хватит времени или боеприпасов – это вам защитывается как косяк, и штраф накладывается на весь взвод!- по-отечески напутствовал нас Белобрысый после раздачи «оружия и боеприпасов».- Если попадания будут по вашим бойцам – это тоже считается как косяк! Время для штурма здания – 15 минут. Вперёд, вперёд! Время пошло!
И он демонстративно нажал на кнопку секундомера.
Вот так вам, получите: ни плана здания, ни плана штурма – и даже нет плана, как нам выйти из этой ситуации или хотя бы не сильно опозориться.
Здания, которые нам предстояло штурмовать, представляли из себя установленные в правильные ряды бетонные коробки с пустыми квадратами вместо окон, которые, похоже, предварительно ещё и обстреляли ракетами. На каждом этаже оказались устроены настоящие лабиринты из дощатых перегородок на подставках, которые, в отличие от капитальных стен, можно переставлять, меняя, таким образом, всю схему расположения комнат, т.е. весь план здания. Полы обсыпало крупными обломками стен и мелкой крошкой, воняло строительной пылью и стойким запахом мочи: похоже, «воевавшие» до нас не стеснялись устраивать свои испражнения прямо тут же… Для полной достоверности везде тлели дымушки, источавшие белёсый дым с противным запахом.