External Armor Link: Kalashnikov «31-m/v/2» audit link — ESTABLISHED
Kinetic Absorption: 94.7%
Energy Dispersion: 92.1%
Stealth Coating: ACTIVE
Power Synergy: 99.1%
Мендоса почувствовал, как костюм обнял его. Плотно. Жадно. Словно живое существо. Любящее живое существо.
- Domine, miserere mei… — искренне вознёс он молитву, но в голове тут же зазвучал другой голос, холодный и сладкий: но как же он хорош. Мендоса ненавидел этот костюм. Ненавидел всей своей душой верного воина Ордена Архистратига Михаила. Это была русская мерзость, изделие безбожников и еретиков, выблядок дьявольской машины, вещь, созданная без Бога и для борьбы с Богом. Каждый раз, надевая его, он чувствовал почти физическое отвращение, словно влезал в шкуру гигантского омерзительного насекомого. Будто добровольно надевает на себя саван, сотканный из греха. И в то же время… он обожал его.
— Ах ты русская шлюха… — прошептал Мендоса нежно, проводя ладонью по матово-белой поверхности грудных пластин. — Как же ты хороша...
В его голове творилось привычное уже безумие. Два голоса спорили, перебивая друг друга: Это дьявольское изделие. Оно оскверняет меня.Оно держит удары, которые должны разрывать меня на куски.Я ношу на себе изделие антихриста. В нём я могу убивать быстрее и больше. Мендоса закрыл глаза и резко втянул воздух сквозь зубы. Его губы дрожали в болезненной улыбке.
— Ты меня сильнее, — прошептал он костюму, словно любовнице. — Ты меня быстрее. Я знаю. Но всё равно буду использовать тебя, сука, пока... пока… мы не повергнем Антихриста. А потом я сожгу тебя вместе с собой. Обещаю.
Он резко открыл глаза. Во взгляде плескалось безумие.
— Тест пройден, — сказал он вслух самому себе, и голос его звучал одновременно восторженно и брезгливо. — Эта русская блудница снова готова служить делу Господа.
Мендоса повернулся к своим пятерым бойцам. На его лице застыла кривая, неестественная улыбка фанатика, который только что совершил маленький, но сладкий грех.
— Готовы, братья? Сегодня мы снова заставим еретиков вспомнить, что Бог всё ещё может карать… Он провёл пальцами по поверхности костюма в последний раз, и тихо, с наслаждением прикрыв глаза, прошептал:
— Прости меня, Отче… но она такая красивая, когда убивает.
Он открыл глаза.
Боевая звезда бойцов Ordo Sancti Archistrategi Michaeli стояла перед ним по стойке «смирно». Два тяжёлых штурмовика и два бойца поддержки. Все уже проверенные, сработанные почти в десятке операций.
— Полная проверка систем, — сказал он буднично. — Начинаем.
Он грубо вошёл в общую тактическую сеть группы. Вломился, игнорируя защитные коды и файрволлы – такая функция была доступна ему, как тактическому лидеру, в условиях огневого контакта, чтобы не тратить драгоценное время. Мендоса любил делать это в штатной обстановке. Для бойцов это всё было достаточно неприятно — будто кто-то резко сунул руку под кожу и начал ковыряться в мышцах. Двое слегка поморщились. Мендоса это заметил и почувствовал лёгкое удовлетворение. Пусть потерпят.
Он методично прошёлся по показателям.
Томас. Миофибриллярная оптимизация в норме, регенерация стабильна, нейроускорители онлайн. Лука. То же самое. Диего, Мигель. Все системы давали устойчиво зеленый отклик.
— «Кровь Михаила», — скомандовал он по внутренней сети. У четырёх бойцов одновременно активировалась система подачи боевого стимулятора. Поистине адская смесь нейротоксинов, амфетаминов, психостимуляторов и только Curia medicini ведает чего еще хлынула в кровь. Эта стимуляция убивала страх и отключала инстинкт самосохранения, усиливала чувство долга и покорность приказу. Также она резко повышала агрессивность, и как побочный эффект – жажду причинять боль, почти на грани садизма. Разумеется, такое не могло проходить бесследно, и по расчётам аналитиков, бойцы, практиковавшие применение такой химии, были обречены на неизлечимые гормональные и психические последствия, но слишком уж заметное усиление давала «Кровь Михаила». «Страж» Ордена, возвышенный второго уровня, был способен почти на равных тягаться со вторым уровнем аугментации русских вознесённых, в то время как в обычных условиях способности русских были в среднем на два-три уровня выше полукустарных поделок инженеров Ордена, NVIDIA или Rayteon.
Мендоса наблюдал за цифрами показателей и лениво думал:
Хорошее мясо… Крепкое. Почти два года уже таскаю вас, псов Господних за собой. Всё ещё дышите. Полезные твари. Он почувствовал, как «Кровь Михаила» бурлит в его собственной крови, обостряя злобу. Мысль пришла холодная, сладкая, словно дорогой айсвайн, который он как-то попробовал на одном разорённом складе: Главное — задача. Остальное — прах. Умрём по слову Его.
Тест традиционно заканчивался проверкой системы аварийной эвтаназии:
Emergency exit protocol: ready.
Мендоса закончил проверку и отключился от сети. Бойцы слегка расслабили плечи.
— Нормально, — проворчал он. – показатели в пределах нормы, братья. Вознесём же молитву.
Все четверо одновременно опустились на одно колено прямо на грязный бетон паркинга. Мендоса остался стоять, возвышаясь над ними. Он поднял правую руку и начал низким, грудным голосом:
— Sancte Michael Archistratege, defende nos in proelio[16]…
бойцов подхватили хором, их голоса звучали глухо и синхронно под сводами паркинга:
— Imperet illi Deus, supplices deprecamur[17]…
Через минуту Мендоса сжал кулак и закончил:
— Amen.
— Amen — фанатично отозвались четверо.
На несколько секунд в паркинге повисла тяжёлая тишина, только слышно было далёкое гудение вентиляции. Он резко кивнул:
— Пять минут до выхода. Проверьте пока что оружие и бэ-ка ещё раз. Теперь к задаче: объект — лаборатория на четвёртом подземном уровне, почти под нами. Цель — доктор Анудж Сингх и все носители данных. Уничтожить оборудование, серверы, образцы. Сотрудников… убивайте всех. Господь узнает своих.
Он остановился и посмотрел на них сверху вниз. В их глазах не было ни капли сомнения. Он повторил:
— Не щадить никого. Ни охрану, ни учёных, никого. Если кто-то побежит – пусть бежит. Не тратьте на них время. Мы не судьи. Мы есть Меч Господень.
Мендоса наклонился чуть ближе:
— Сделаем это страшно, братья. Пусть все запомнят, что, когда приходит Орден Михаила, милосердия нет. Есть только меч и пламень.
Он выпрямился.
— Если встретите русских вознесённых уровня «стража» или выше — не геройствуйте, сразу вызывайте меня и отходите. Если увидите «офицера», уходите сразу, если успеете. Вы ведь знаете, как распознать «офицера», братья?
- Так точно, командир. Будет хорошо, если мы вообще увидим его движение.
- Верно, Лука. Они передвигаются, словно ветер. Но даже в таком случае у нас остаются шансы. И самое главное - задача должна быть выполнена. Запомните, смерти нет, есть лишь жизнь вечная!
Четверо бойцов одновременно кивнули. В их глазах сияла чистая, незамутнённая ничем человеческим Вера.
Мендоса удовлетворённо кивнул.
— Господь смотрит на нас. Не посрамим Его.
* * *
— Главный лифт заблокирован, — доложил Мигель, глядя на распотрошённый терминал. — Система безопасности перевела его в режим полной изоляции. Взлом займёт минимум восемь минут, и я не гарантирую успеха.
Мендоса стоял неподвижно, рассматривая схему на тактическом экране шлема.
— Не будем терять время, братья, пойдем напрямик.
Группа без лишних слов двинулась по техническому коридору. Через две минуты они остановились над шахтой коммуникаций, идущей прямо над лабораторией. Томас и Лука молча установили два небольших кумулятивных заряда направленного действия на пол.