Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Дэн откинулся назад. Ответ звучал слишком гладко, слишком отработанно. Как будто фраза была подготовлена заранее. Как и весь этот новый Новосибирск – только для кого?

Через десять минут машина остановилась у огромного комплекса, обнесённого высоким забором с колючей проволокой сверху и настоящими пулеметными турелями по краям. На воротах не было никаких вывесок, только маленький серебристый логотип Horizon Dynamics. Охрана в чёрной форме молча проверила документы и пропустила автомобиль внутрь без единого вопроса.

Внутри царила совершенно иная реальность.

Коридоры были ослепительно белыми и стерильно чистыми. Воздух имел лёгкий запах озона и чего-то холодного, металлического. Полы слегка пружинили под ногами — какой-то особый композит. Лифты двигались абсолютно бесшумно, а голографические указатели появлялись прямо в воздухе, стоило только подойти ближе. Дэн заметил, что камеры слежения поворачиваются за ним с идеальной, почти живой плавностью.

Его проводили на четвёртый этаж в большой конференц-зал с панорамным окном, выходящим на заснеженный лес. В зале уже собралась команда. Множество незнакомых лиц, кроме Сары и Мина. Хименес здесь уже не было. Все они выглядели отдохнувшими, собранными и… слишком уверенными для людей, которые только что переехали в сибирскую зиму. Сара Патель поднялась первой.

— Доброе утро, Дэн. Добро пожаловать в настоящую работу. Садись, времени мало.

Когда все расселись, Сара сразу перешла к делу. На огромном экране появилось изображение сложнейшего кластера — слои, связи, странные петли обратной связи, которых Дэн никогда раньше не встречал в ни работе, ни в литературе.

— Наша главная задача на ближайшее время — вырастить нечто большее, чем просто очередную языковую модель, которых в мире уже десятки. Смотрите, задача в целом, всем вам уже знакома, мы ждали только Даниэля. Спецификации у вас на почте, здесь просто схематично отображено пространственное взаиморасположение по отношению к базовому ядру модулей эвристики, обработки этики, эмоционального отклика, отдельно симуляции гормонального отклика и обратной связи…

Дэн поднял руку:

— Сара, всё, что я вижу… это подозрительно напоминает симуляцию работы биологического мозга. Я же правильно вас понимаю?

— Совершенно верно. Ты же знаешь, чем я занималась последние годы.

— И у вас не получалось, ну мы же переписывались, я сам помогал вам с некоторыми алгоритмами обработки…

— А теперь получится – раздражённо отрезала Сара. Было видно, как ей надоели вечные сомнения новичков.

Дэн невольно усмехнулся.

— Сара, при всем уважении… Мы все здесь понимаем, нет, знаем, что это невозможно. Даже самые продвинутые LLM — это в лучшем случае очень хорошая китайская комната на стероидах. До общего интеллекта, или хотя бы зачатков самосознания там ещё очень далеко. Не при текущем уровне развития математи… — он вспомнил про «core_v39» и осёкся.

Сара посмотрела на него уже спокойнее, с лёгкой жалостью, как учитель на способного, но нерадивого ученика.

— Именно поэтому ты здесь, а не в Маунтин-Вью или Пало-Альто. То неизвестное ядро, которое ты видел в Калифорнии — «core_v39» — это только фундамент. Надстройки там гораздо сложнее. Это базовый уровень новой математики, которая позволяет имитировать не результат биологического мышления, а сам процесс. Это настоящая глубокая имитация результата миллиардов лет эволюции. Копирование не внешних проявления поведения, а самих принципов, по которым работает биологический мозг: пластичность, спонтанная генерация гипотез, эмоциональная окраска решений, способность к настоящему инсайту. Те невозможные на твой взгляд конструкции и операнды, нелогичные операции и зацикленные выражения – это и есть математическое отражение работы биологического мозга. Высшие уровни абстракции.

Она сделала паузу, давая ему время переварить.

— Здесь, в отличие от ваших старых корпораций, над вами не довлеют корпоративные правила, кроме секретности, разумеется. Вы можете экспериментировать, предлагать любые безумные идеи, менять архитектуру прямо на ходу — можно всё. Главное — результат. Через полгода от нас ждут первых тестов. Если не успеем — руководство будет очень сильно разочаровано. Но я уверена, что успеем. Потому что эти новые математические методы — это просто какое-то чёртово чудо. Линейный прирост скорости обработки — тысячи процентов…

— Сара, я опять же вынужден не согласиться. Мы можем сколько угодно пинать GPU, чтобы они считали всё быстрее, но мышление – это другой уровень. Другая лига.

— Даниэль, ты, меня похоже не слышал. А ну хотя да, конечно же не слышал, тебя же на пятничном брифинге не было. Само ядро псевдоличности у нас уже почти готово, просто дело в том, что требуемой скорости обработки данных никто не может достичь. Если угодно, то я приведу аналогию – это если бы 14-е поколение core i9 посадили на старую материнку с 128 Мб видеопамяти. Много ты там поиграешь на нём? Поэтому нам и нужна ваша команда – чтобы в кратчайшие сроки повысить пропускную способность расчётов. На самом деле, Мин утверждает, что как только команда химиков даст ему требуемые материалы для нового поколения радиаторов, то твоя задача сведётся к оптимизации и компиляции архитектуры ускорителей. А дальше наш малыш должен будет сказать первое «мама»!

Патель широко улыбнулась, и хлопнула в ладоши:

— Ну, ниггеры, за работу! Солнце еще высоко!

Дэн почувствовал, как внутри одновременно поднимается возбуждение и азарт охотника, которому только что выдали новенький штуцер «Холланд-Холланд», сумку патронов и показали место, где давеча видели лёжку тигра-людоеда. Свобода. Настоящая свобода в работе.

После совещания ему выделили рабочее место в огромном кабинете, разделённом только низкими прозрачными перегородками – это было место для его будущей команды. Когда Дэн открыл главный репозиторий проекта, он сразу увидел знакомые фрагменты. Такие же странные математические конструкции, которые он впервые увидел в «Core_v39» в Калифорнии. Только теперь они были в десятки раз сложнее, глубже и непонятнее. День пролетел незаметно. Задачи сыпались одна за другой, и каждая была на грани возможного. К вечеру Дэн уже чувствовал приятную усталость в голове — ту самую, которую он давно не испытывал в Nvidia, где всё чаще приходилось просто «поддерживать темп». Перед тем как уйти, он подошёл к Саре, которая всё ещё сидела за своим столом и что-то внимательно изучала на проекторе. Это что-то сильно напоминало структуру нейронов гиппокампа (по крайней мере, в сегодняшних материалах по биохимии живого мозга он видел что-то очень похожее), но как Дэн подошёл, резко свернула изображение.

— Сара, можно вопрос не по делу?

Она оторвалась от проектора и кивнула.

— Конечно.

— Почему вы не взяли Ленни Горбовица? Он один из лучших в мире по аналитике оптимизации. Мы с ним работали бок о бок почти год. Специалист действительно классный. Я думал, он идеально подошёл бы сюда.

Сара откинулась в кресле и посмотрела на Дэна долгим, оценивающим взглядом. Потом сказала:

— Да, Ленни действительно очень сильный аналитик. Технически, он один из лучших, но у него не тот психологический профиль.

— Что это значит? — Дэн нахмурился.

— Мы отбираем людей не только по компетенциям и способностям. Извини, дальше не могу говорить, не твой уровень допуска.

Дэн скривился, опять услышав про допуски. Сара продолжила чуть мягче:

— Пойми правильно. Это не про то, что Ленни плохой. Он отличный, я его, конечно, лично не знаю, но читала досье, доверяю и твоему мнению, и мнению Мина. Просто для этого проекта нужен определённый тип мышления. Более… другой. Более открытый к тому, что привычная реальность может оказаться лишь частным случаем. В общем, я доверяю наших мозгокрутам, а они долго сомневались, но всё же отклонили его кандидатуру.

Дэн кивнул и попрощался, но внутри у него всё кипело.

По дороге домой, он снова и снова прокручивал в голове слова Сары. «Не тот психологический профиль». Он начал мысленно составлять список людей, которых он знал лично и которых пригласили в проект. Мин Ли — всегда был открыт к экспериментам, даже самым безумным. Пуэрториканка Хименес могла часами спорить, но в итоге принимала новые идеи, если они работали. Чен — вообще философ по натуре, любил ломать парадигмы. Сара сама — воплощение радикальной открытости и любви к новизне.

1001
{"b":"982732","o":1}