«Акулы» малого класса машины быстрые и юркие, двигатель перехода на них как у старших «сестер», потому прыгают не хуже. Всего двое суток чтобы собрать пополнение и еще двое, чтобы дойти до точки прыжка. Три часа приготовления и вот «акула» выскочила в звездной системе К-2, еще сутки и прыжок в М-7-402. Еще сутки на разгон к позиции флота. День на торможение и два на прочие маневры.

Заняться на борту было нечем. Каюты тут тесные, все три экипажа устроились в одной комнатенке с тремя намертво привинченными двухъярусными кроватями. Из удобства только откидной умывальник, мыло без запаха и отхожее место, где не развернуться. Душа нет в принципе, только отдельная комната с кучей кабинок санобратотки. Особой свежести не добавляло, но жить можно. По слухам можно за небольшую плату договориться с кем-то из экипажей и воспользоваться душем где-то у них, и то только у кандаров или старших. Проверять эти слухи не стали. Лето могла бы как коготь перебраться куда-то в место поуютнее, но она отказалась.

В комнате еще и прохладно, несмотря на тесноту. Все только и делали, что лежали под одеялами и грелись. Попытки поддержать себя в форме из-за отсутствия водных процедур пресекались сразу.

В итоге новости о прибытии на место встретили радостными криками по всем комнатам и зычным многократным боевым призывом «У-вар!». Пилоты не пехота, это тем еще сутки скучать, а экипажи сразу занялись своими машинами. Даже Токки с Юми помогали и старались не сильно мешаться хвостами, но на их счастье с Лето связалась Седая.

— Так, две новости. Плохая и еще хуже, — усмехнулась Лето, когда вернулась из центра связи.

— Удиви, — сказала Лориэль.

— Обе «ласточки» идут в триста вторую.

— А еще хуже?

— Ты везешь меня на «акулу» Зеленых, а Токки достается вторая машина. Туча скоро объявится и прикажет.

Мелочь от услышанного синхронно завиляли хвостами. Ушки торчком, глазенки светятся. Искра, едва пряча улыбку, посмотрела на них и сказала:

— А чего вы лыбитесь-то? Вам часов семь лететь одним. Плюс противник на планете никуда не делся. Так что одевайте-ка штанишки непромокаемые!

Токки недовольно фыркнула в ответ.

Туча объявилась через три часа и приказала тащить обе машины на родную базу.

— Вас Тройка встретит. Да, за мелочь и машины ушами отвечаешь!

— Так точно, старшая.

К времени вылета Искра уже не раз пересчитала оба маршрута и высчитала точку и время встречи. Заставила Юми все это выучить наизусть. Перед самым отлетом девчонка еще раз по памяти пересказала карту полета, только тогда Искра от нее отстала.

Лето устроилась в кабине на месте наблюдателя, Ниса прихватила одеяло и устроилась в грузовом отсеке подремать. Лететь-то все равно почти четыре часа.

Разрешение на вылет теплом согрел все внутри, у Лориэль даже сердце застучало, когда услышала в эфире:

— Иволга, взлет разерешен.

— Стабильный крен по часовой на полградуса в секунду, — предупредила Искра.

«Ласточка» выскочила из пасти стальной «акулы» с радостью и устремилась к другому кораблю. Тут сновали «платформы», у них сильно гравитационное искажение, пришлось летать зигзагами. Еще шныряют стайки мелких перехватчиков, попробуй разгляди эту кроху в туманной темноте М-7. На посадку в посадочный ангар зашли сразу. Лориэль заметила, что от рядов новеньких сверкающих «ласточек» отряда 107-х осталось только четыре машины. От этих мыслей стало неприятно и тоскливо.

— Нас не ждите, — сказала Лето и вышла из кабины.

Ниса быстрыми шажками побежала следом.

— Может, задержимся на часик? — предложила Искра. — А на базе понюхаем, чем наша мелочь попахивает!

— Туча хвосты оторвет.

— Эх, Туча… — Искра вздохнула. — Никакого веселья. Вылетаем, тогда. У нас по времени двадцать шесть минут резерва.

Машину девчонок нашли в нужном месте, отклонились километров на триста, что для такого перелета даже не погрешность.

— Токки, как ощущения? — вызвала по связи Лориэль.

— Если честно — то очень страшно!

— Идем по маршруту. Если в атмосфере потеряешь из виду — не страшно. Иди по координатам, я сама тебя найду.

— Принято, старшая.

Но девчонка держалась уверенно, шла не отставая. Даже когда при входе в атмосферу тряхнуло на аномальке и ее машину подбросило, Токки быстро справилась и вернулась в строй. Так и садились парой, словно мама с птенчиком.

Еще издали у родных ангаров заметили одинокую «ласточку». Темную и неживую. Лориэль сразу поняла, что машина чужая. И не из отряда 107-х.

Поглядывая на чужую машину, Лориэль на привычной частоте запросила:

— Контроль, я Иволга. Прошу разрешения на посадку.

И еще больше обрадовалась, когда ответил знакомый голос:

— Посадка разрешена, Иволга. С прибытием.

Контроль дал посадку поближе к ангарам, и это несмотря на «платформу», которая уже стояла на базе. Сели на границе дозволенного по дистанции от центра активной аномалии работающего двигателя «платформы». Это танкам и машинам все равно, а «ласточку» с включенными стабами запросто может опрокинуть, если не сообразить, что и как делать.

Встречала всех Тройка. Спокойная, на лице как обычно никаких эмоций, разве что глаза повеселели. Ну и рука на подвязке, а кисть в гипсе. Лориэль доложилась по форме, представила пополнение. Юми извинилась и попросила разрешения надеть маску, ее от местного воздуха начало мутить.

— Ничего, привыкай, — сказала ей Тройка. — Недельку помучаться придется, иначе никак. В медблок первым делом обе. Да и вы с Искрой тоже.

— Так точно! — ответила Лориэль.

В ангаре она опешила от вида, Искра даже налетела на нее от неожиданности.

— Да ну нахуй! — навигатор взвизгнула от радости.

Они на пару побежали к своей «ласточке», уже полностью восстановленной. Кинулись обниматься к тетушке, перецеловали всех техников, повисли обе на Натанге, и дружно расцеловали уши Белке.

— Ну чего вы, тетушки! — прослезилась техник-эксперт.

— Да какая я тебе тетушка! — Искра сгребла девчонку в охапку и снова расцеловала.

Полезли осматривать машину. Не успели одно крыло подкрасить, места пробоин видны лишь по едва уловимым дымчатым разводам. В кабине ахнули — везде новые оптические панели, все заводское и свежее, кое-где еще остались транспортные наклейки. Даже педали установили, не придется снова привыкать к старым режимам полета.

— Эх, чудеса вы наши хвостатые! — вдохновенное произнесла Искра, рассматривая кабину и принюхиваясь к свежим запахам.

— Вы там еще у себя в ящике нижнем посмотрите! — намекнула Белка. — Посмотрите-посмотрите!

— Да? — Искра оглянулась на нее и поднялась в кабину, полезла в ящик.

Она красочно выматерилась от удивления и достала из ящика свой восстановленный «купол». Он целый и явно рабочий.

— Как?! Белка, как?! — воскликнула Искра.

— А чего там, оптический модуль новый припаять. Делов-то! — Белка улыбнулась.

— Иди сюда я тебя расцелую! — навигатор полезла вниз.

— Ой! Нет-нет! — Белка выскочила из машины и в два прыжка по стремянке забралась на крыло. — Не надо меня тискать, тетушка!

— Все равно затискаю! — оскалилась в улыбке Искра.

Идиллию нарушила вернувшаяся Тройка:

— Вы чего тут лыбитесь? В медблок! Живо!

— Так точно, заместитель старшей отряда! — улыбнулась ей Искра.

Медицина в отряде новенькая. Тетушка в годах, но еще без тени старения. Беленькая как хирургический халат, только на мордочке кончики меха черненькие, очень привлекательно. Глазища ярко-голубые, но холодные, как у настоящего хирурга.

Убранство претерпела и сама комната. На стене повесили большую доску с подписанными кармашками и в каждом медкарты с датами осмотра, совсем как в доисторическую эпоху Сильвании. Зато просто и наглядно.

В отличии от всех, у Лориэль еще пару тестов провели.

— Голова не болит? Посторонние звуки в ушах? — спросила врач.

— Никак нет.

— Каждые десять дней следующие три месяца полный осмотр. Распоряжение профессора Серенги.